Дмитрий Лысенко

В такой конфигурации ограничение стоимостью залога работает как автоматический предохранитель — по существу, аналог статьи 333 ГК РФ, но без судейского усмотрения. При этом отдельно следует отметить оговорку кассационного суда (также следующую из указанных позиций высших судебных инстанций) о том, что 6,3 млн рублей — это учетная величина для реестра и определения объема прав кредитора, а не потолок фактического удовлетворения. При продаже имущества дороже оценочной стоимости кредитор получит удовлетворение из реальной выручки, не ограничиваясь оценочной стоимостью. Что же касается начальной продажной цены, взятой из решения суда общей юрисдикции, то, как можно предположить из анализа судебных актов, она была взята лишь потому, что иную стоимость никто не доказывал.

Другими словами, несмотря на имеющиеся признаки недобросовестного поведения ответчиков, нижестоящие суды отказывали в привлечении их к субсидиарной ответственности. Суд же кассационной инстанции пришел к выводу, что ответчиками не опровергнуты презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации должника, и истолковал существенные сомнения в добросовестности ответчиков в пользу кредиторов.