Лидеры цифрового развития. Соавторы перемен

Десятилетие регулирования профессиональный взыскателей — повод честно посмотреть на пройденный путь и договориться о следующем шаге. Отрасль выросла в прозрачный и законопослушный сегмент финансовой системы, и сегодня важен партнёрский диалог регулятора с бизнесом - иначе клиентский путь должника так и останется лоскутным

Что из 10-летнего опыта регулирования сферы взыскания просроченной задолженности работает, а что требует пересборки?

Кто платит за «должникоориентированное» законодательство — должник, рынок или экономика?

Где граница между защитой должника и стимулированием безответственного поведения?

Готов ли регулятор к модели «соавторства», и какой формат площадки для этого нужен?

Как электронное взаимодействие, МАВ и «этикетка» изменили клиентский путь — к лучшему или к худшему?

Какие 3 законодательные инициативы НАПКА должны быть приняты в ближайшие 2 года?

Банкротство - необходимый инструмент здоровой экономики, но только тогда, когда им не злоупотребляют. Сессия — о том, как профессиональные взыскатели в партнёрстве с государством должны выстроить «цепочку выравнивания»: отделить честного банкрота от банкротного туриста и вернуть людей в экономику

Какова реальная доля «банкротного терроризма» и как её измерить?

Почему возникают повторные банкротства и как этого избежать?

Зумеры и банкротство: новая норма или симптом финансовой неграмотности?

Цифровые активы должника — как их находить, оценивать и взыскивать в 2026 году?

Что такое «возврат банкрота в экономику» на практике и кто за это отвечает?

Какие 3 конкретных шага профсообщество и государство готовы зафиксировать сегодня?

Триллионы рублей задолженности в ЖКУ, лизинге, страховании, BNPL и B2B-сегменте сегодня обрабатываются хаотично и непрофессионально. ПКО - единственные участники рынка с компетенцией, технологиями и регуляторной дисциплиной, чтобы навести в этих сегментах порядок: это выгодно и экономике, и самим должникам Вопросы дискуссии: - Каков реальный объём небанковского долгового рынка в РФ и какая его доля сегодня в работе ПКО? - ЖКУ: почему этот рынок до сих пор «не взят» и что должно измениться? - BNPL как новый класс задолженности: чем он отличается и почему требует другой методологии? - Корпоративные долги — это про скоринг, юристов или переговоры? - Какие компетенции ПКО нужно усилить, чтобы зайти в новые сегменты? - Где партнёрство с государством критично, а где рынок справится сам?

Каков реальный объём небанковского долгового рынка в РФ и какая его доля сегодня в работе ПКО?

ЖКУ: почему этот рынок до сих пор «не взят» и что должно измениться?

BNPL как новый класс задолженности: чем он отличается и почему требует другой методологии?

Корпоративные долги — это про скоринг, юристов или переговоры?

Какие компетенции ПКО нужно усилить, чтобы зайти в новые сегменты?

Где партнёрство с государством критично, а где рынок справится сам?

Через 12-18 месяцев ИИ у вашего конкурента будет такой же, как у вас, - и примерно одинакового качества. Останется один вопрос: чьи данные внутри. Сессия объявляет конец взыскания как ручной профессии и открывает гонку, в которой выигрывает не самый умный ИИ, а самая глубокая база

Какие данные есть у вашей компании, которых нет ни у одного конкурента?

За сколько недель вы перерабатываете исторический портфель под обучение моделей? Если ответ в месяцах — вы уже проигрываете./li>

Когда базовые модели сравняются у всех, на чём останется ваше преимущество?

Сколько процентов ваших данных пригодно для обучения моделей прямо сейчас?

Кто внутри компании владеет данными — ИТ, бизнес или юристы — и почему раздробленное владение убивает скорость?

Когда у должника появится ИИ-помощник (вопрос 24–36 месяцев), на чьих данных он будет принимать решения — и что мы делаем сегодня, чтобы оказаться в этих данных?