Александр Матыцын

На мой взгляд, ключевым вопросом в данном споре является не установление формального корпоративного контроля над должником, а определение того, кто являлся реальным выгодоприобретателем выбранной модели ведения бизнеса. В случае, если будет установлено, что прибыль системно выводилась на аффилированные организации, а должник использовался исключительно как «центр убытков» для накопления обязательств перед кредиторами и бюджетом, привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности будет полностью соответствовать компенсационной природе данного института.

Удовлетворение требований через механизм сальдо в такой ситуации противоречит существу данного разъяснения. Верховный Суд, вероятно, укажет, что применение сальдо в пользу нарушителя фактически позволяет ему извлечь выгоду из своего незаконного поведения, создавая опасный прецедент: недобросовестной стороне становится выгодно инициировать расторжение, чтобы «списать» свои убытки за счет потерпевшего.