Максим Заречин

Игнорирование потери заложенного имущества тяготеет именно к нарушению стандарта разумного поведения как обязанности действовать профессионально, предпринимая необходимые и отвечающие квалификации директора усилия (определение СКЭС ВС РФ от 25 апреля 2025 г. № 303-ЭС24-23691 по делу № А24-2951/2022). Соответственно, возникает вопрос: действительно ли все ответчики нарушили данный стандарт поведения и была ли им всем безразлична судьба предмета залога? И, если ответ будет положительный, можно ли будет признать их действия совместными для целей привлечения их к солидарной ответственности (п. 4 ст. 53.1 ГК РФ)? Ответить на данные вопросы предстоит суду первой инстанции.

Валютные оговорки – типичный инструмент, с помощью которого стороны распределяют такие риски, в связи с чем стороны несут бремя негативных последствий их материализации в виде роста или падения валюты долга. Верховный Суд РФ пришел к обозначенному выводу еще в 2017 г. в спорах о расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств при скачке валют (см.: п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2017) (утв. Президиумом ВС РФ 16 февраля 2017 г)). О сознательном принятии на себя риска повышения курса иностранной валюты к рублю при включении в договор валютной оговорки рассуждал и Конституционный Суд РФ (см.: определение КС РФ от 26 мая 2016 г. № 1019-О). Взыскание убытков по замещающей сделке как способ защиты также предполагает возложение рисков изменения цен на сопоставимые товары на нарушителя (п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).