СМИ
Чиновники на полгода ускорили ввод внебанкротной санации для крупных компаний — значит, в экономике не идет по плану. Ключевой девелопер уходит в пике, пока только на Мосбирже. А дело одного из лидеров российского агропрома обрастает семейными подробностями.
Куда летит «Самолет»?
Акции девелопера «Самолет» на Мосбирже потеряли больше 30% с 7 сентября. Дело не только в том, что две «дочки» «Самолета» в сентябре получили банкротные претензии, рассуждают опрошенные РБК эксперты. Финансовые дела группы не блестящие. Аналитики Finam называют ситуацию девелопера «критичной»: долговая нагрузка, накопленная в период агрессивного роста, слишком высока, а выручка в первом полугодии упала на треть, «Самолет» закончил этот период с убытком 22,3 млрд рублей.
Сбер, как основной кредитор девелопера, вскоре может получить управление над частью проектов «Самолета» для реструктуризации займов, поделился инсайдом «Коммерсантъ».
Санация ускоряется
Судя по всему, кабмин осознал, что раз даже такие гиганты, как «Самолет», теряют высоту, то бизнесу стоит добавить «топлива в крыло». Власти хотят предоставить компаниям с высокой кредитной нагрузкой возможность реструктурировать долги до банкротства, передают «Ведомости» суть инициативы Минэка. Предполагается, что часть долгов им смогут списать по единым правилам, их сейчас продумывают чиновники.
Механизм добанкротной санации должников с балансовой стоимостью активов более 1 млрд рублей теперь решено запустить с января 2027 года, а не с июля, добавляет издание Sostav.
Миллиарды под арестом
В деле основателя национализированной компании «Русагро» Вадима Мошковича новый поворот: на счетах его бывшей супруги Наталии Быковской арестовано более 4,1 млрд рублей. Как выяснили журналисты РБК, арест наложен в рамках антикоррупционного иска Генпрокуратуры к Мошковичу, Быковской и бывшему гендиректору «Русагро» Максиму Басову. Кроме того, Мошковича обвиняют в мошенничестве, легализации преступных доходов, преднамеренном банкротстве и даче взятки. Ущерб — около в 86 млрд рублей.
Крайним будешь
Банкротство банка «Югра», которое длится с 2017 года, тоже получило развитие. ВС поставил соучастников растраты активов «Югры» в конец очереди кредиторов, пишет «Коммерсантъ». Теперь у этих кредиторов, которые были связаны с бенефициаром банка и содействовали растрате 23,6 млрд рублей «Югры», мало шансов получить деньги.
Блоги
Блогеры сегодня разбирали банкротство, как чемодан с двойным дном: срок растягивается, арест требует отдельного ключа, а контроль обнаруживается по следам выгоды.
Срок с потайным дном
Айнур Шайдуллин в канале Ничего нового для образованного юноши предложил читать период подозрительности как презумпцию объективного банкротства: при искусственной отсрочке дела сделки можно оспаривать по гл. III.1 Закона о банкротстве за трехлетней чертой; опорой стал вывод ВС в деле «Энерготранзит Альфа». Календарь ЗоБ тоже умеет ловить себя за руку.
Директор нажал отмену
Он же в канале Ничего нового для образованного юноши сравнил российский корпоративный конфликт с позицией ВС ФРГ: BGH, Beschluss vom 25.06.2026 - IX ZB 6/24 разрешил одному директору отозвать заявление о банкротстве, поданное другим, до открытия производства. Правда, если общество действительно несостоятельно, кнопка «назад» у суда может не сработать.
Арест получил очередь
Автор канала ТелеграфЪ Виталия Веселова разобрал продолжение Постановления КС РФ № 46-П: АС МО 3 сентября потребовал выяснить, позволяет ли приговор перечислить «ТендерЛиге» 43,18 млн рублей со счетов ООО «Мир Дорог» вне реестровой очереди. Уголовный суд уже выдал кредитору ключ, теперь банкротному предстоит решить, от общей ли он двери.
Выгода выдает контролера
Юлия Михальчук в канале Субсидиарная ответственность • Case by Case разобрала постановление АС МО от 14.09.2026 по делу № А40-293663/2023: формальный пост не обязателен для статуса КДЛ, но контроль над контрагентом еще не доказывает контроль над должником — нужны личная выгода и конкретный деликт. Одной фотографии рядом с кассой для счета недостаточно.
Если подводить черту дня, то подойдет такое определение: формальные ярлыки опять остались в гардеробе, пока последствия разгуливали по залу. До завтра!
