Дарья Чихладзе

Думается, Коллегия ВС сформирует системные критерии и «индикаторы» для выявления согласованных действий участников подрядных правоотношений в сфере государственных закупок. В числе таких критериев могут оказаться: анализ экономической целесообразности условия о полной предоплате товара на сумму около 70 млн рублей при отсутствии каких-либо форм обеспечения исполнения обязательств; комплексная проверка деловой репутации поставщика, его финансового состояния, материально-технических возможностей для исполнения столь крупного контракта и реального опыта аналогичных поставок; выявление аффилированности и иных взаимосвязей между участниками сделки; оценка последовательности и добросовестности действий сторон после выявления нарушения договорных обязательств и др. Представляется, что ВС РФ отменит судебные акты с направлением спора на новое рассмотрение с указанием вышеперечисленных «индикаторов» согласованности действий. Позиция Верховного Суда, вероятно, поспособствует формированию повышенного стандарта доказывания в спорах «подрядчик-поставщик» при госконтрактах.

Суд последовательно применил положения свежего Пленума № 41 и отметил в своем постановлении его ключевую идею, заключающуюся в применении механизмов по понижению очередности требований аффилированных лиц при целенаправленном захвате контроля, которые работают и в случае, если уступки были совершены после введения процедуры банкротства, даже если это не подпадает под классическое понимание категории компенсационного финансирования. Сам по себе факт, что требования куплены после введения процедуры, не спасет заведомо недобросовестного кредитора.

Данная позиция не является революционной, но закрепляет устоявшуюся практику арбитражных судов по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, переосмысляя содержание категории «осведомленность» на основе объективных критериев.

Рассматриваемый спор затрагивает проблематику толкования нововведенной ч. 2.2 ст. 30 закона об исполнительном производстве. Вопрос о возможности перечисления денежных средств на банковский счет представителя взыскателя в настоящий момент не нашел однозначного ответа. Так, в практике сейчас можно встретить свежие позиции судов о том, что у представителя взыскателя есть право требовать перечисления денежных средств на свой личный счет, если это специально оговорено в доверенности и указаны реквизиты конкретного счета. Вместе с тем, еще в 2016 году ВС РФ, рассматривая похожие споры, указывал на отсутствие у представителя такого права даже при наличии соответствующей оговорки в доверенности (см., например, определение ВС РФ от 19.10.2016 № 303-КГ16-13557 по делу № А73-2467/2016). Анализируя свежую практику, можно заметить, что суды, признавая законность постановления пристава об отказе в возбуждении исполнительного производства, ссылаются на письмо ФССП от 10.03.2023 года № 00011/23/46400-ОП, согласно которому не допускается перечисление денежных средств лицам, не являющимся взыскателями, в том числе на банковские счета представителей по доверенности.

Позиция Верховного суда РФ, выразившаяся в отказе банку во включении в РТК, видится обоснованной. Ведь сама по себе необходимость восстановления отношений поручительства по смыслу положений закона о применении сроков исковой давности не свидетельствует о неосведомленности заинтересованного лица о нарушении его права и, следовательно, о том, что давность по требованиям, основанным на договорах поручительства, течет со дня вступления в силу судебных актов о признании недействительными соглашений о расторжении договоров поручительства. Институт исковой давности преследует цель дисциплинирования участников оборота, обеспечения своевременной защиты прав, недопущения ущемления охраняемых законов прав и интересов ответчиков и третьих лиц. Судебной коллегией отмечены противоречия в позиции банка, более того, ВС РФ в Определении любезно продемонстрировал иные процессуальные механизмы, с помощью которых банк смог бы защитить свое право в положенный законом срок (абз. 7 стр. 7 Определения). В этой связи позиция ВС РФ видится справедливой и основанной на правильном толковании норм права. Верховный суд блокирует возможность необоснованного включения в реестр «крупных» кредиторов, что, предполагается, должно позитивно отразиться на практике. Представляется, выводы Судебной коллегии о правилах применения сроков исковой давности, не идущие вразрез с ранее устоявшейся практикой, будут иметь определяющее значение при рассмотрении споров, причем не только банкротных.