Юлия Суднева

Практика показывает, что при рассмотрении вопроса об освобождении от долгов ключевым остается добросовестность, и даже при наличии подозрений на злоупотребление суд обязан всесторонне исследовать факты, прежде чем отказать должнику. Постановление напоминает о необходимости дифференцировать недобросовестность и неразумность в делах о банкротстве физических лиц. Кредиторы должны доказывать именно умышленный вред, а не просто неэффективное распоряжение денежными средствами. Данная правовая позиция продолжает формирующуюся в последние годы тенденцию к более взвешенному подходу в делах о банкротстве физических лиц.

Суды не привлекли к субсидиарной ответственности единственного участника, основываясь на отсутствии прямых доказательств его вины в банкротстве должника. Однако сформированная компанией схема ухода от уплаты налогов была очевидно создана в интересах собственника компании – его единственного участника. Учитывая суммы сделок данной схемы, единственный участник не мог не знать и не контролировать данный процесс, при этом отсутствие прямых доказательств наличия указаний участника директору (на что ориентировались суды нижестоящих инстанций) не должно освобождать от субсидиарной ответственности. Судами также в нарушение норм о преюдиции был проигнорирован приговор по уголовного делу, в рамках которого действия участника в организации схемы уклонения от уплаты налогов были установлены более детально. В связи с чем, суд округа обоснованно направил спор в этой части на новое рассмотрение, суду первой инстанции предстоит изучить данные факты подробнее.

Постановление суда округа подтверждает тенденцию увеличения количества кейсов привлечения к субсидиарной ответственности. Суд округа отмечает недостаточность представленных ответчиком доказательств своей «невиновности». При этом в качестве основания для отмены судебных актов суд округа указал необходимость установления всех фактических обстоятельств дела и оценки всех доводов и доказательств, что в целом в делах о субсидиарной ответственности может быть применимо к любому спору. Выбранный кассацией подход в части перераспределения бремени доказывания, по моему мнению, представляется не совсем однозначным. Применимый судом стандарт доказывания prima facie не применяется в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности, позиция ВС РФ, на которую ссылается суд, относится к другой категории споров. В спорах о привлечении к субсидиарной ответственности ВС РФ давно сформировал подход об использовании повышенного стандарта доказывания — «ясные и убедительные доказательства» (определение ВС РФ от 30.09.2019 года № 305-ЭС16-18600(5-8), определение ВС РФ от 10.11.2021 года № 305-ЭС19-14439 (3-8)). Полагаю сложным на данный момент спрогнозировать результат спора с учетом указанного противоречия между позицией кассации и практики ВС РФ.