Мария Борматова

В рамках данного дела была затронута актуальная проблема, когда кредитная организация, несмотря на наличие вступившего в силу судебного акта об отсутствии долга, продолжает его учитывать (в том числе в кредитной истории) и, более того, начислять на него проценты и неустойку. Подобные случаи встречаются достаточно часто в практике. Есть надежда, что эта позиция на уровне ВС РФ повлияет и на деятельность кредитных организаций в рамках сложившейся практики игнорирования преюдиции и сохранения негативных записей о наличии долга, в том числе при уступке прав. Данное определение ВС РФ может стать мотиватором своевременного внесения кредитными организациями сведений об отсутствии задолженности, подтвержденных судебным актом.

Предполагаю, что данная позиция окажет положительное влияние на судебную практику как в рамках банкротной практики, так и в общеисковом порядке по установлению очередности обращения взыскания на активы должника. Верховный Суд в данном деле напомнил правоприменителю, что споры, связанные с удовлетворением требований кредиторов, необходимо разрешать своевременно, до окончания процедуры банкротства. Достигнутые в результате банкротной процедуры имущественные итоги не могут быть подвергнуты последующей ревизии, иначе утрачивается сам смысл проведения специальной процедуры погашения долгов.

В связи с этим Экономическая коллегия ВС РФ, скорее всего, будет вынуждена направить дело на новое рассмотрение для установления (проверки) наличия или отсутствия необходимых обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а именно: момент неплатежеспособности, действия по выводу активов и прибыли, согласованность действий менеджмента и контрагентов должника. Кассаторы обжалуют судебные акты апелляционной и кассационной инстанций, которыми указано на недоказанность согласованности действий ответчиков и направленности этих действий на доведение должника до банкротства. ВС РФ необходимо будет разобраться, имеются ли основания полагать, что причиной банкротства должника стали действия ответчиков (и каких именно ответчиков) или это не доказано и во всем виновата ухудшающаяся экономическая ситуация (специфика рынка), которая негативно отразилась на деятельности должника (на что указал суд апелляционной инстанции).

Первый — является ли отсутствие процессуальной замены на стороне кредитора лица, осуществившего полное погашение реестра требований кредиторов (далее — РТК) должника, свидетельством отказа кредитора от требований к должнику? И второй — является ли судебный акт о полном удовлетворении требований кредиторов третьим лицом подтверждением требования такого лица к должнику для целей возбуждения нового дела о банкротстве в отношении должника по правилам п. 2 ст. 7 закона о банкротстве? Позиция суда кассационной инстанции по первому вопросу мне видится абсолютно обоснованной и законной, так как погашение третьим лицом РТК в полном объеме в соответствии с законом о банкротстве приводит к прекращению процедуры банкротства в отношении должника и переходу права требования к должнику в размере погашенного РТК, что прямо указано в п. 14 ст. 113 закона о банкротстве.