В ноябре 2022 г. Первомайский районный суд Ростова-на-Дону отказал банку «ФК Открытие» во взыскании задолженности с Дианы Джавадовой по кредитному договору, поскольку банк не доказал факт заключения договора и получения заемщицей денежных средств. Решение вступило в законную силу. Несмотря на это, банк продолжил начислять пени и передал сведения о задолженности в бюро кредитных историй, а затем уступил право требования коллекторской компании ООО ПКО «Филберт». Джавадова потребовала признать действия банка незаконными, задолженность — отсутствующей, а также обязать внести изменения в кредитную историю и компенсировать моральный вред. Суды трех инстанций отказали истице, указав, что отказ банку в иске о взыскании долга сам по себе не подтверждает незаключенность договора и не прекращает обязательства должника. Джавадова обжаловала судебные акты в Верховный Суд, ссылаясь на преюдициальность ранее вынесенного решения. ВС отменил все судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав, что выводы судов противоречат установленным ранее обстоятельствам (дело № 41-КГ25-88-К4).
Фабула
В ноябре 2022 г. Первомайский районный суд Ростова-на-Дону рассмотрел иск банка «ФК Открытие» к Диане Джавадовой о взыскании задолженности по кредитному договору.
Суд отказал банку в удовлетворении требований, установив, что кредитная организация не доказала факт заключения договора с Джавадовой и получения ею кредитных денежных средств. Решение никто не обжаловал и оно вступило в законную силу.
Несмотря на судебное решение, банк «ФК Открытие» продолжил начислять пени на несуществующую задолженность. В апреле 2024 г. Джавадова направила банку претензию с требованием исполнить решение суда и внести в бюро кредитных историй информацию об отсутствии задолженности. Банк ответил отказом, указав, что задолженность не погашена, а переданная в бюро кредитных историй информация является объективной и достоверной.
В мае 2024 г. банк «ФК Открытие» заключил договор уступки прав требований с ООО ПКО «Филберт», передав в том числе право требования задолженности Джавадовой в размере 281 тыс. рублей.
Джавадова обратилась в суд с иском к банку «ФК Открытие» и ООО ПКО «Филберт» о признании действий незаконными, признании задолженности отсутствующей, возложении обязанности внести изменения в кредитную историю и компенсации морального вреда.
Суды трех инстанций отказали истице. Джавадова обжаловала судебные акты в Верховный Суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Первомайский районный суд Ростова-на-Дону указал, что отказ банку в иске о взыскании задолженности сам по себе не подтверждает незаключенность либо недействительность кредитного договора и не является основанием для исключения сведений из кредитной истории.
По мнению суда, такое решение не прекращает обязательства должника, поэтому при наличии кредитной задолженности банк вправе передавать соответствующую информацию в бюро кредитных историй.
Что думает заявитель
Джавадова указала, что вступившим в законную силу решением суда установлен факт недоказанности заключения кредитного договора и получения ею денежных средств. Эти обстоятельства имеют преюдициальное значение и не подлежат повторному доказыванию. Банк не вправе начислять задолженность по несуществующему обязательству и передавать недостоверные сведения в бюро кредитных историй.
Что решил Верховный Суд
ВС указал, что в силу ч. 2 ст. 61 ГПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда и не подлежат повторному доказыванию. Согласно ч. 2 ст. 209 ГПК стороны не могут оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.
Нормы о преюдициальности и общеобязательности вступившего в силу решения суда направлены на обеспечение определенности в правоотношениях сторон, непротиворечивости судебных постановлений и исключение возможности конфликта судебных актов. Суды при рассмотрении настоящего дела эти нормы не учли.
Поскольку ранее вынесенным судебным постановлением банку «ФК Открытие» было отказано во взыскании долга в связи с тем, что банк не доказал факт заключения кредитного договора, выводы судов о том, что решение от ноября 2022 г. не подтверждает незаключенность договора, прямо противоречат обстоятельствам, установленным этим решением. Отказ в признании обязательства отсутствующим и исключении сведений из кредитной истории входит в прямой конфликт с предшествующим решением об отказе в признании наличия этого обязательства.
Итог
ВС отменил решение Первомайского районного суда, апелляционное определение Ростовского областного суда и определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
ВС РФ при рассмотрении кассационной жалобы Д.Б. Джавадовой пришел к абсолютно обоснованному выводу о нарушении нижестоящими судами норм процессуального законодательства о преюдициальности и общеобязательности вступившего в силу судебного акта, отметила Мария Борматова, партнер Адвокатского бюро «Бартолиус».
Позиция ВС РФ, по ее словам, заключается в том, что суды при рассмотрении дела обязаны учитывать вступившие в силу судебные акты в отношении тех же сторон спора. Обстоятельства, установленные такими судебными актами, не могут быть оспорены в рамках рассмотрения другого дела. В настоящем же деле произошло именно это – нижестоящие суды пришли к прямо противоположному выводу, посчитав, что установление в другом деле факта недоказанности заключения кредитного договора не подтверждает его незаключенность и, как следствие, отсутствие долга. Следовательно, позиция нижестоящих судов по данному делу привела к конфликту судебных актов: по одному делу обязательство отсутствует, а по другому – имеется, указала она.
Позиция ВС РФ, по словам Марии Борматовой, в очередной раз напоминает правоприменителю о необходимости соблюдения принципа преюдициальности судебных актов. Несоблюдение данного принципа помимо наличия конфликта судебных актов, приводит к обходу установленной процедуры пересмотра вступивших в силу судебных актов, а именно путем подачи нового искового заявления и пересмотра тех же обстоятельств, но уже в другом деле.
Данное процессуальное поведение. предупредила она, приводит к неопределенности в правоотношениях сторон. Более того, открывает окно для злоупотреблений недобросовестными лицами своими правами, а также к параличу исполнительной системы в связи с невозможностью принудительного исполнения двух противоречащих друг другу судебных актов.
В рамках данного дела была затронута актуальная проблема, когда кредитная организация, несмотря на наличие вступившего в силу судебного акта об отсутствии долга, продолжает его учитывать (в том числе в кредитной истории) и, более того, начислять на него проценты и неустойку. Подобные случаи встречаются достаточно часто в практике. Есть надежда, что эта позиция на уровне ВС РФ повлияет и на деятельность кредитных организаций в рамках сложившейся практики игнорирования преюдиции и сохранения негативных записей о наличии долга, в том числе при уступке прав. Данное определение ВС РФ может стать мотиватором своевременного внесения кредитными организациями сведений об отсутствии задолженности, подтвержденных судебным актом.
Практика, когда кредит оформляется вследствие мошеннических действий, а заёмщик фактически не выражал воли на заключение договора и не получал денежных средств, никогда не устаревает, констатировала Полина Визгина, юрист Юридической компании «Гуричев, Малинин и партнеры».
В таких ситуациях, пояснила она, обманутый заемщик заинтересован не только в признании долга отсутствующим, но и в исправлении кредитной истории. Аналогичные иски нельзя назвать уникальными, при том что оспаривание отказа в судебном порядке прямо предусмотрено ч. 7 ст. 8 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 218-ФЗ «О кредитных историях».
Кроме того, по смыслу ч. 1 ст. 5 и п. 2 ч. 3 ст. 4 Закона № 218-ФЗ, напомнила она, банк обязан передавать в бюро кредитных историй актуальные и достоверные сведения, а сохранение записи о задолженности при отсутствии доказанного обязательства противоречит назначению правового механизма кредитных историй.
Решение ВС РФ, по мнению Полины Визгиной, также нельзя признать экстраординарным, поскольку суд, по сути, напомнил и последовательно применил базовые принципы преюдиции и правовой определенности. Отказ нижестоящих инстанций в иске, по сути, порождает противоречивую картину мира: суды признали отсутствие долга за заёмщиком, но при этом отказали в исправлении кредитной истории.
Институт преюдиции призван исключать подобные коллизии и повторное переоценивание уже установленных обстоятельств. Он обеспечивает обязательность для суда фактов, установленных вступившим в законную силу судебным актом, и запрещает формирование в последующем процессе выводов, которые вступают с ними в противоречие. Отказ в иске также имел негативные последствия в виде начисления санкций за несуществующий (либо, по меньшей мере, недоказанный) долг. При сохранении записи о задолженности кредитор получал возможность наращивать «долговую массу» исключительно за счет производных платежей, которые по своей природе допустимы лишь при наличии основного обязательства. Более того, сохранение записи о просрочке приводит к длительным репутационным и экономическим потерям заемщика. В этой логике вывод ВС РФ устраняет дисбаланс: последствия недоказанности обязательства должны проявляться не только в отказе во взыскании, но и в прекращении производных негативных последствий.
Определение Верховного Суда РФ № 41-КГ25-88-К4 от 3 февраля 2026 г. является ярким примером последовательной защиты принципа обязательности судебных актов, полагает Антон Свистунов, арбитражный управляющий, директор Юридического центра «Развитие».
Высшая судебная инстанция, по его словам, справедливо указала, что решение суда от 29 ноября 2022 г., которым банку было отказано во взыскании долга из-за недоказанности факта заключения договора, имеет преюдициальное значение. Следовательно, выводы нижестоящих судов о том, что этот судебный акт не подтверждает незаключенность договора, прямо противоречат вступившему в законную силу решению.
Верховный Суд подчеркнул недопустимость ситуации, когда один судебный акт фактически игнорируется при рассмотрении связанного с ним дела, создавая правовую неопределенность. Действия банка, продолжавшего начислять пени и передавать долг коллекторам после проигрыша в суде, обоснованно расценены как противоречащие общеобязательности судебного постановления, заключил Антон Свистунов.
Особую значимость решению придает то, что оно защищает добросовестного гражданина от потенциально бесконечных попыток взыскания уже отвергнутого судом долга. Отмена всех последующих судебных актов и направление дела на новое рассмотрение восстанавливает логику правосудия: раз договора не было, то и задолженность должна быть исключена из кредитной истории. Данное определение служит важным напоминанием для кредитных организаций о необходимости добросовестного исполнения судебных решений.
