По данным за второй квартал и первое полугодие 2026 года, которые опубликовал Федресурс, рост числа внесудебных процедур банкротства граждан сбавил обороты. Во втором квартале 2026-го прирост составил 13,1% (17,9 тыс. процедур), а по итогам первого полугодия — 9,1% (34,3 тыс.). Для сравнения: аналогичные показатели прошлого года составляют 25% и 24,3% к таким же периодам 2024 года. Что касается судебного банкротства, то прирост за второй квартал — всего 0,9% к аналогичному периоду 2025-го, а вот годом ранее прирост был 36,4%. Всего во втором квартале 2026 года суды ввели чуть более 140 тыс. процедур в отношении физических лиц и индивидуальных предпринимателей.
А вот освобождать граждан от долгов суды стали почти в три раза реже: доля отказов от снятия обязательств увеличилась с 1,1 до 2,4%, следует из отчетов арбитражных управляющих о завершении реализации имущества. По мнению руководителя Федресурса Алексея Юхнина, «налицо тенденция ужесточения подхода судов, которые все чаще отказывают в освобождении от долгов недобросовестным должникам».
Критерии недобросовестности вырабатывались в ходе судебной практики, поскольку в их основе — уловки и схемы, к которым прибегают граждане еще на этапе получения кредита. На это их толкают нечестные юристы. Также можно говорить и об эффекте сарафанного радио (отложенное влияние тех самых недобросовестных юристов): один попробовал, долги списали, рассказал другому.
К критериям недобросовестности судом могут быть отнесены такие действия:
поддельные справки о доходах (как правило, завышенные суммы), анкеты;
получение кредитов в разных банках за один день или за короткий промежуток времени, пока не обновились данные в БКИ;
совершение нескольких платежей, обычно три-четыре («немного поплатить», как советуют «раздолжнители»);
закрытие ИП до начала процедуры банкротства;
использование полученных кредитных средств на оплату услуг «раздолжнителей»;
переоформление имущества на родных и знакомых, чтобы вывести человека из процедуры банкротства.
Если умысел таких действий будет доказан, то суд может не только отказать в списании долга, но и квалифицировать такие действия как мошенничество, что грозит реальным уголовным сроком. И примеры таких историй уже есть.
Уголовное дело было возбуждено в отношении жителя Дальнего Востока, который в августе 2024 года набрал несколько кредитов, завысив свой реальный доход в анкете, внес несколько платежей и решил обанкротиться. К трем годам лишения свободы приговорен житель юга России, который за один день оформил четыре кредита, а через полгода подал заявление о банкротстве. Житель Урала остался должен сразу пяти кредитным организациям. В справках с места работы он указал ложные данные о трудоустройстве, после нескольких выплат перестал исполнять свои кредитные обязательства и начал процедуру банкротства. Приговором суда ему назначено четыре года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В июне 2026 года жительницу Кемеровской области приговорили к уголовной ответственности на 2 года 8 месяцев лишения свободы (условно) сразу по двум статьям: мошенничество в сфере кредитования и преднамеренное банкротство. С января по апрель 2024 года она оформила восемь кредитных договоров в шести банках на сумму почти 6 млн рублей. С учетом имеющихся ранее кредитных обязательств, ее общий долг составил почти 7 млн рублей. В анкетах она умышленно завышала сумму дохода, тогда как ее реальный доход составлял 64 тыс. рублей, а ежемесячный платеж по всем взятым на себя обязательствам — 148 тыс. рублей. На заемные средства она оформила автокредит, а затем передала купленный автомобиль в залог. С учетом всех фактов суд пришел к выводу, что она обратилась в суд с заявлением о признании себя банкротом для незаконного обогащения.
Активная позиция судов в этом вопросе может стать одним из факторов, влияющих на сокращение числа потребительского банкротства. На прошедшем недавно Петербургском международном юридическом форуме президент Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» Валерия Азбиль в одной из дискуссий отмечала, что рынок банкротства физлиц проходит трансформацию от «схемы» к осознанному инструменту. По ее мнению, это должно привести к росту числа кейсов с реструктуризацией долгов и снижению количества банкротств.
Разные банки и МФО предлагают разные варианты урегулирования. В их числе: однократный пропуск платежа, кредитные и ипотечные каникулы (в силу законодательства), реструктуризация, комплексное урегулирование, мировое соглашение и др. Чем раньше человек обращается в кредитную организацию при возникновении трудностей с погашением кредита, тем больше вариантов ему доступны.
Над материалом работали:
