Конкурсный управляющий ООО «РСУ Жилпромсервис» Татьяна Плотникова и АО «Мосэнергосбыт» обратились в суд с заявлениями о взыскании солидарно с Игоря Хорошилова и Елены Цимбалюк убытков в размере 5 млн рублей. Заявители указали, что в период с августа 2019 года по март 2020 года под видом заработной платы в пользу Елены Цимбалюк было перечислено 5,7 млн рублей без встречного предоставления и доказательств трудовой деятельности. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявления и взыскали убытки солидарно с обоих ответчиков. Игорь Хорошилов обратился в Арбитражный суд Московского округа, указав, что никогда не являлся генеральным директором должника и что договор залога с Еленой Цимбалюк является фиктивным. Окружной суд установил, что вступившими в силу судебными актами было подтверждено, что Игорь Хорошилов фактически не исполнял обязанности руководителя должника. Кассация отменила судебные акты в части взыскания убытков с Игоря Хорошилова и отказала в удовлетворении заявлений (А40-239237/2020).
Фабула
В марте 2022 года суд признал ООО «РСУ Жилпромсервис» несостоятельным (банкротом) и утвердил конкурсным управляющим Татьяну Плотникову. В период с 11 апреля 2018 года до 31 марта 2022 года генеральным директором ООО «РСУ Жилпромсервис» являлся Игорь Хорошилов, а Елена Цимбалюк являлась его супругой в период с 30 августа 2017 года по 21 марта 2024 года.
Конкурсный управляющий и АО «Мосэнергосбыт» обратились в суд с заявлениями о взыскании солидарно с Игоря Хорошилова и Елены Цимбалюк убытков в размере 5,7 млн рублей. Заявители указали, что в период с августа 2019 года по март 2020 года под видом заработной платы в пользу Елены Цимбалюк были перечислены 5,7 млн рублей, из которых за январь и март 2020 года выплаты составили 5 млн рублей.
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявления и взыскали убытки солидарно с обоих ответчиков. Игорь Хорошилов обратился в Арбитражный суд Московского округа.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Москвы удовлетворил заявления конкурсного управляющего и АО «Мосэнергосбыт». Суд установил, что в период с августа 2019 года по март 2020 года под видом заработной платы в пользу Елены Цимбалюк перечислили 5,7 млн рублей. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что Елена Цимбалюк действительно осуществляла трудовую деятельность в ООО «РСУ Жилпромсервис».
Суд отметил, что не представлены сведения о трудовой функции, трудовой договор, должностная инструкция, приказы о приеме и увольнении, табеля учета рабочего времени и иные доказательства. Суд согласился с доводами конкурсного управляющего о необоснованности и безвозмездности выплаты денежных средств.
Девятый арбитражный апелляционный суд оставил определение без изменения. Апелляция согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что выплаты в пользу Елены Цимбалюк не являлись заработной платой, а представляли собой необоснованное перечисление денежных средств в отсутствие встречного предоставления, что причинило убытки должнику.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа указал, что для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков на основании статьи 15 Гражданского кодекса необходимо доказать наличие противоправных действий ответчика, факт несения убытков и их размер, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой.
Окружной суд установил, что постановлением Арбитражного суда Московского округа от 7 мая 2025 года по делу № А40-239237/2020 были оставлены без изменения определение Арбитражного суда города Москвы от 24 октября 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 февраля 2025 года, которыми было отказано в удовлетворении заявления АО «Мосэнергосбыт» о привлечении Игоря Хорошилова к субсидиарной ответственности. Арбитражный суд округа по спору о привлечении к субсидиарной ответственности установил, что материалами дела подтверждается, что временный управляющий обратился в суд с требованием о возложении на Игоря Хорошилова обязанности передать документы о хозяйственной деятельности должника.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 1 декабря 2022 года определение Арбитражного суда города Москвы от 6 июля 2022 года было отменено, а в удовлетворении заявленных требований отказано. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20 февраля 2023 года постановление апелляции было оставлено без изменения.
При рассмотрении спора об истребовании документации суды указали, что Игорь Хорошилов обратился 19 июля 2022 года в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 46 по городу Москве с заявлением о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, о единоличном исполнительном органе должника. По результатам рассмотрения была установлена недостоверность содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о единоличном исполнительном органе общества.
Суды также указали, что доказательств наличия у Игоря Хорошилова запрашиваемых документов и противодействия их представления арбитражному управляющему в материалы дела не представлено.
По спору о привлечении к субсидиарной ответственности суды также учли отсутствие в деле доказательств того, что Игорь Хорошилов давал указания на совершение должником убыточных операций. Коллегия подчеркнула, что вступившими в силу судебными актами по настоящему делу было установлено, что Игорь Хорошилов в рассматриваемый период фактически не исполнял обязанности руководителя должника, у него отсутствовали документы должника и ответчик не давал указания на совершение должником убыточных операций.
Установленным обстоятельствам противоречит вывод арбитражных судов по настоящему спору о наличии оснований для взыскания убытков с Игоря Хорошилова, так как действия Хорошилова как руководителя должника, подписавшего зарплатные реестры и допустившего необоснованные выплаты, и Елены Цимбалюк как лица, получившего денежные средства и имевшего фактическую возможность определять действия должника, не подтверждены. Вывод судов о взыскании убытков с Елены Цимбалюк является обоснованным и не опровергается доводами кассационной жалобы Игоря Хорошилова. Окружной суд также отметил, что Елена Цимбалюк не обжаловала судебные акты первой и апелляционной инстанций, а подала лишь письменные пояснения в поддержку кассационной жалобы Игоря Хорошилова, которые не могут быть рассмотрены как самостоятельная кассационная жалоба.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижестоящих судов в части взыскания с Игоря Хорошилова убытков в пользу ООО «РСУ Жилпромсервис». Кассация отказала в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего должника и АО «Мосэнергосбыт» о взыскании с Игоря Хорошилова убытков. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.
Почему это важно
Несмотря на то, что правовая природа возникновения убытков достаточно проста и, на первый взгляд, не должна вызывать споров, в судебном акте сформулирована важная позиция о необходимости установления фактического участия руководителя в управлении должником для взыскания с него убытков, комментирует Анна Белоцерковская, президент ассоциации профессиональных арбитражных управляющих «ГАРАНТ». Суд отменил судебные акты в части взыскания убытков с бывшего директора, поскольку ранее вступившими в законную силу актами было установлено, что он фактически не исполнял обязанности руководителя, не располагал документацией общества и не давал указаний на совершение убыточных операций, подчеркивает эксперт.
Существенное значение имело заявление директора в налоговый орган о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ относительно его статуса единоличного исполнительного органа, по результатам которого недостоверность таких сведений была подтверждена, добавляет Анна Белоцерковская.
Данный судебный акт показывает, что для опровержения фактического руководства организацией могут использоваться не только корпоративные документы, но и обращения в государственные органы, результаты их проверок и ранее принятые судебные акты. Дополнительными доказательствами могут выступать банковские документы о лицах, фактически распоряжавшихся денежными средствами, переписка с сотрудниками и контрагентами, доверенности, сведения о доступе к электронным системам, документы о согласовании сделок и показания работников. Особое значение имеет установление лица, которое реально определяло финансово-хозяйственную деятельность общества, давало обязательные указания и принимало решения о распоряжении активами.
Таким образом, рассуждает Анна Белоцерковская, эффективная защита директора должна строиться на совокупности объективных доказательств отсутствия фактического управления и установлении лица, которое действительно контролировало деятельность организации.
Позиция суда округа согласуется со ст. 53.1 ГК РФ, которая связывает ответственность руководителя с его недобросовестными или неразумными действиями либо бездействием, повлекшими убытки общества, отмечает Георгий Хугаев, старший юрист адвокатского бюро «ЭЛКО профи».
При оценке бездействия необходимо установить, какую обязанность руководитель нарушил и мог ли он предотвратить спорные выплаты. Согласно разъяснениям Пленума Верховного суда, обязанность контролировать действия представителя сохраняется и при передаче ему управления обществом. Второму ответчику передали в залог долю, составлявшую 100% уставного капитала ООО. По условиям договора залога указанный ответчик осуществлял права единственного участника и мог принимать решения по вопросам управления обществом.
Суды также учли, что именно этот ответчик получил спорные суммы под видом заработной платы при отсутствии доказательств выполнения трудовой функции, говорит Георгий Хугаев.
По его мнению, для практики анализируемое постановление важно тем, что выводы о фактической роли руководителя из одного обособленного спора могут иметь преюдициальное значение при рассмотрении другого, а заявленные убытки могут быть взысканы с лица, непосредственно получившего денежные средства. Применимость таких выводов зависит от состава участников, периода и обстоятельств, установленных ранее. Управляющим и кредиторам в аналогичных спорах необходимо показать, какие полномочия имел каждый ответчик и как его действия или бездействие привели к убыткам должника.
Постановление округа интересно тем, что в одном акте суд по-разному подходит к получателю выплат и к руководителю, подписавшему зарплатные реестры, комментирует Кристина Прохорова, старший юрист юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры».
В части получателя выплат все соответствует устойчивой практике: выплата средств без подтвержденного встречного предоставления (в данном случае выполнения трудовой функции лицом, осуществляющим все права участника) квалифицируется как безвозмездный вывод средств. Этот подход можно рассматривать как полезный ориентир для споров о зарплатных выплатах накануне банкротства в пользу заинтересованных лиц.
Однако, продолжает Кристина Прохорова, освобождение руководителя от ответственности оставляет больше вопросов, и это не связано с наличием родственных отношений. В данном случае кассация опирается на выводы, сделанные в другом обособленном споре, но эти споры касались иного периода (2022 год) и иного предмета доказывания (субсидиарная ответственность за непередачу документов). О том, кто руководил обществом в августе 2019-го — марте 2020 года (период операций), не упоминается.
Вместе с тем, по мнению кассации, ранее суды установили, что руководитель «фактически не исполнял обязанности руководителя», ввиду внесения в 2022 году записи о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ. Но такая запись вносится по заявлению самого директора, и налоговый орган фактически не проверяет эти данные, напоминает Кристина Прохорова. Если кассацией применена логика ответственности номинального директора, то это также не является безусловным основанием для освобождения от ответственности. Наоборот, по общему правилу это ведет к солидарной ответственности номинального и фактического руководителей.
Раскрытие информации о фактическом руководителе позволяет лишь уменьшить ответственность. Однако кассация не дала оценку этому обстоятельству. Практика же тотального освобождения «номинала» от ответственности, без пула доказательств, требует крайней осторожности и аргументированности. Кто подписывал реестры, кто был указан в банковской карточке, кто держал ключи от клиент-банка, какие использовались IP-адреса и как все это соотносятся с прежними выводами и периодами по делу. Все эти вопросы не раскрыты и могли бы служить основанием для направления дела на новое рассмотрение. К сожалению, такое постановление может лишь подтолкнуть недобросовестных лиц к стратегии «заявление о недостоверности ЕГРЮЛ = иммунитет от ответственности». Это расходится с идеей о том, что тот, кто принимает соответствующий статус, принимает и связанный с ним риск.