Позволю себе предположение на перспективу. Представим, что мировое соглашение все же было утверждено. Третье лицо, действуя, бесспорно, по наитию высших сил, погашает весь реестр требований, не получая при этом прав кредитора по ст. 313 ГК РФ. И вот, к моменту, когда АО «Анкор Банк» привлекает должника к субсидиарной ответственности и устанавливает ее размер, последний обнаруживает себя единственным кредитором, а обременение на имущество должника на период судебных тяжб может быть наложено и в рамках уже начатого процесса о субсидиарной ответственности. Так с мировым соглашением или без него у АО «Анкор Банк» будет больше шансов на реальное погашение своего долга по субсидиарной ответственности? P.S. Учитывая, с какой поистине виртуозной осторожностью должник возражал против утверждения мирового соглашения, приходится признать, что между строк судебного акта кроется нечто значительно большее, чем было высказано открыто.