Кредитный аналитик «Эйлера» Екатерина Уракова предупредила о росте рисков для держателей облигаций в связи с реформой института банкротства, ознакомились с обзором «Ведомости». По ее оценке, реформа благоприятна для бизнеса, увеличивая его шансы на продолжение операционной деятельности, но для облигационеров появляется больше рисков, чем преимуществ.
Основные изменения вступят в силу с 27 июля 2027 года. Поправки в закон N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» были внесены в Госдуму еще в конце 2023 года, в начале 2024 года законопроект приняли в первом чтении, затем поставили на паузу, а в 2026 году дополнили новыми масштабными положениями и приняли во втором и третьем чтениях в начале июля.
Закон вводит институт добанкротной санации. Учредители, кредиторы и иные лица смогут заключать соглашение, помогающее должнику восстановить платежеспособность. Перечень положений, которые могут быть включены в соглашение о санации, довольно широкий, начиная с отсрочки или рассрочки и заканчивая конвертацией долга в капитал, прощением долга и обязанностью кредиторов воздерживаться от подачи заявлений о банкротстве.
Предусмотрены две модели санации: адресная и комплексное соглашение. Адресная схожа с досудебной реструктуризацией, соглашение может быть заключено как выборочно, так и со всеми кредиторами и действует только для его сторон. Комплексное соглашение является принципиально новой процедурой, оно распространяется на всех кредиторов, намерение должника должно быть раскрыто и утверждено судом при согласии более 50% не аффилированных с ним кредиторов. Для несогласных предусмотрены гарантии, они не должны оказаться в худшем положении по сравнению с проголосовавшими. Основное ограничение комплексного соглашения доступно только крупным должникам с активами свыше 1 млрд рублей, максимальный срок процедуры составляет четыре года с возможностью продления не более чем на два.
В «Эйлере» выделили несколько рисков для держателей облигаций. Первый риск – мажоризация решений, когда в структуре долга преобладают банки, их мнения будет достаточно для утверждения условий реабилитации. Единственной защитой держателей бондов станет гарантия, что их положение будет не хуже, чем у банков, но такая проверка может быть сведена к формальным критериям.
Второй риск – премия за риск санации, которую инвесторы могут начать требовать из-за ненулевой вероятности мажоризации решений банками и потенциально более равномерного распределения финансового ущерба между держателями облигаций и банками.
Третий риск – нововведения могут стать способом для заинтересованных лиц отложить неизбежное и размыть объем возмещения для необеспеченных кредиторов третьей очереди.
Четвертый риск – новые процедуры могут оказаться неустойчивыми к оспариванию в связи с наличием претензий от несогласных кредиторов, поскольку ни реструктуризация, ни санация формально не предусматривают моратория на удовлетворение их требований. Установление нижнего порога входа в санацию (1 млрд рублей) указывает на то, что часть эмитентов малого и среднего бизнеса не смогут ею воспользоваться.
Реформа института банкротства действительно смещает акцент с ликвидации должника на его финансовое оздоровление, и это в целом отвечает мировым тенденциям и интересам экономики, считает Богдан Сергийчук, адвокат, партнер адвокатского бюро «ЭЛКО профи». Расширение реабилитационных процедур, сокращение сроков наблюдения и упрощение торгов способны повысить возвратность вложений и сохранить работающий бизнес вместе с рабочими местами.
Вместе с тем нельзя не согласиться с опасениями аналитиков: «мажоризация» решений создает риск, что интересы крупных обеспеченных кредиторов, прежде всего банков, будут преобладать над правами держателей облигаций и необеспеченных кредиторов третьей очереди. Существует и реальная угроза злоупотреблений, когда реабилитационные механизмы используются заинтересованными лицами лишь для затягивания процедуры и размытия конкурсной массы. В связи с этим я бы рекомендовал держателям облигаций и иным необеспеченным кредиторам заранее оценивать структуру долга эмитента и долю банковского финансирования, поскольку именно она определяет их влияние на утверждение условий санации. Целесообразно активнее участвовать в собраниях кредиторов, объединяться для формирования консолидированной позиции и своевременно оспаривать реабилитационные планы, ущемляющие их интересы.
Инвесторам разумно закладывать в оценку риска «премию за санацию» и внимательнее относиться к ковенантам и обеспечению по облигационным выпускам, добавляет Богдан Сергийчук. Эмитентам же, по его мнению, стоит помнить, что прозрачность процедуры и добросовестное отношение к кредиторам напрямую влияют на стоимость будущих заимствований. Окончательные выводы можно будет сделать только после появления правоприменительной практики, поэтому за ходом реформы важно следить в динамике, резюмирует эксперт.
