Арбитражный суд города Москвы завершил процедуру реализации имущества Бориса и Людмилы Семиной, отказав в освобождении от долгов на сумму более полумиллиарда рублей.

Арбитражный суд Москвы завершил процедуру реализации имущества Бориса и Людмилы Семиных, которые были признаны банкротами. Суд отказал должникам в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами на сумму более полумиллиарда рублей. Финансовый управляющий указал на недобросовестное поведение должников, включая неисполнение судебных актов о передаче документов и имущества. Суд установил, что Борис Семин находится в международном розыске, а Людмила Семина осуждена за уничтожение имущества, входившего в конкурсную массу. Должники не трудоустраивались, скрывали доходы и активно противодействовали формированию конкурсной массы. 

Арбитражный суд Москвы завершил процедуру реализации имущества Бориса и Людмилы Семиных, которые были признаны банкротами в сентябре 2022 года. В реестр требований кредиторов включили одного кредитора Александра Зобнина с суммой требований 609,3 млн рублей на основании определения Московского городского суда от 5 июля 2021 года, которым было приведено в исполнение решение Окружного суда Никосии Республики Кипр от 16 ноября 2020 года. 

Финансовые управляющие Дмитрий Денежкин, а затем Михаил Федоров провели работу по выявлению имущества, формированию реестра и реализации активов. В конкурсную массу поступили денежные средства в размере 100,6 млн рублей от реализации автомобиля Jaguar XF за 1,4 млн рублей, квартиры на Мосфильмовской улице в Москве за 98 млн рублей и нежилого помещения за 1,1 млн рублей. Эти средства были направлены на погашение требований кредитора. Финансовый управляющий заявил ходатайство о завершении процедуры и неприменении правил об освобождении от обязательств.

Что установил суд

Суд установил, что должники не исполнили определение Арбитражного суда Москвы от 31 октября 2024 года об истребовании сведений и документов. Суд обязал Людмилу Семину предоставить копию действующего паспорта и сведения об иностранных компаниях, а также обязал обоих должников предоставить данные о компаниях «Фелтион Холдинг Инк», «АльВира Корпорэйшн» и «КАРБНК ЛИМИТЕД». Судебный пристав возбудил исполнительное производство, но должники не исполнили требования. Людмила Семина представила судебному приставу копию недействительного паспорта, чем ввела его в заблуждение.

Суд установил, что должники не исполнили определение Арбитражного суда города Москвы от 3 октября 2023 года об истребовании имущества (биткоинов). Суд обязал должников передать финуправляющему данные доступа к биткоин-кошельку в присутствии нотариуса. Должники не исполнили это определение. Суд также установил, что Людмила Семина не исполнила определение от 22 июня 2023 года о передаче управляющему второго ключа и паспорта транспортного средства Jaguar XF.

В ходе процедуры должники не трудоустроились и не пополняли конкурсную массу за счет доходов. Только 1 декабря 2025 года Людмила Семина уведомила управляющего о полученных доходах как самозанятая за сентябрь, октябрь и ноябрь 2025 года в общей сумме 65 тыс. рублей, которые она потратила на собственные нужды. Суд установил, что за период с 11 апреля 2022 года по 1 мая 2025 года Людмила Семина совершила 37 пересечений государственной границы, посещая Египет, Индию, Турцию, Таиланд, ОАЭ и Грузию. Борис Семин с 12 июля 2023 года проживает за пределами России и многократно летал в Египет, Индию и Турцию. Должники не представили доказательств источников финансирования этих поездок.

Приговором Красноглинского районного суда города Самары от 10 июня 2020 года Бориса Семина признали виновным в совершении преступления по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ. Апелляционным определением Самарского областного суда от 9 декабря 2020 года приговор был оставлен без изменения. Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 14 января 2022 года действия Бориса Семина переквалифицировали на часть 1 статьи 330 Уголовного кодекса РФ и прекратили уголовное дело за истечением сроков давности. Постановлением СУ УВД по СЗАО ГУ МВД России по городу Москве от 9 октября 2024 года Борис Семин был привлечен в качестве обвиняемого по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ. С 21 января 2025 года он был объявлен в федеральный розыск, а с 25 мая 2025 года в международный розыск.

Приговором Никулинского районного суда города Москвы от 10 июня 2026 года Людмилу Семину признали виновной в совершении преступлений по пункту «б» части 4 статьи 158 и части 1 статьи 167 Уголовного кодекса РФ. Суд приговорил ее к 5 годам лишения свободы. Суд установил, что Людмила Семина, зная, что квартира на Мосфильмовской улице в Москве ей не принадлежит, умышленно уничтожила имущество, похитила встроенную мебель и технику, уничтожила дорогой ремонт. Экспертное заключение определило размер ущерба в 17,8 млн рублей, из которых суд взыскал с Людмилы Семиной 13,8 млн рублей в пользу потерпевшего Николая Кудрявцева.

Суд также установил, что Борис и Людмила Семины не исполнили определение суда от 16 апреля 2025 года о разрешении разногласий по замещающему жилью. Должники не предоставили вариантов жилых помещений, отвечающих критериям утвержденного судом Порядка. Суд отклонил доводы должников о пополнении конкурсной массы, поскольку конкурсная масса пополнялась только за счет реализации имущества, а не за счет доходов должников. Суд принял во внимание вступившие в законную силу судебные акты в рамках дела о банкротстве, подтверждающие препятствия со стороны должников.

Действия должников в совокупности свидетельствуют о злоупотреблении правом и недобросовестном поведении в ущерб кредиторам. Должники не предоставили необходимые сведения, скрыли активы, источники средств на многочисленные заграничные поездки, не трудоустроились и противодействовали формированию конкурсной массы. Людмила Семина была осуждена за умышленное уничтожение имущества, входившего в конкурсную массу, а Борис Семин объявлен в международный розыск. 

Итог

Арбитражный суд Москвы отказал должникам в освобождении от обязательств.

Почему это важно

Суд обоснованно исходил из того, что должники злоупотребляли своими процессуальными правами в рамках рассмотрения дела о банкротстве должника, считает Вера Финагина, старший юрист адвокатского бюро «БВМП». В подобной категории споров суды применяют часть 4 статьи 213.28 закона о банкротстве, устанавливающая основания, при которых суд не освободит гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов после завершения расчетов с ними, отмечает Вера Финагина.

Арбитражный суд, установив одно из таких обстоятельств, в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение правила об освобождении от обязательств. А если эти обстоятельства выявились уже после того, как реализация имущества была завершена, суд выносит отдельное определение о неприменении правила об освобождении. Кроме того, освобождение от долгов является общим правилом и реабилитационной мерой, а отказ в нем является исключением. При этом в последние годы Верховный суд последовательно формулирует положительный стандарт добросовестного должника.

Вера Финагина
старший юрист Адвокатское бюро «БВМП»
«

В настоящем споре, говорит эксперт, суд обоснованно исходил из того, что процедура банкротства не предназначена для недобросовестного ухода от ответственности по долгам. Освобождение предоставляется только добросовестному должнику, попавшему в затруднительное положение, открытому для сотрудничества с управляющим, судом и кредиторами и активно содействовавшему им в проверке имущественного положения и формировании конкурсной массы. Данный подход последовательно отражается в судебной практике и вытекает из природы процедур банкротства, где баланс интересов всех участников имеет приоритет над формализмом.

Кроме того, добавляет Вера Финагина, сделки по сокрытию активов до процедуры и уклонение от сотрудничества в ходе нее являются самостоятельными основаниями для отказа, а необъясненные зарубежные поездки объективно свидетельствуют об уклонении от сотрудничества. В связи с этим суд совершенно обоснованно пришел к указанным в постановлении выводам. С учетом сложившейся практики, освобождение от долгов остается общим правилом, но право на него должник теперь фактически должен заслужить прозрачностью своего поведения, а у кредитора появились реальные, хотя и требующие серьезной доказательственной работы, инструменты для его оспаривания, резюмирует эксперт.