Ирина Сафронова

Следовательно, «автоматическое» признание прекращения обязательств по НДФЛ и страховым взносам, подлежащих возврату организации-банкроту, вместе с признанием сделки недействительной, выглядит поспешным и не обоснованным. Кроме того, из судебных актов не ясно, как должно применяться трехлетнее ограничение на возврат переплаты при признании прекращения и сторнирования налоговых обязательств. Все эти вопросы, безусловно, должны рассматриваться отдельно. Такие споры потребуют дополнительной работы банкротных юристов с налоговым законодательством.

Суду первой инстанции нужно будет проверить обоснованность каждой приостановки выездной налоговой проверки и назначения дополнительных мероприятий налогового контроля. Иной подход приведет к формированию судебной практики, которая будет необоснованно затягивать процедуры банкротства и увеличивать задолженность должника перед бюджетом, которые могли быть существенно ниже. Если бы налоговые органы проводили проверки «банкротов» в сроки, установленные Налоговым кодексом РФ, а продление сроков осуществлялось только при наличии действительной необходимости (кроме формально «соблюдения прав налогоплательщика»), то соблюдался бы баланс интересов бюджета РФ и кредиторов должника.

Реализация услуг банкротом не признается объектом налогообложения НДС. В случае добровольного выставления счета-фактуры и уплаты НДС с дохода в бюджет это ущемит права кредиторов должника. При этом арбитражный управляющий еще и окажется виноват в том, что уплатил налог, который платить не должен был. С другой стороны, для покупателя стоимость услуг фактически возросла в связи с тем, что после признания арендодателя банкротом он не может принимать НДС к вычету, чего при заключении договора он предусмотреть не мог. В данном деле обе стороны ведут себя добросовестно и одна из сторон неизбежно должна понести потери. Какая именно, рассмотрит Верховный Суд.

Подход, изложенный в постановлении от 30 мая 2025 г. № Ф06-10393/2024, не позволит лицам, признанным контролирующими по налоговой проверке, уходить от субсидиарной ответственности без активного включения в дело. Это соответствует общей тенденции налоговых споров, подавляющее большинство которых рассматривается в пользу бюджета. Лицам, признанным контролирующими в решении налогового органа, необходимо оспаривать выводы инспекции уже в налоговом споре.

Будет лукавством сказать, что добросовестный конкурсный управляющий за такое время не разберется в проблемах банкротящегося лица. Какие именно фактические обстоятельства должен исследовать суд первой инстанции, в постановлении не указано. Полагаем, что виновным в причинении убытков в форме пени с даты назначения нового конкурсного управляющего будет признано вновь назначенное лицо. Единственным способом оценить полноту уплаты налогов организацией за периоды возможных доначислений (а это год назначения и три предшествующих года) является проведение налогового аудита.

Постановление Конституционного суда фактически приравнивает имущественные налоги и пени, связанные с ними, уплачиваемыми по залоговому имуществу, с текущими расходами на его содержание. Налоговые органы и бюджет РФ при этом получают преимущество, поскольку при определении очередности уплаты налогов, по специальным правилам, предусмотренным для налогов, их очередь оказывалась дальше. Надо отметить, что имущественные налоги могут превышать доходы от использования имущества и не соответствовать стоимости реализации имущества. На этот случай судьи предусмотрели возможность распределения средств от использования или реализации предмета залога между требованиями об уплате налога и требованиями залогового кредитора. При подходе, изложенном Конституционным судом, в ходе процедуры банкротства следует уделить повышенное внимание к определению налоговой обязанности по имущественным налогам. Кроме самих банкротных процедур, при необходимости, придется озадачиться спорами об определении кадастровой стоимости имущества или об исключении имущества из облагаемого по кадастровой стоимости. В противном случае средства, полученные залоговым кредитором, будут уменьшаться на необоснованно завышенные суммы имущественных налогов.

При этом материалы проверок далеко не всегда содержат реальные доказательства вины упомянутых в них лиц. Еще реже решения содержат доказательства получения денег, которые потом могут быть взысканы. Новые руководители, действующие в период налогового спора, могут быть не заинтересованы в обжаловании доводов против старого состава. В ряде случаев решения вовсе не оспаривают. Пока суды не видят необходимости допускать таких лиц в споры. Если СКЭС ВС РФ поддержит позитивный вывод определения от 14.07.2023 № 303-ЭС21-21101 о праве защищать бывшими должностными лицами и учредителями свои права в налоговых спорах, это поможет избежать добросовестным лицам губительного уголовного преследования и фатальных финансовых взысканий.