Введение
В прошлом году российские арбитражные суды ввели процедуру банкротства в отношении «Фольксваген АГ».
Это решение вновь возвращает нас к вопросам, поднятым в 2024 г., когда Верховный Суд РФ, рассматривая дело «Вествок Проджектс Лтд» (далее – дело «Вествок»), сформулировал и предложил российским судам понятные критерии для определения компетенции по рассмотрению дел о банкротстве с иностранным элементом.
Насколько в действительности изменился подход российских судов к установлению компетенции по делам о банкротстве иностранных компаний за последние годы, рассмотрим в настоящей статье.
Трансграничное банкротство до дела «Вествок»
Впервые российские суды признали свою компетенцию и ввели процедуру банкротства в отношении иностранной компании Pandora Consulting LC, зарегистрированной в Сент-Китс и Невис (дело № А76-31539/2021, дело «Пандоры»).
Суды, включая Верховный Суд РФ, в данном деле не предложили системного подхода к определению компетенции российских судов. Суды опирались на доводы кредитора-заявителя (1) об осуществлении иностранным должником деятельности на территории РФ, (2) наличии у него счетов в России и (3) контроля со стороны российского лица, а также на введение процедуры ликвидации должника в Сент-Китс и Невис. Суд первой инстанции также предположил, что большинство кредиторов должника находятся в России.
Дальнейшая судебная практика восприняла подход, установленный в деле «Пандоры». С 2023 г. стали встречаться дела, где суды в обоснование возможности банкротства иностранных компаний прямо ссылаются на определение Верховного Суда РФ по делу «Пандоры». В качестве аргумента в пользу наличия компетенции суды указывают на то, что российские кредиторы лишены возможности инициировать банкротство должника по месту его инкорпорации. Такие выводы встречались как применительно к должникам из «недружественных» стран, так и к должникам из «нейтральных» юрисдикций.
Ниже приводим описание дел и основные аргументы, которыми суды обосновали введение банкротства против ряда иностранных должников:
Примечательно, что в деле «Garant Bauinvestition GmbH» № А40-9555/2023 суд сначала ввел в отношении должника процедуру наблюдения, хотя во всех остальных делах суд сразу вводил конкурсное производство в отношении имущества должника.
Кроме того, следует отметить, что в рамках дела кипрской компании «Retail Chain Properties Limited» № А40-112325/2023 суд рассмотрел вопрос о привлечении лиц, контролирующих иностранного должника, к субсидиарной ответственности по его долгам. Арбитражный суд г. Москвы не приводит подробного обоснования, почему институт субсидиарной ответственности доступен кредиторам в локальном производстве.
В деле № А40-112325/2023 к субсидиарной ответственности по долгам кипрской компании были предположительно привлечены граждане России. Данный прецедент открывает новую грань в рамках процедуры банкротств иностранных компаний в России. Будет интересно наблюдать за тем, как судебная практика в дальнейшем воспримет эту идею и насколько распространены окажутся случаи привлечения к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве иностранных компаний.
Разработка ВС РФ критериев компетенции в деле «Вествок Проджектс ЛТД»
Верховный Суд РФ на примере дела кипрской компании «Вествок Проджектс ЛТД» сформулировал важные позиции, обосновывающие компетенцию российских судов по рассмотрению дел о банкротстве иностранных должников в России.
Во-первых, ВС РФ указал, что российские суды при определении своей компетенции должны оценивать наличие тесной связи должника с российским правопорядком, и наметил круг обстоятельств, которые могут об этой тесной связи свидетельствовать (при этом обозначив, что приведенный перечень не является исчерпывающим):
организация ведет не носящую временного характера экономическую деятельность на территории Российской Федерации;
коммерческая деятельность ориентирована на лиц, находящихся в юрисдикции Российской Федерации;
центр основных интересов контролирующих лиц находится на территории Российской Федерации;
орган управления, филиал или представительство иностранного лица находится на территории Российской Федерации;
контролирующие организацию лица имеют российское гражданство, разрешение на временное проживание или вид на жительство в Российской Федерации либо связаны корпоративными правоотношениями с российскими юридическими лицами;
контролирующие лица привлечены к субсидиарной ответственности российским судом;
на территории Российской Федерации находятся имущественные активы организации, в том числе недвижимое имущество, права аренды на земельные участки;
значительную часть кредиторов составляют российские юридические лица, граждане Российской Федерации или лица, чья деятельность тесно связана с территорией Российской Федерации;
организацией совершалось значительное количество сделок с местом исполнения на территории Российской Федерации;
основные доказательства по делу находятся на территории Российской Федерации.
Во-вторых, ВС РФ указал, что после установления компетенции российского суда по рассмотрению дела о банкротстве необходимо определить, находится ли центр основных интересов иностранного должника в России или за рубежом. В зависимости от этого возможно возбуждение основного производства (распространяющегося на имущество должника по всему миру) или вторичного (локального) производства, которое затрагивает только имущественную массу, связанную с территорией РФ.
Центр основных интересов может определяться, в частности, исходя из следующих обстоятельств:
местонахождение основного имущества должника;
местонахождение большинства кредиторов должника;
местонахождение производственных ресурсов должника;
место осуществления предпринимательской деятельности должника;
место извлечения большей части прибыли – получения основных доходов должника;
место, в котором осуществляется реорганизация должника;
характер основных обязательств должника, в частности место их возникновения и исполнения;
местонахождение контролирующих должника лиц, их центр основных интересов;
иные обстоятельства, указывающие на наличие существенной связи деятельности должника с территорией государства.
Центр основных интересов (COMI – center of main interests) – распространенная привязка для определения того, какое производство должно быть введено в отношении должника: основное или вторичное. Такой подход встречается, например, в Типовом законе UNCITRAL о трансграничной несостоятельности и в Регламенте Европейского Парламента и Совета Европейского Союза № 2015/848 от 20 мая 2015 г. о процедурах банкротства.
Таким образом, ВС РФ в деле «Вествок» создал двухступенчатый тест. В первую очередь, суд должен установить наличие тесной связи иностранного должника с РФ (и тем самым обосновать свою компетенцию на принятие к рассмотрению дела о банкротстве), а затем определить, находится ли центр основных интересов должника на территории РФ и, соответственно, какой вид производства по делу о банкротстве может быть введен (основное или локальное). Отметим, что в российской судебной практике нам пока не встречались случаи возбуждения основного производства в отношении иностранных должников – во всех известных случаях суды вводили локальное производство.
Вместе с тем множество вопросов осталось нерешенными. Как избежать принятия разными национальными судами противоречащих друг другу актов об определении своей компетенции? Как будут признаваться в российском локальном производстве права иностранных кредиторов должника по основному производству? Каков будет статус иностранного арбитражного управляющего в основном производстве при его участии в российском локальном производстве?
Применение критериев дела «Вествок» на практике
Правовые позиции, сформулированные Верховным Судом РФ, нашли свое непосредственное отражение в решениях арбитражных судов по делам о банкротстве крупных иностранных корпораций.
Дело «Фольксваген АГ»
В решении от 20 октября 2025 г. по делу № А40-208891/25 Арбитражный суд г. Москвы, следуя позиции ВС РФ, также посчитал допустимым ввести конкурсное производство в отношении конкурсной массы немецкой компании «Фольксваген АГ» в России. Суд установил, что, несмотря на формальную регистрацию компании в Германии и свертывание ее деятельности на российском рынке в 2022 г., тесная связь «Фольксваген АГ» с РФ очевидна на основании следующих обстоятельств:
длительная и масштабная экономическая деятельность: должник десятилетиями работал на российском рынке (инвестиционный договор с 2006 г., значительная доля рынка по производству автомобилей);
наличие активов и инфраструктуры: собственный завод в Калуге, сборочная линия в Нижнем Новгороде, исключительные права на товарные знаки в РФ;
сеть подконтрольных российских юридических лиц: должник контролировал ряд российских компаний, включая «Фольксваген Банк Рус», что свидетельствовало о глубокой интеграции в экономику;
наличие российских кредиторов: требование кредитора было подтверждено решением российского суда;
отсутствие эффективного доступа к иностранному правосудию: суд признал, что введение ЕС санкций против России, включая запрет на оказание юридических услуг российским компаниям, лишает заявителя возможности инициировать банкротство в Германии, что противоречит принципу эффективной судебной защиты.
9 февраля 2026 г. Девятый арбитражный апелляционный суд подтвердил выводы суда первой инстанции и согласился с допустимостью введения локальной процедуры банкротства в отношении компании «Фольксваген АГ» в России. Суд дополнительно подчеркнул, что цель вторичного (локального) производства, когда фактически банкротится не сама иностранная компания, а ее имущественная масса в РФ, сводится к наполнению конкурсной массы в пределах российского периметра с последующей реализацией активов и распределением вырученных денежных средств между кредиторами.
Дело «БиоФарм»
В деле № А40-133328/2024 Арбитражный суд г. Москвы ввел процедуру банкротства в отношении имущественной массы австрийской компании «Biofarm Finance Developement GmbH». Заявителем по делу о банкротстве выступила дочерняя компания должника АО «Покровский завод биопрепаратов». В основе требований заявителя лежало судебное решение о взыскании убытков с материнской компании за нарушение фидуциарных обязанностей.
Суд указал, что компания «Biofarm Finance Developement GmbH» тесно связана с российской юрисдикцией по следующим причинам:
конечными бенефициарами и директором АО «Покровский завод биопрепаратов» являются российские граждане;
единственная экономически значимая деятельность должника – получение доходов от российских дочерних обществ;
большинство активов должника находятся на территории РФ.
Дело «Евроклир Банк»
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19 марта 2025 г. по делу № А40-193986/24 демонстрирует обратную ситуацию, когда суд отказал в возбуждении производства по делу о банкротстве бельгийской компании «Евроклир Банк».
Ключевыми аргументами суда стали:
отсутствие экономической деятельности в РФ: «Евроклир Банк» является бельгийским депозитарием, не получавшим лицензий Банка России и не осуществлявшим деятельность на территории РФ. Его взаимодействие с российским Национальным расчетным депозитарием (НРД) не квалифицируется как ведение деятельности в России;
отсутствие имущества, принадлежащего должнику на праве собственности: средства и ценные бумаги, учитываемые на счетах типа «С» и «И», открытых «Евроклир Банк» в НРД в соответствии с Указами Президента РФ № 95 и № 665, не являются собственностью банка. Указы Президента РФ прямо запрещают обращение взыскания на такие счета по обязательствам номинального держателя;
специальный правовой режим: суд подчеркнул, что требования заявителя подпадают под действие Указа Президента РФ № 665, который устанавливает специальный порядок и очередность удовлетворения требований кредиторов. Введение процедуры банкротства нарушило бы этот установленный законом порядок.
Таким образом, невзирая на наличие значительного числа кредиторов с крупными денежными требованиями, подтвержденными российскими судебными актами, суд не усмотрел «тесной связи» компании «Евроклир Банк» с территорией РФ ни по экономическому, ни по имущественному критерию, что и стало основанием для прекращения производства по делу.
В сложившихся геополитических реалиях российские суды демонстрируют растущую готовность защищать права российских кредиторов, используя механизмы трансграничного банкротства. Вместе с тем они проявляют осторожный и сбалансированный подход, отказывая во введении процедур при отсутствии тесной связи должника с российским правопорядком и имущественной массы на территории РФ.
Дело «IIB Luxembourg S.A.»
Дело № А40-6869/2024 в отношении «IIB Luxembourg S.A.» примечательно тем, как российские суды оценили уже открывшееся основное производство по делу о банкротстве в отношении должника на территории Люксембурга. Возбуждая локальное конкурсное производство на территории РФ, Арбитражный суд г. Москвы указал на фактическую невозможность российских кредиторов принять участие в основном производстве в связи с введенными санкциями Европейского Союза, запрещающими оказывать юридические услуги российским лицам.
Более того, в этом деле суд сослался даже на ст. 248.1 Арбитражного процессуального кодекса РФ. Нам такая ссылка представляется спорной. Безусловно, цель локального производства в отношении иностранного должника – защита прав российских кредиторов, особенно в условиях ограниченного доступа к правосудию. Вместе с тем возникают сомнения, насколько корректно говорить об исключительной подсудности судов РФ в вопросах трансграничного банкротства, когда речь идет о локальной процедуре, т.е. такой, которая не предполагает влияния на деятельность должника в других юрисдикциях.
Любопытно, как в этом деле суд обосновал связь должника с российским правопорядком. Фактически он привел два основания: во-первых, у должника в РФ имеется огромное число кредиторов; во-вторых, контролирующие должника лица имеют центр основных интересов в России. Касательно последнего довода, хотелось бы получить более конкретные свидетельства, которые указывали бы на связь С.В. Пугачева, контролирующего должника лица, с РФ. Суд указал, что С.В. Пугачев является гражданином РФ. Вместе с тем из публичных источников известно, что С.В. Пугачев отказался от российского гражданства еще в 2015 г. Суд вместо этого мог бы упомянуть факт привлечения С.В. Пугачева к субсидиарной ответственности по долгам ЗАО «Международный Промышленный Банк» (№ А40-119763/2010). Как разъяснил ВС РФ в определении по делу компании «Вествок Проджектс», привлечение российским судом контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности – достаточный признак для обоснования связи должника с РФ.
Практика банкротства иностранных компаний, сформированная российскими судами за последние годы, в целом опирается на международный опыт и следует в русле международно признанных концепций и подходов в области трансграничного банкротства. Вместе с тем генезис зародившегося в России института трансграничного банкротства весьма уникален. Если основополагающей идеей трансграничного банкротства является эффективное взаимодействие и сотрудничество между управляющими и судами в различных юрисдикциях с взаимным признанием и координацией основных и вторичных производств, то банкротство иностранных лиц в России появилось и развивается как вынужденная ответная мера реагирования на санкционные ограничения прав российских кредиторов в иностранных юрисдикциях. В этом смысле это некий «аналог» Закона Лугового, зародившийся в судебной практике применительно к банкротствам в российской юрисдикции.
Над материалом работали:
