Кирилл Никитин

Указанные обстоятельства в совокупности послужили основанием для отмены судебных актов Верховным Судом. При новом рассмотрении дела судам надлежит еще раз провести оценку всех обстоятельств дела и принять обоснованное решение с учетом изложенной правовой позиции. Мы полагаем вероятность удовлетворения требований пользователя на «новом круге» как выше средней. С точки зрения оценки влияния судебного акта на правовую систему, изложенные по тексту выводы в целом подтверждают текущие правовые тенденции, в связи с чем не носят прецедентного характера.

Аналогичное правило Верховный суд РФ применил при рассмотрении данного спора в рамках банкротного дела. Действующее законодательство, действительно, обязывает наследников отвечать по долгам умершего, в том числе по обязательствам, срок исполнения по которым еще не наступил. С учетом положений статьи 418 ГК РФ суд правомерно указал, что наследник несет риск признания сделки недействительной после смерти лица, заключившего договор. К тому же, ВС РФ напомнил, что правопреемник наследодателя несет ответственность по его обязательствам в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества, что является значимым обстоятельством при рассмотрении, в том числе, банкротной категории дел.

Так, Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. Целью введения моратория является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам. Документом, в том числе, установлено, что, в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 закона о банкротстве, на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства РФ о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет. В пункте 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.12.2020 № 44 разъяснено, что в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами, а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие. В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

Суд закрепил формальный подход при установлении обеспечительной сделки должника недействительной при наличии совокупности условий, предусмотренных абз. 2 и 3 п. 1 ст. 61.3 закона о банкротстве. Это означает, что при установлении недействительности договора залога заявителю достаточно лишь доказать, что спорное обязательство возникло в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве. При этом, вопрос о добросовестности контрагента (о его осведомленности о неплатежеспособности должника на момент заключения сделки) не подлежит исследованию. На практике достаточность формальных признаков возникновения обеспечительного обязательства в указанный период, безусловно, упрощает механизм доказывания недействительности такого соглашения, влекущего оказание предпочтения одному из кредиторов должника. В таком случае, участникам обеспечительной сделки остается убедить суд в невозможности ее оспаривания по причине, во-первых, совершения сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности и, во-вторых, при условии непревышения цены сделки 1% от стоимости активов должника.