Дмитрий Крахмалев

При этом длительное время оставался открытым вопрос: подлежат ли освобождению должники, оформившие кредиты под влиянием мошенников, и можно ли считать их поведение добросовестным. Ранее суды, ссылаясь на разъяснения Верховного суда, исходили из того, что даже в случае мошеннических действий риски несообщения банкам о множественных займах возлагаются на самого заемщика. В настоящем деле суды первой и апелляционной инстанций применили данный подход формально, ограничившись констатацией факта заключения трех кредитных договоров за три дня и отказав в освобождении, не исследовав доводы должника о влиянии третьих лиц. Кассационный суд признал такой подход ошибочным. Он указал, что при наличии доказательств возбуждения уголовного дела, признания должника потерпевшим, а также результатов психолого-психиатрической экспертизы, суды обязаны оценивать конкретные обстоятельства формирования воли должника, его роль в оформлении кредитов и судьбу полученных средств.

Так как судебная практика Верховного суда РФ направлена на закрепление правового подхода о возможности изменения кредитором своего решения о выбранном способе распоряжения требованием к лицам, привлеченным к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, полагаем, что кассационная жалоба банка будет удовлетворена, дело направлено на новое рассмотрение. Такой подход позволяет «молчунам» изменить в дальнейшем способ распоряжения требованием к привлеченным к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц с продажи этого требования на торгах на его уступку.

Учитывая, что материалы налогового контроля, в соответствии со статьей 102 НК РФ, могут составлять налоговую тайну, рассмотрение обособленных споров или рассмотрение в общеисковом порядке дел, связанных с делом о банкротстве, по ходатайству уполномоченного органа и (или) другого лица, участвующего в деле (обособленном споре), поданному в соответствии со статьей 11 АПК РФ (пункт 16.2 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 61 «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе»), может производиться в закрытом судебном заседании. Согласно части 2 статьи 11 АПК РФ разбирательство дела в закрытом судебном заседании допускается в случаях, если открытое разбирательство дела может привести к разглашению государственной тайны, в иных случаях, предусмотренных федеральным законом, а также при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны.

В некоторых случаях суды могут «закрыть глаза» на явную оговорку или опечатку, но появление в письменном документе решений по требованиям, которые не были разрешены по результатам судебного заседания, вероятнее всего, будет расценено судами как грубое нарушение. В соответствии со статьей 201 АПК РФ, если какие-то требования были заявлены, но не были разрешены при оглашении резолютивной части решения, суд принимает дополнительное решение. Дополнительное решение принимается в судебном заседании с уведомлением сторон. Такое дополнительное решение может быть обжаловано. Принятие дополнительного решения без заседания и без вызова сторон, вероятнее всего, будет квалифицировано как безусловное основание для отмены судебного акта в части принятия дополнительного решения.

По общему правилу, банк исполняет платежные поручения клиентов в обычной хозяйственной деятельности. Для признания платежей недействительными необходимо представить доказательства того, что клиент банка действовал недобросовестно (знал о признаках банкротства банка). При этом, еще Президиум ВАС РФ в Постановлении от 28.05.2013 N 7372/12 по делу N А41-16922/2011 указал на то, что платежи банка, совершенные за 1 месяц до банкротства, не являются автоматически недействительными по п. 1 ст. 61.3 закона о банкротстве. Критерии признания платежей недействительными подробно описаны в пунктах 35.2 и 35.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63. Необходимо в каждом случае устанавливать, насколько платежи были обычными для банка и клиента.