Виктор Варшавский в рамках собственного банкротства попросил исключить из конкурсной массы земельный участок площадью 759 кв.м., предоставленный его супруге Наталье Варшавской (Корень) как многодетной матери для строительства жилого дома. Участок был передан администрацией Комсомольска-на-Амуре 19 ноября 2013 г., а брак супруги заключили 21 декабря 2013 г. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в исключении участка, указав на отсутствие построенного жилого дома и исполнительского иммунитета. Однако кассация установила, что тот же участок ранее уже исключался из конкурсной массы в деле о банкротстве самой Натальи Варшавской. Суд округа указал на недопустимость повторного рассмотрения вопроса об исполнительском иммунитете при неизменных обстоятельствах, сославшись на принцип правовой определенности и п. 25 Обзора практики по банкротству граждан от 18 июня 2025 г. (дело № А73-2179/2024).
Фабула
Виктор Варшавский обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании его банкротом. В мае 2024 г. суд признал его несостоятельным и открыл процедуру реализации имущества, утвердив финансовым управляющим Эльдара Халикова.
В августе 2025 г. Виктор Варшавский подал заявление об исключении из конкурсной массы земельного участка площадью 759 кв.м. Этот участок был предоставлен его супруге Наталье Варшавской (Корень) постановлением администрации города от 19 ноября 2013 г. как многодетной матери для строительства индивидуального жилого дома. Брак между супругами был заключен позднее — 21 декабря 2013 г.
Варшавский указывал, что участок был предоставлен супруге до брака в качестве меры социальной поддержки, а заявление о регистрации права собственности было подано 19 декабря 2013 г., то есть также до брака.
Должник сослался на то, что он зарегистрирован в квартире супруги, которая является ее личной собственностью (приобретена до брака), и в случае расторжения брака утратит право пользования этим жильем. Строящийся на спорном участке дом станет единственным пригодным для его проживания помещением.
Арбитражный суд Хабаровского края, с которым согласилась апелляция, отказал в удовлетворении заявления. Варшавский обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Дальневосточного округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из положений ст. 213.25 Закона о банкротстве и ст. 446 ГПК РФ. Суд установил, что спорный участок не обременен объектами недвижимости и не является имуществом, на которое распространяется исполнительский иммунитет. Кадастровая стоимость участка составляет 157 тыс. рублей, что превышает 10 тыс. рублей.
Суд указал, что Варшавский не представил доказательств строительства жилого дома, который мог бы быть признан единственным пригодным для проживания должника. Сам по себе факт предоставления участка многодетной семье на основании п. 2 ст. 28 (п. 6 ст. 39.5) Земельного кодекса РФ не исключает возможность его реализации в процедуре банкротства.
Апелляционный суд отметил, что право собственности супруги на участок было зарегистрировано в ЕГРН уже после заключения брака, а также сослался на выданное ею обязательство от 30 ноября 2018 г. о переоформлении будущего жилого дома в общую собственность детей и супруга.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Дальневосточного округа отметил, что по мотивированному ходатайству гражданина суд вправе исключить из конкурсной массы имущество, доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов (п. 2 ст. 213.25 Закона о банкротстве). При рассмотрении дел о банкротстве граждан суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника, включая права на достойную жизнь и достоинство личности (п. 39 постановления Пленума ВС РФ № 45 от 13 октября 2015 г.).
Спорный участок был передан постановлением администрации в собственность непосредственно Наталье Варшавской (Корень) 19 ноября 2013 г. — до вступления в брак с должником (21 декабря 2013 г.) и именно в качестве меры соцподдержки многодетных граждан для улучшения жилищных условий.
Суд округа обратил особое внимание на то, что данный участок вступившим в законную силу определением от 29 марта 2024 г. по делу № А73-14667/2023 о банкротстве Натальи Варшавской уже исключался из ее конкурсной массы. На это обстоятельство Варшавский постоянно ссылался в ходе рассмотрения спора в первой и апелляционной инстанциях.
В указанном судебном акте суд подробно исследовал вопрос целесообразности включения участка в конкурсную массу и его реализации с точки зрения экономического смысла. Суд оценивал кадастровую стоимость имущества, количество детей у должницы, приходящиеся на них доли, предполагаемое использование средств материнского капитала на строительство жилого дома. Суд также соотнес эти обстоятельства с конституционными правами граждан и их детей на достойную жизнь и неприкосновенность собственности членов семьи должника. По результатам исследования суд сделал мотивированный вывод об исключении участка из конкурсной массы.
Названным судебным актом фактически уже разрешалась правовая судьба спорного участка и была задана определенность в данном вопросе в судебном порядке.
Суд округа сослался на п. 25 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом ВС РФ 18 июня 2025 г. Согласно данному правовому подходу, вопрос о применении исполнительского иммунитета может быть рассмотрен в деле о банкротстве однократно при сохранении фактических обстоятельств, влияющих на квалификацию жилья в качестве единственного пригодного. В целях обеспечения правовой определенности относительно законного режима спорного имущества и гарантий конституционного права на жилище вопрос о применении исполнительского иммунитета не может рассматриваться повторно.
Иной подход приводил бы к тому, что гражданин и члены его семьи до завершения дела о банкротстве не имели бы уверенности относительно своих прав на жилое помещение, что могло повлечь ущемление достоинства личности.
Должник (и его супруга) не может быть лишен того, на что он рассчитывал уже после принятия и вступления в законную силу судебного акта об оставлении спорного имущества в неизменном едином виде и статусе в семье многодетного собственника, несмотря на обстоятельства банкротства.
Суд округа констатировал фактическую тождественность правового вопроса, переданного на рассмотрение в рамках банкротного дела супруга Натальи Варшавской, вопросу, ранее разрешенному судом в деле о банкротстве последней.
Итог
Арбитражный суд Дальневосточного округа отменил определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части отказа в удовлетворении заявления. Суд исключил из конкурсной массы Виктора Варшавского участок площадью 759 кв.м.
Почему это важно
Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 13 февраля 2026 г. по делу № А73-2179/2024 представляет значительный интерес для практики потребительского банкротства: кассация сформулировала позицию, согласно которой исполнительский иммунитет земельного участка, предоставленного многодетной семье в качестве меры социальной поддержки, не может быть квалифицирован по-разному в зависимости от того, в чьем деле о банкротстве: мужа или жены – рассматривается вопрос о его включении в конкурсную массу, отметил Александр Мазаев, партнер Юридической компании «Замалаев, Стороженко и партнеры».
Аргументация суда, по его словам, строится на двух взаимосвязанных основаниях:
материально-правовое: участок изначально предоставлен государством именно как мера поддержки многодетной семьи в целях улучшения жилищных условий, а значит, его социальная функция неотделима от субъектного состава – семьи, а не только формального собственника;
процессуальное: вступившим в законную силу определением в деле о банкротстве супруги (дело № А73-14667/2023) участок уже был исключен из конкурсной массы с детальным исследованием всех релевантных обстоятельств; повторное рассмотрение того же вопроса при неизменности фактических условий недопустимо с точки зрения принципа правовой определенности.
Кассация, продолжил Александр Мазаев, прямо сослалась на п. 25 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18 июня 2025 г., закрепившего однократность рассмотрения вопроса об исполнительском иммунитете при неизменности обстоятельств.
Позиция суда, по его мнению, убедительна и внутренне последовательна. Ключевое ее достоинство в том, что кассация отказалась от формального подхода – привязки иммунитета исключительно к лицу, на которое зарегистрировано имущество, – и перешла к содержательному: иммунитет следует за имуществом в его семейно-социальном контексте. Это согласуется с ч. 2 ст. 69 АПК РФ о преюдициальности обстоятельств, установленных вступившим в силу судебным актом, а также с конституционными гарантиями защиты права на достойную жизнь и жилища (ст. 40 Конституции РФ), которые суд неоднократно упоминает, указал Александр Мазаев.
Нижестоящие инстанции, отказав в исключении участка из конкурсной массы мужа, фактически поставили под угрозу результат уже вступившего в силу судебного акта по делу жены, что является недопустимым с позиции принципа непротиворечивости судебных решений.
Практическая ценность подхода, по его словам, существенна. В ситуациях параллельного или последовательного банкротства супругов один и тот же актив семьи ранее мог оцениваться в каждом деле независимо, что порождало риск диаметрально противоположных выводов об иммунитете. Постановление ориентирует суды и финансовых управляющих на обязательную проверку: рассматривался ли вопрос об иммунитете спорного имущества в деле о банкротстве другого супруга, и если да – каков был итог. При неизменности обстоятельств этот итог приобретает характер обязывающего правового режима актива, пояснил он.
Вместе с тем, предупредил он, позиция имеет очевидные пределы применения, которые суд обозначил лишь косвенно. Ее действие прямо обусловлено неизменностью фактических обстоятельств: если у должника появится иное пригодное для проживания жилье, семья утратит статус многодетной, либо участок будет отчужден или обременен ипотекой, основания для иммунитета могут отпасть, и вопрос потребует нового самостоятельного рассмотрения. Кроме того, постановление не затрагивает ситуацию, при которой в деле о банкротстве первого супруга суд отказал в исключении имущества – вопрос о том, связывает ли такой отказ суд в деле второго супруга, остается открытым и потребует отдельного осмысления, заключил Александр Мазаев.
Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа закрепляет концептуально важный ориентир: режим имущества, однажды определённый судом в контексте защиты многодетной семьи, распространяется на всех членов этой семьи как субъектов банкротства при неизменности обстоятельств. Это усиливает принцип правовой определённости применительно к конкурсной массе супругов и формирует предпосылку для унификации подходов в делах, где социальная функция актива имеет самостоятельное юридическое значение.
Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа имеет очевидную «социальную» направленность: защита детей, семьи и обеспечение других социальных вопросов, констатировал Денис Чистяков, старший юрист Юридической компании NAVICUS.LAW.
Это, по его словам, соответствует общей канве решений российских судов, для которых в банкротстве практически неприкосновенны лишь две социальные категории: работники компании и иждивенцы банкрота-физического лица (кроме супругов). Вместе с тем, указал он, в постановлении достаточно широко толкуется преюдиция, а также игнорируется важнейший критерий для исключения имущества из конкурсной массы: значимость такого актива для погашения требований кредиторов.
По вопросу преюдиции: «семья» не является субъектом права и самостоятельным участником дела о банкротстве или судебного процесса. По логике суда, если в отдельных процессах банкротятся супруги, то решение по исключению имущества одного из них становится преюдициальным для дела о несостоятельности другого – это не так. Более того, такая трактовка прямо противоречит АПК РФ, поскольку в двух разбирательствах участвуют разные лица, полагает Денис Чистяков.
Вопрос об исключении жилья должника из конкурсной массы можно рассмотреть лишь один раз в одном банкротном деле. Любой другой подход грозит непредсказуемыми последствиями: на такую «преюдициальность» начнут ссылаться дети, братья, сестры должника и т.д. По поводу значимости имущества для погашения требований кредиторов тоже остается много вопросов. Например, в банкротном деле супруги из-за большого количества требований кредиторов исключаемое жилье действительно могло не сыграть весомую роль. Но почему суд отказался анализировать этот вопрос в деле о несостоятельности другого супруга, где за счет денег, полученных от продажи спорной недвижимости, удалось бы погасить значительную часть требований кредиторов?
