В 2025 году Управление ФНС России по Оренбургской области обратилось в суд с заявлением о включении задолженности АО «НСТ-Банк» по налогу на прибыль за 2024 год в размере 1,2 млрд рублей в реестр требований кредиторов. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требование налогового органа. Агентство по страхованию вкладов обратилось в кассационный суд, оспаривая законность включения этой задолженности в реестр, поскольку обязанность по ее уплате возникла уже после открытия конкурсного производства в отношении банка. Кассационный суд отменил постановление апелляционного суда ввиду нарушения процессуальных прав АСВ на доступ к заседанию с помощью ВКС (дело А47-12571/2015).
Фабула
В мае 2025 года Управление ФНС России по Оренбургской области обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «НСТ-Банк» задолженности по налогу на прибыль за 2024 год в размере 1,2 млрд рублей.
Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, удовлетворил требование налогового органа, включив указанную задолженность в третью очередь реестра.
Агентство по страхованию вкладов обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой попросило отменить судебные акты нижестоящих судов, ссылаясь на то, что данная задолженность не подлежала включению в реестр, поскольку обязанность по ее уплате возникла уже после открытия конкурсного производства.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Оренбургской области разрешил разногласия между конкурсным управляющим и налоговым органом, включив задолженность банка по налогу на прибыль за 2024 год в размере 1,2 млрд рублей в третью очередь реестра требований кредиторов. Суд исходил из того, что данная задолженность подлежит включению в реестр, несмотря на то, что она образовалась после открытия конкурсного производства.
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о необходимости включения спорной задолженности в реестр требований кредиторов банка.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Уральского округа установил, что представитель Агентства своевременно подал ходатайство об участии в судебном заседании апелляционного суда путем использования системы веб-конференции, которое было удовлетворено. Однако фактически представитель АСВ не был подключен к онлайн-заседанию.
Кассационный суд указал, что право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам, а его реализация предполагает соблюдение процессуальных норм. Ограничение права лица, участвующего в деле, на судебную защиту, лишение его возможности осуществления процессуальных прав является достаточным основанием для отмены судебного акта.
В силу принципа равноправия сторон суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, умалять права одной из сторон, а должен создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств и обстоятельств дела.
Право Агентства на участие в судебном заседании апелляционного суда, о чем оно ходатайствовало, было фактически ограничено, что могло повлиять на законность обжалуемого судебного акта.
Апелляционный суд не совершил необходимых процессуальных действий, чем нарушил принципы арбитражного процесса — обеспечение равной судебной защиты прав всех лиц, участвующих в деле, равноправие сторон, состязательность.
Итог
Окружной суд отменил постановление апелляционного суда и направил дело на новое рассмотрение в апелляционный суд ввиду нарушения процессуальных прав Агентства по страхованию вкладов при рассмотрении апелляционной жалобы.
