В деле о банкротстве Алексея Полежаева должник обратился с заявлением об исключении из конкурсной массы 14,9 млн рублей для приобретения замещающего жилья себе и несовершеннолетним детям. Суд первой инстанции и апелляция отказали, указав на злоупотребление правом, поскольку Алексей Полежаев фактически не проживал в жилом доме и не нес бремя его содержания. Окружной суд отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение. Суд указал на необходимость установления реальной потребности должника и его детей в жилье, определения региона проживания и социальной нормы предоставления жилого помещения (дело N А41-47966/20).
Фабула
Признанный банкротом Алексей Полежаев обратился с заявлением об исключении из конкурсной массы 14,9 млн рублей для приобретения замещающего жилья себе и несовершеннолетним детям.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления. Десятый арбитражный апелляционный суд оставил определение без изменения. Алексей Полежаев обратился в Арбитражный суд Московского округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции исходил из того, что Алексей Полежаев фактически не проживал в жилом доме, в том числе со своими несовершеннолетними детьми, и не нес бремя содержания указанного дома. Суд пришел к выводу об искусственном создании должником ситуации формального отсутствия единственного пригодного для проживания жилья при злоупотреблении правом. Суд также указал, что Полежаев зарегистрирован по иному адресу.
Апелляционный суд согласился с выводами о наличии признаков злоупотребления правом в действиях Алексея Полежаева. Суд сослался на пункты 29 и 30 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан от 18 июня 2025 года, согласно которым при недобросовестном поведении должника единственное жилье может быть реализовано без предоставления замещающего жилья.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа указал, что нижестоящие инстанции не учли положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и конституционные гарантии права на жилище. Исполнительский иммунитет защищает право на жилище не только должника, но и членов его семьи, включая несовершеннолетних детей, находящихся на его иждивении.
Суд округа сослался на правовую позицию Конституционного суда из постановления от 14 мая 2012 года N 11-П, согласно которой имущественный иммунитет предназначен для гарантирования должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования. Приобретение жилья с нарушением закона не лишает права на иммунитет, если это единственное жилье.
Суды не установили наличие в конкурсной массе иного жилого помещения, которое могло бы быть наделено исполнительским иммунитетом. Наличие у должника фактической возможности проживать по иному адресу не означает безусловного неприменения исполнительского иммунитета к единственному жилью. Должник не является собственником иного жилого помещения, поэтому доводы о злоупотреблении правом не могут быть безусловным основанием для отказа.
Суд разъяснил разницу между исключением из конкурсной массы самого единственного жилья и исключением выручки от его реализации. В первом случае необходимо устанавливать, не отказался ли должник от места жительства. Во втором случае, когда сам предмет (жилье) в натуре отсутствует, эти вопросы не могут быть установлены, так как жилье уже реализовано.
При решении вопроса о выборе замещающего жилья или выделении денежных средств суду необходимо учитывать жилищные права членов семьи должника, включая несовершеннолетних и нетрудоспособных лиц. Смена места жительства для таких лиц может повлечь затруднения в обеспечении их социально-бытовых потребностей, связанных с обучением и получением медицинской помощи. Предоставление замещающего жилья, как правило, устанавливается в пределах того же населенного пункта, где ранее проживал должник.
Окружной суд указал, что суду следовало установить регион проживания Алексея Полежаева и социальную норму предоставления жилого помещения на каждого члена семьи. Также необходимо сопоставить социальную норму и цены реализации жилых помещений в указанном регионе либо предложить сторонам представить оценку или поставить вопрос о проведении судебной экспертизы для определения размера денежных средств, подлежащих исключению.
Суд первой инстанции не привлек к участию в деле орган опеки и попечительства, что является нарушением процессуального законодательства. Органы опеки и попечительства должны активно участвовать в обособленных спорах о правах несовершеннолетних, самостоятельно восполнять доказательственную базу в интересах детей и инициировать истребование доказательств. Споры о праве на жилье предполагают возможность выселения находящихся на иждивении лиц, поэтому участие органа опеки обязательно.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижестоящих судов и направил обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.
Почему это важно
Рассмотренный судом округа вопрос о распространении иммунитета на часть выручки от продажи имущества должника был осложнен тем, что ранее в связи с недобросовестными действиями должника и недоказанностью проживания его в спорном жилом доме имущество было признано не подлежащим исключению из конкурсной массы. На это обращает внимание Ирина Межуева, кандидат юридических наук, ведущий эксперт юридической компании «Центр по работе с проблемными активами».
Отменяя принятые по обособленному спору акты, суд фактически определил, что, несмотря на отказ в исключении имущества из конкурсной массы, несмотря на установленные факты злоупотребления должником своими правами, а также на наличие у должника возможности проживать в ином помещении, — часть выручки от продажи имущества подлежит оставлению за должником с целью обеспечения его жильем.
Такой расширительный подход к обеспечению защиты конституционных прав должника на жилье входит в противоречие с интересами кредиторов, чьи права были нарушены и обязательства перед которыми не исполняются. Результатом такого подхода является дополнительно защита части выручки от продажи имущества, несмотря на наличие у должника возможности проживать по иному адресу. Учитывая, что условия для распространения на спорное имущество режима единственного пригодного для проживания жилья были созданы должником искусственно, а сам он в спорном доме не проживал, что установлено судебными актами, позиция суда округа фактически защищает интерес должника, который не охватывается выводами из постановлений КС и разъяснениями, содержащимися в обзоре практики ВС РФ.
Спорное имущество не было единственным жильем, но значительная часть выручки от его продажи все равно должна быть оставлена должнику, продолжает Ирина Межуева. Дополнительно суд округа не стал принимать во внимание установленный и не оспариваемый факт проживания детей должника с его бывшей супругой и в связи с этим пришел к выводу, что суды в нарушение норм процессуального права не привлекли к участию в деле органы опеки и попечительства, что само по себе является основанием для отмены судебного акта.
Последствием для судебной практики может быть дальнейшее расширение объема прав должников на выручку от продажи имущества, даже если оно не являлось для них единственным жильем, что усилит дисбаланс прав должников и кредиторов, считает Ирина Межуева.
Важно, что суд округа однозначно разделил два правовых механизма: исключение единственного жилья из конкурсной массы и исключение из конкурсной массы выручки от его продажи, указывает Александр Спиридонов, адвокат, советник практики «Банкротство» коллегии адвокатов Delcredere.
По его мнению, нельзя лишать должника возможности купить жилье для себя и своей семьи за счет средств, оставшихся после расчетов с кредиторами. В целом такой подход соответствует идее, которую транслировал Конституционный суд РФ в постановлении № 28-П от 04.06.2024 — о чувствительности и социальной значимости сферы жилищных гарантий и необходимости их соблюдения в условиях банкротства.
Отдельного внимания заслуживает указание на обязанность органов опеки принимать активное участие в обособленных спорах, инициировать истребование доказательств и т.д., если спор затрагивает права несовершеннолетних. Это важное замечание, ведь на практике в делах о банкротстве органы опеки очень редко проявляют себя, редко доносят свою позицию по спору. Предпосылок, что ситуация как-то изменится, к сожалению, нет. Если, конечно, органы опеки не получат под эти цели достаточные ресурсы: трудовые, материальные и т.д.
