Восточно-Карибский Верховный суд отменил решение суда первой инстанции и постановил признать решение Арбитражного суда Республики Башкортостан против Ольги Смышляевой, рассказал ТГ-канал Usoskin on Arbitration. Согласно нескольким российским судебным решениям, Ольга Смышляева, наряду с другими лицами, была привлечена к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Трэк» (дистрибьютора шин). После вынесения решения по субсидиарной ответственности российский суд произвел замену взыскателя с банкрота на его кредиторов. Наличие двух решений стало основным вопросом в споре о признании решения на Британских Виргинских островах (БВО).
Апелляционный суд посчитал, что с момента замены российским судом взыскателя с банкрота на кредитора произошла замена кредитора и уступка соответствующих прав. Суд решил, что с этого момента кредитор может подавать самостоятельное заявление об исполнении решения в соответствующей части. Суд отклонил заявление ответчика о том, что заявителем все равно должен быть банкрот, который затем пропорционально разделит полученное имущество между кредиторами.
Апелляционный суд также отклонил утверждение о том, что исполнение решения противоречит публичному порядку, так как требование кредитора в банкротстве основано на поручительстве, подпись представителя должника на котором подделана. Суд отметил, что ответчик не утверждает, что истец подделал подпись или знал о ее подделке. На договоре стоит печать должника, и, вероятно, подпись подделал кто-то из сотрудников должника. Соответственно, решения российских судов не были получены в результате недобросовестных действий кредитора.
Почему это важно
В данном кейсе Восточно-карибский Верховный суд, отменяя решение первой инстанции, обоснованно указал на возможность взыскания денежных средств с ответчика на основании уступленного права требования о привлечении к субсидиарной ответственности, отметил Дмитрий Якушев, советник, адвокат Адвокатского бюро «Андрей Городисский и Партнеры».
Суд первой инстанции, пояснил он, ошибочно указал на то, что отсутствие фиксированной суммы и конкретного ответчика в решении об уступке права требования исключает возможность его принудительного исполнения. Однако, как верно указал Верховный суд, российский правопорядок позволяет по уступленному требованию взыскать денежные средства как с одного должника, так и с нескольких.
Действительно, принцип солидарной ответственности довольно прочно устоялся в российском законодательстве и предъявление требования к одному из ответчиков не создает неопределенности в размере взыскиваемой суммы. Важно отметить: законом прямо предусмотрено, что кредитор, выбравший конкретный способ распоряжения правом, приобретает часть требования о субсидиарной ответственности, равную сумме задолженности. Таким образом, у ответчика есть обязанность выплатить конкретную сумму апеллянту. Для практики данное решение представляет интерес, поскольку оно подтверждает возможность в подобных ситуациях прямо взыскивать денежные средства, которые не были получены в рамках процедуры банкротства, в зарубежном суде.
Анастасия Рябова, старший юрист Коллегии адвокатов города Москвы ALX Partners, указала, что иностранному суду пришлось разбираться в особенностях распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе изучать правовой характер и последствия уступки причитающейся кредитору части для дальнейшего самостоятельного взыскания.
Судьи, по ее словам, абсолютно правомерно установили, что судебный акт, «отщипающий» часть требования кредитора, является полноценным решением о взыскании задолженности с конкретного лица или группы лиц. При этом они руководствовались действительно правильными мотивами, заложенными в ст. 61.17 ЗоБ, — возможностью кредитору облегчить забег за активами ответчика и самостоятельно осуществлять взыскание всеми доступными способами.
Видится, что это решение Восточно-Карибского Верховного суда станет основополагающим в трансграничной практике и будет использоваться другими иностранными судами при рассмотрении аналогичных дел. Особый интерес представляет та часть, где судьи анализируют соотношение российского дела о банкротстве Ольги Смышляевой и допустимость приведения в исполнение судебного акта в иностранной юрисдикции. В этой части суд руководствовался исключительно принципами английского права, предписывающими способствовать восстановлению прав кредитора. Теперь кредитор никак не связан с ее российским делом о банкротстве и вправе претендовать на зарубежные активы во внебанкротном порядке. Такая позиция суда, вероятно, породит еще немало споров в рамках исполнения как в российском деле о банкротстве, так и в судебных процессах за пределами.
Следует предположить, что будут предприниматься попытки вернуть все полученное кредитором в конкурсную массу Смышляевой. Однако фактическая исполнимость таких решений в иностранной юрисдикции довольно спорная, заключила она.
