Дмитрий Крамарчук обратился с заявлением о собственном банкротстве, указав на невозможность погашения долгов своего умершего отца перед ООО «Строй-Комплекс СПб» в размере более 9 млн рублей, перешедших к нему в порядке наследования. До принятия наследства должник подарил своей матери принадлежавшую ему 1/2 долю в квартире № 96, а после вступления в наследство единственным его жильем стала унаследованная квартира № 24. Кредитор потребовал включить квартиру № 24 в конкурсную массу, полагая, что должник умышленно создал ситуацию искусственного исполнительского иммунитета. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, признав квартиру единственным жильем должника. Апелляционный суд отменил определение и включил квартиру в конкурсную массу, однако кассация восстановила решение первой инстанции. ООО «Строй-Комплекс СПб» обратилось в Верховный Суд, указав на умышленное отчуждение должником жилья накануне принятия наследства с целью защитить унаследованную квартиру исполнительским иммунитетом. Судья ВС РФ Е.Н. Зарубина передала спор в Экономколлегию, которая признала доводы кредитора обоснованными и оставила в силе апелляционное постановление, по которому спорное имущество было включено в конкурсную массу (дело № А56-99903/2022).
Фабула
Дмитрий Крамарчук обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о собственном банкротстве. Должник указал на невозможность удовлетворения долговых обязательств своего умершего отца — Игоря Крамарчука (наследодателя) — перед ООО «Строй-Комплекс СПб» в размере 9 млн рубля ввиду недостаточности наследственной массы.
Задолженность наследодателя в пользу ООО «Строй-Комплекс СПб» была установлена Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в 2018 и 2019 г. по двум делам о взыскании убытков. В рамках этих дел суды произвели процессуальное правопреемство на стороне ответчика в связи с принятием Дмитрием Крамарчуком наследства.
В декабре 2022 г. суд ввел в отношении Дмитрия Крамарчука процедуру реструктуризации долгов, а в апреле 2023 г. суд признал Дмитрия Крамарчука банкротом и ввел процедуру реализации имущества. В декабря 2023 г. апелляционный суд включил требование ООО «Строй-Комплекс СПб» в размере 10,5 млн рублей в третью очередь реестра требований кредиторов.
ООО «Строй-Комплекс СПб» обратилось в суд с заявлением о включении унаследованной Дмитрием Крамарчуком квартиры № 24 в Санкт-Петербурге в конкурсную массу. Кредитор указал, что на момент открытия наследства эта квартира не являлась для должника единственным жильем, а Дмитрий Крамарчук совершил недобросовестные действия по созданию объекта, формально защищенного исполнительским иммунитетом.
В обоснование своей позиции ООО «Строй-Комплекс СПб» сослалось на следующие обстоятельства. Дмитрий Крамарчук как единственный наследник вступил в права наследования на имущество отца, включая квартиру № 24. При этом в период с 1 августа 2013 г. до 2 марта 2022 г. Дмитрию Крамарчуку принадлежала 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 96 также в Санкт-Петербурге. По договору дарения от 1 марта 2022 г. должник передал эту долю своей матери — Татьяне Алексеевой.
В рамках иного обособленного спора финансовый управляющий и кредитор оспаривали сделки Дмитрия Крамарчука, в том числе договор дарения от 1 марта 2022 г. Суды отказали в признании договора недействительным, указав, что наследники отвечают по долгам наследодателя только в пределах наследственного имущества, а отчужденная по договору дарения доля являлась личной собственностью Дмитрия Крамарчука.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, признав квартиру единственным жильем должника. Апелляционный суд отменил определение и включил квартиру в конкурсную массу, однако кассация восстановила решение первой инстанции. ООО «Строй-Комплекс СПб» обратилось в Верховный Суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области отказал ООО «Строй-Комплекс СПб» во включении квартиры № 24 в конкурсную массу. Суд руководствовался ст. 213.25 Закона о банкротстве, ст. 214 ГК РФ и ст. 446 ГПК РФ. Сделка по отчуждению 1/2 доли в праве собственности на квартиру № 96 не признана недействительной, а квартира № 24 является для Дмитрия Крамарчука единственным жильем, принадлежащим ему на праве собственности, в котором он зарегистрирован.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и включил квартиру № 24 в конкурсную массу Дмитрия Крамарчука. Апелляционный суд указал на наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании договора дарения 1/2 доли в праве собственности на квартиру № 96 недействительной сделкой. Суд апелляционной инстанции констатировал, что Дмитрий Крамарчук создал ситуацию, при которой квартира № 24 искусственно наделена исполнительским иммунитетом.
Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил постановление апелляционной инстанции и оставил в силе определение суда первой инстанции. Окружной суд указал, что договор дарения 1/2 доли в праве собственности на квартиру № 96 был заключен в отношении личного имущества Дмитрия Крамарчука, не входящего в состав наследства. Легитимность договора дарения была установлена постановлением суда округа от 11 августа 2025 года. Кассационный суд признал, что спорная квартира № 24 защищена исполнительским иммунитетом в пользу наследника как единственное пригодное для проживания жилье должника.
Что думает заявитель
ООО «Строй-Комплекс СПб» указало, что Дмитрий Крамарчук, будучи осведомленным о наличии у наследодателя неисполненных обязательств перед ООО «Строй-Комплекс СПб», до принятия наследства умышленно совершил безвозмездную сделку по отчуждению принадлежавшего ему жилого помещения. Целью этих действий, по мнению заявителя, являлось придание принятой в порядке наследования квартире № 24 статуса единственного жилья и, соответственно, защита данного имущества исполнительским иммунитетом от притязаний кредиторов наследодателя.
По мнению ООО «Строй-Комплекс СПб», действия Дмитрия Крамарчука представляют собой недобросовестное поведение, направленное на искусственное создание условий для применения исполнительского иммунитета к унаследованному имуществу. Заявитель указал, что суды не учли последовательность и целенаправленность действий должника: сначала безвозмездное отчуждение собственного жилья близкому родственнику, а затем принятие наследства с долгами в условиях, когда унаследованная квартира становится формально единственным жильем.
Что решил Верховный Суд
Судья ВС РФ Е.Н. Зарубина передала спор в Экономколлегию.
Итог
Экономколлегия ВС признала доводы кредитора обоснованными и оставила в силе апелляционное постановление, по которому спорное имущество было включено в конкурсную массу. Мотивировка еще не опубликована.
Почему это важно
Данное определение Верховного Суда задает важный ориентир для всей практики банкротства, отметил Александр Катков, адвокат, партнер Юридической группы NOVATOR Legal Group.
Суд, продолжил он, фактически уточнил, что иммунитет единственного жилья не должен работать автоматически, если за ним стоит недобросовестное поведение самого должника.
В этом деле наследник, зная о долге отца, перед принятием наследства безвозмездно передал матери долю в другом жилье, чтобы унаследованная квартира стала для него единственной. Такие действия выглядят как попытка защитить актив от кредитора, указал Александр Катков.
Верховный Суд справедливо указал, что исследованию подлежат не только формальные признаки на момент банкротства, но и предшествующие шаги должника. Для практики это решение означает, что суды будут внимательнее анализировать обстоятельства возникновения у должника статуса «единственного жилья». Кредиторы получили дополнительный аргумент в оспаривании включения квартиры в конкурсную массу при наличии доказательств, что должник искусственно создал этот иммунитет. В то же время сам принцип защиты единственного жилья остается незыблемым – речь идет лишь о том, чтобы он не превращался в способ уклонения от расчетов с кредиторами.
Верховный Суд РФ 12 февраля 2026 г. уточнил свою позицию по вопросу исполнительского иммунитета единственного жилья при банкротстве, согласно которой, если после принятия наследства у должника появляются долги и при этом была совершена сделка, направленная на искусственное создание иммунитета для единственного жилья, такой иммунитет не действует, констатировал Вадим Зыкин, адвокат, партнер Chervets.Partners.
Речь, пояснил он, идет о случаях, когда посредством формальных действий, например, через дарение доли, реализуется попытка вывести жилье из конкурсной массы. Тем самым, по его словам, суд скорректировал подход, изложенный в Обзоре практики от 18 июня 2025 г., в соответствии с которым единственное жилье наследника защищается так же, как защищалось бы при жизни наследодателя в его собственном банкротстве.
На практике данная позиция зачастую использовалась злоумышленниками при реализации схем по исключению имущества из конкурсной массы в ущерб кредиторам путем наделения его формально статусом «единственного жилья», подчеркнул Вадим Зыкин.
В комментируемом решении Верховный Суд РФ сохранил баланс, признав, что сама сделка может быть действительной, но при наличии признаков подозрительности (ст. 61.2 Закона о банкротстве) – оспоримой. Важно установить, что она совершена в период подозрительности и что стороны знали или должны были знать о приближающейся несостоятельности. При этом Суд не пошел по более жесткому пути признания таких сделок мнимыми автоматически, что демонстрирует аккуратный подход и уважение к воле сторон. Таким образом, проведена граница между добросовестными наследственными ситуациями и попытками искусственно создать иммунитет.
В целом, решение можно оценить положительно: оно снижает риск злоупотреблений и способствует более справедливому балансу интересов кредиторов и должников, заключил он.
