В апреле 2024 года индивидуальный предприниматель Кирилл Давыдов и государственное казенное учреждение города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» заключили государственный контракт на поставку установок генерации тока ценой 14,7 млн рублей. Исполнение контракта обеспечивалось банковской гарантией АКБ «АК Барс» на 10,3 млн рублей. Поставщик поставил товар, но заказчик выявил несоответствие техническим требованиям и направил мотивированный отказ от приемки. Поставщик вывез товар, а затем принял решение об одностороннем отказе от исполнения контракта и контракт был расторгнут. Учреждение получило от банка выплату по банковской гарантии в полном объеме, а банк взыскал эту сумму с предпринимателя в порядке регресса. Кирилл Давыдов обратился в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения, полагая, что заказчик не имел права на всю сумму гарантии за вычетом штрафных санкций. Суд первой инстанции отказал в иске, апелляционный суд иск удовлетворил частично, но окружной оставил в силе решение первой инстанции. Судья Верховного суда Антонова М.К. передала спор в Экономколлегию, которая отменила постановление Арбитражного суда Московского округа и оставила в силе постановление Девятого арбитражного апелляционного суда (А40-68468/2025).
Фабула
Государственное казенное учреждение города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» и индивидуальный предприниматель Кирилл Давыдов по результатам электронного аукциона заключили государственный контракт от 01.04.2024 года на поставку установок генерации тока. Цена контракта составила 14,7 млн рублей.
В обеспечение исполнения обязательств по контракту предприниматель представил банковскую гарантию от 20.03.2024 года, выданную АКБ «АК Барс» на сумму 10,3 млн рублей.
Поставщик поставил заказчику товар 3 и 4 апреля 2024 года, однако при приемке товара было выявлено его несоответствие техническим требованиям контракта, в связи с чем 18 апреля 2024 года были составлены соответствующие акты с перечнем выявленных недостатков и сроков их устранения, а в адрес поставщика был направлен мотивированный отказ от принятия поставленного товара.
Кирилл Давыдов в период с 23 по 26 апреля 2024 года для устранения выявленных недостатков вывез со складов заказчика товар, несоответствующий условиям контракта. Ввиду отсутствия возможности поставить оборудование, соответствующее условиям контракта, подрядчик 24 июня 2024 года принял решение об одностороннем отказе от исполнения контракта и контракт был расторгнут сторонами 5 июля 2024 года.
Учреждение обратилось в банк с требованием о выплате денежных средств по банковской гарантии в размере 10,3 млн рублей, которое банк исполнил в полном объеме. Банк обратился к Кириллу Давыдову с регрессным требованием, которое также было исполнено предпринимателем. Полагая, что заказчик не имел права на получение выплаты по банковской гарантии за вычетом штрафных санкций в размере 736,1 тыс. рублей, Кирилл Давыдов обратился в арбитражный суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.
Арбитражный суд города Москвы в удовлетворении иска отказал. Девятый арбитражный апелляционный суд это решение отменил и удовлетворил иск частично, взыскав с учреждения 8,8 млн рублей неосновательного обогащения и 432 тыс. рублей процентов. Арбитражный суд Московского округа отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда первой инстанции. Кирилл Давыдов обратился в Верховный суд.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска Кирилла Давыдова. Суд исходил из наличия в банковской гарантии условия, предусматривающего возможность удержания полной суммы обеспечения в случае неисполнения обязательств по контракту, и пришел к выводу, что получение заказчиком денежной суммы по банковской гарантии в объеме, предусмотренном гарантией, является законным и не свидетельствует о неосновательном обогащении бенефициара.
Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции, отменил судебный акт и указал, что получение всей суммы гарантии при отсутствии соразмерных имущественных требований образует неосновательное обогащение, поскольку оплата товара учреждением не производилась. С учетом установленных обстоятельств, начисленных заказчиком штрафных санкций и пени, которые составили 1,4 млн рублей, на стороне заказчика возникло неосновательное обогащение в сумме 8,8 млн рублей, подлежащее взысканию. На указанную сумму были начислены проценты на основании статьи 395 Гражданского кодекса с дальнейшим начислением с 21.03.2025 по дату погашения задолженности.
Арбитражный суд Московского округа отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда первой инстанции. Окружной суд также указал на условие банковской гарантии, позволяющее осуществить выплату заказчику цены контракта в случае его неисполнения в пределах суммы, установленной банковской гарантией.
Что думает заявитель
Кирилл Давыдов в кассационной жалобе выразил несогласие с выводами суда округа и привел доводы о допущенных нарушениях судом при квалификации рассматриваемых договорных обязательств, неправильном применении норм права о неосновательном обогащении, безосновательном удержании заказчиком денежных средств, не являющихся убытками либо штрафными санкциями. По мнению заявителя, подлежащая выплате сумма по банковской гарантии должна устанавливаться с учетом реальных фактических обязательств сторон,и в отсутствие обоснования начисления штрафных санкций, пени или убытков она не может быть заявлена на всю сумму, предусмотренную банковской гарантией. Заявитель указал, что это обстоятельство было правомерно установлено судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела.
Что решил Верховный суд
Судья Верховного суда Антонова М.К. передала спор в Экономколлегию.
ВС указал, что институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника. Согласно пункту 1 статьи 368 Гражданского кодекса по независимой гарантии гарант принимает на себя обязательство уплатить бенефициару определенную денежную сумму независимо от действительности обеспечиваемого обязательства. Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит от основного обязательства и от отношений между принципалом и гарантом в силу пункта 1 статьи 370 ГК.
Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы при представлении письменного требования бенефициара и других документов, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии.
Гарант не вправе выдвигать против осуществления платежа возражения, правом на которые обладает исключительно принципал. Коллегия указала, что причины, приведшие к нарушению обеспечиваемого обязательства, даже если принципал ссылается на их связь с виновными действиями бенефициара, не имеют правового значения для осуществления выплаты гарантом.
Экономколлегия разъяснила, что факт совершения гарантом платежа в пользу бенефициара порождает для гаранта, принципала и бенефициара особые правовые последствия в случае необоснованного получения выплаты по гарантии. В соответствии со статьей 375.1 Гражданского кодекса бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным. Иной подход означал бы неправомерное освобождение бенефициара от ответственности перед гарантом или принципалом.
ВС сослался на пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса, согласно которому лицо, которое без установленных законом оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо установление обогащения одного лица за счет другого при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами, предусмотренные статьей 395 ГК.
Государственный контракт был расторгнут 5 июля 2024 года, а факт неисполнения Кириллом Давыдовым обязательств по контракту подтверждается решением антимонопольного органа от 15 июля 2024 года и имеющимися в материалах дела документами.
В связи с неисполнением обязательств по поставке товара надлежащего качества ГКУ города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» предъявило банку требование о выплате 10,27 млн рублей. Согласно расчету, представленному бенефициаром, цена контракта составляет 14,72 млн рублей, а объем фактически исполненных обязательств равен нулю. Авансовые платежи заказчик не производил, оплату товара после его получения не осуществлял, а некачественный товар Давыдов вывез со складов покупателя.
ВС указал, что в соответствии с пунктом 9.4 контракта обеспечение исполнения контракта распространяется на случаи неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств по контракту, неуплаты неустоек и убытков, понесенных заказчиком. По данным заказчика на дату вступления в законную силу решения о расторжении контракта за Кириллом Давыдовым образовалась задолженность в сумме 1,33 млн рублей, из которой 591,9 тыс. рублей составляют пени и 736,2 тыс. рублей штрафные санкции. Фактическая сумма начисленных пени и штрафов была определена апелляционным судом в размере 1,43 млн рублей и сторонами не оспаривается. О взыскании убытков, понесенных в связи с ненадлежащим исполнением обязательств, ГКУ города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» не заявляло.
СКЭС согласилась с выводом апелляционного суда о том, что ГКУ города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» получило по гарантии сумму 10,27 млн рублей, не соответствующую действительным требованиям к Кириллу Давыдову, в связи с чем на стороне учреждения образовалось неосновательное обогащение в размере 8,85 млн рублей. ВС подчеркнул, что истребуемая по гарантии сумма должна быть не произвольной, а обоснованной и вытекать из нарушения конкретных обязательств принципалом, которые поименованы в гарантии. В настоящем деле обязательства из неисполнения контракта, которые обеспечивает гарант, это обязательства по уплате неустоек и обязательства по уплате убытков. Условия контракта не дают оснований считать, что при расторжении контракта по вине исполнителя заказчик вправе требовать всю сумму обеспечения безотносительно к конкретным убыткам или неустойке.
Верховный суд признал, что на ГКУ города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» обоснованно возложена предусмотренная статьей 395 Гражданского кодекса ответственность, направленная на защиту имущественных интересов лица, чьи денежные средства незаконно удерживались.
Итог
Верховный суд отменил постановление Арбитражного суда Московского округа и оставил в силе постановление Девятого арбитражного апелляционного суда.
