Арбитражный суд Ростовской области рассмотрел заявление конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности Владимира Смирнова, Игоря Яковлева, Юрия Губанова, Анны Русалевич, Сергея Есенского, Олега Айрапетян, Мария Трушенко и Валерия Храпова по обязательствам ПАО «Донхлеббанк» (дело А53-1961-38/2019).
Позиция АСВ
Конкурсный управляющий установил, что ухудшение финансового положения банка произошло в результате действий контролирующих лиц по формированию заведомо невозвратной ссудной задолженности путем предоставления кредитов организациям, не осуществляющим реальной хозяйственной деятельности, а также физическому лицу без возможности исполнить обязательства.
Владимир Смирнов (бенефициарный владелец банка, член Совета Директоров и аффилированное с заемщиками лицо) являлся контролирующим лицом и выгодоприобретателем по сделкам, связанным с кредитованием ООО «Норманн-Заказчик» и ООО «Норманн-Строй».
Юрий Губанов, занимая должность Председателя Правления банка, принимал решения о выдаче заведомо невозвратных кредитов и подписывал кредитные договоры, что привело к существенному ухудшению финансового положения банка.
Игорь Яковлев, являясь Председателем Правления и членом Совета директоров банка, принимал решения о выдаче заведомо невозвратных кредитов и подписывал кредитные договоры, в том числе носящие схемный характер.
Сергей Есенский, занимая должность члена Правления и заместителя Председателя банка, принимал решения и подписывал заведомо невозвратные кредиты, в том числе схемные и технические, что привело к ухудшению финансового положения банка.
Олег Айрапетян, являясь управляющим Санкт-Петербургским филиалом банка и действуя на основании доверенности, принимал решения о выдаче заведомо невозвратных кредитов и подписывал соответствующие договоры, что нанесло ущерб банку.
Анна Русалевич, будучи членом Правления, заместителем Председателя Правления и членом Совета директоров банка, принимала решения о выдаче заведомо невозвратных кредитов, схемных и технических, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов.
Позиция суда
Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения Смирнова, Яковлева, Губанова, Русалевич, Есенского и Айрапетян к субсидиарной ответственности по обязательствам ПАО «Донхлеббанк». Производство по делу в части установления размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.
При этом суд не нашел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Марии Трушенко, поскольку ее подпись на кредитных договорах носила формальный характер и осуществлялась в рамках должностных обязанностей главного бухгалтера для соблюдения норм законодательства и актов ЦБ РФ.
По мнению суда, отсутствуют основания и для привлечения к субсидиарной ответственности Валерия Храпова, так как подписанный им кредитный договор с ООО «Заря» являлся рефинансированием обязательств по ранее заключенному договору и не привел к увеличению кредитной нагрузки заемщика и убыткам банка.
Действия контролирующих лиц банка по принятию решений о выдаче и подписанию заведомо невозвратных кредитов суд признал недобросовестными, неразумными и неправомерными. Кредитование технических юридических лиц и физического лица причинило банку ущерб и привело к его банкротству.
Суд подчеркнул, что вина контролирующих лиц в доведении банка до банкротства состоит в том, что они осуществляли финансирование заемщиков, не имевших имущества и доходов для надлежащего погашения ссуд, без обеспечения исполнения обязательств и учета интересов банка, его вкладчиков и кредиторов.
Совокупность доказательств позволила суду сделать вывод, что банкротство ПАО «Донхлеббанк» было обусловлено в первую очередь высоко рискованной политикой руководства по предоставлению кредитов лицам с сомнительной платежеспособностью, в том числе связанным с руководством банка.
Решения о выдаче ссуд принимались в нарушение принципов добросовестности и разумности, положений законодательства и актов ЦБ РФ, подчеркнул суд, по мнению которого руководство банка фактически не обеспечило возвратность сформированной ссудной задолженности, действуя вопреки интересам банка.
Почему это важно
В рамках настоящего дела судом, в том числе, был рассмотрен вопрос исчисления и применения сроков исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве банков, отметил Юрий Самолетников, адвокат Юридической фирмы VERBA LEGAL.
Так, по его словам, из акта следует, что ответчики настаивали на применении годичного срока давности на подачу заявления. Позиция ответчиков строилась на том, что применению подлежат положения Закона на дату совершения вмененных действий – а именно редакция ФЗ № 134-ФЗ.
Он напомнил, что п. 5 ст. 10 Закона в редакции ФЗ № 134-ФЗ предусматривал применение двух сроков исковой давности: годичного субъективного срока исковой давности для предъявления соответствующего требования и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.
В то же время суд обоснованно отказал в применении сроков давности с приведением исторического экскурса: в отличие от банкротства по общим правилам, для дел о банкротстве банков на протяжении всего исследуемого периода нормы о сроке давности изменений не претерпели.
