Конкурсный управляющий ООО «ЭКО Технологии» Константин Каверзин обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего генерального директора и единственного участника общества Александра Березина к субсидиарной ответственности. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления, посчитав недоказанным наличие оснований для привлечения Березина к ответственности. КУ обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа, указав на совершение Березиным сделок по отчуждению двух транспортных средств в ущерб кредиторам, а также на неисполнение обязанности по передаче документации должника, что повлекло невозможность идентификации активов общества на 34,9 млн рублей. Кассационный суд согласился с доводами управляющего, отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение (дело № А56-111226/2022).
Фабула
Конкурсный управляющий ООО «ЭКО Технологии» Константин Каверзин обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о привлечении Александра Березина (бывшего генерального директора и единственного участника ООО «ЭКО Технологии») к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, с чем согласился Тринадцатый арбитражный апелляционный суд. Каверзин обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа, рассказал ТГ-канал «Субсидиарная ответственность».
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, с позицией которого согласился Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, признал недоказанной совокупность условий для привлечения Березина к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭКО Технологии».
Суды исходили из недоказанности КУ того, что бездействие Березина, выразившееся в неисполнении обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, не позволило сформировать конкурсную массу ООО «ЭКО Технологии».
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа не согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций.
Суды не учли доводы КУ о наличии затруднений в формировании конкурсной массы ввиду нераскрытия Березиным сведений, содержащихся в бухгалтерском балансе ООО «ЭКО Технологии» за 2021 г., согласно которому общество имело запасы на сумму 18,7 млн рублей, дебиторскую задолженность в размере 16,2 млн рублей и 55 тыс. рублей денежных средств.
Окружной суд подчеркнул, что в данной ситуации именно Березин должен был дать пояснения и представить доказательства того, что его бездействие не привело к невозможности формирования конкурсной массы должника и расчетов с кредиторами, а также раскрыть обстоятельства, препятствовавшие передаче документов и имущества ООО «ЭКО Технологии».
Березин, несмотря на неоднократное отложение судом первой инстанции судебных заседаний, явку не обеспечил, каких-либо пояснений относительно неисполнения им судебного акта об истребовании имущества должника не представил, обстоятельства, приведенные КУ, не опроверг.
Суды неправильно распределили бремя доказывания, возложив негативные последствия неисполнения Березиным обязанности по опровержению законом закрепленных презумпций на конкурсного управляющего, что привело к необоснованным выводам и неполному установлению юридически значимых обстоятельств по делу.
Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.
Окружной суд сослался на разъяснения, данные в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53, согласно которым заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства. При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть презумпции, связанные с непередачей документации, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче документации.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 16 октября 2017 г. № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные законом, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.
Ссылаясь на постановление Конституционного Суда РФ от 7 февраля 2023 г. № 6-П, окружной суд указал, что суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц, например, при отказе или уклонении от представления суду доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте.
Арбитражный суд Северо-Западного округа также отметил, что доводы КУ о совершении Березиным сделки по отчуждению автомобиля «УАЗ Патриот» не приводились при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в связи с чем не подлежат оценке.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, направив дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.
Почему это важно
Для применения презумпции доведения до банкротства за непередачу документации необходимо установить причинно-следственную связь между непередачей документации и невозможностью удовлетворить требования кредиторов, отметил Иван Веселов, партнер Юридической фирмы ALUMNI Partners.
Как указал Верховный Суд РФ в определении от 28 сентября 2023 г. № 302-ЭС23-8173, конкурсный управляющий обязан пояснить, каким именно образом отсутствие документов повлияло на ход процедуры банкротства и расчеты с кредиторами. Однако указанное не означает, что бремя доказывания полностью перекладывается на управляющего. В рассматриваемом деле суд округа применил общий стандарт доказывания – «разумную степень достоверности», ограничившись доводом о нераскрытии контролирующим лицом сведений об активах должника, содержащихся в бухгалтерской отчетности.
Этот подход, по его словам, в очередной раз подтверждает, что суды не допускают пассивного поведения со стороны привлекаемых к ответственности лиц. В условиях «прокредиторского» тренда в банкротных делах бездействие может быть расценено как фактическое признание вины, поэтому сидеть сложа руки – непозволительная роскошь, заключил он.
