Арбитражный суд Республики Алтай обязал конкурсного управляющего Евгения Румянцева возместить убытки ООО «МС Холдинг» на сумму почти 7 млн рублей, рассказал ТГ-канал Убытки АУ. Новый управляющий должника Фарахим Кулиев доказал неправомерность трат предшественника на привлечение специалистов и организаторов торгов. Суд установил, что Румянцев систематически превышал законные лимиты расходов и не предоставлял подтверждающие документы. Ответчик и его саморегулируемая организация сослались на пропуск срока давности мажоритарным кредитором. Суд отклонил доводы о пропуске сроков, так как бывший управляющий скрывал реальное положение дел и не передал документы (дело А02-745/2018).
Арбитражный суд Республики Алтай вынес определение о взыскании убытков с бывшего конкурсного управляющего ООО «МС Холдинг» Евгения Румянцева в пользу ООО «МС Холдинг». Суд удовлетворил требования нового управляющего Фарахима Кулиева на общую сумму почти 7 млн рублей. В эту сумму вошли расходы на привлечение специалистов сверх лимита и необоснованные траты денежных средств.
Что взыскали с АУ
Структура взысканных убытков включает три основных компонента, причинивших вред конкурсной массе. Первый компонент составляет 1,1 млн рублей за превышение установленных лимитов на оплату привлеченных специалистов. Второй компонент равен 4,1 млн рублей за необоснованное расходование средств должника в виде возмещения собственных расходов управляющего. Третий компонент оценивается в 1,7 млн рублей за неправомерное привлечение организатора торгов ООО «ГК Кварта».
Саморегулируемая организация «Национальный центр реструктуризации и банкротства» и сам Евгений Румянцев заявляли о пропуске срока исковой давности. Они ссылались на то, что мажоритарный кредитор ООО «РТ Капитал» был осведомлен о тратах еще в 2021 году. По их мнению, новый управляющий Фарахим Кулиев фактически защищает интересы именно этого кредитора, пропустившего трехлетний срок. Однако суд отклонил эти доводы, сославшись на непредоставление первичных документов и недостоверность прошлых отчетов.
Что решил суд
Суд установил, что балансовая стоимость активов ООО «МС Холдинг» на конец 2017 года составляла почти 48 млн рублей. Исходя из этой суммы, законный лимит расходов на привлечение сторонних лиц не мог превышать 774 тыс. рублей. Евгений Румянцев игнорировал это ограничение и не получал судебных определений на увеличение лимитов. Бремя доказывания обоснованности таких трат полностью лежит на арбитражном управляющем согласно пункту 6 статьи 20.7 закона «О банкротстве».
Особое внимание суд уделил договорам с ООО «А1» и ООО «ГК Кварта», которые ранее уже были предметом спора. Суд еще в октябре 2021 года отказал Евгению Румянцеву в увеличении лимитов для этих компаний. Судьи указали, что ведение бухгалтерского учета и организация торгов входят в прямые обязанности управляющего. Банковских операций было мало, а имущество должника не требовало привлечения сторонних специалистов сверх штатных возможностей.
Платежи другим контрагентам также были признаны необоснованными вследствие отсутствия доказательств оказания услуг. Индивидуальный предприниматель Анна Тимофеева получила 1,2 млн рублей за лицензию на систему 1С, но договор и акты не подтверждены. ООО «ПБУ» перечислили 500 тыс. рублей за восстановление учета и инвентаризацию, однако акты выполненных работ отсутствуют. Елена Понкратова получила 331 тыс. рублей за юридические услуги, при этом сам Евгений Румянцев заявил, что договор не подписывал.
Выплаты Светлане Матвеевой на сумму 240 тыс. рублей и ООО «ЮрСИП» на сумму 89 тыс. рублей суд также признал незаконными. Светлана Матвеева фактически выполняла рутинные функции по ведению реестра и подготовке собраний, которые входят в обязанности управляющего. ООО «ЮрСИП» получило деньги по договору от мая 2020 года, но доказательств оказания юридических услуг в материалах дела нет. ООО «Сервис Р» перевели 237 тыс. рублей за перевозку документации без каких-либо обоснований необходимости таких расходов.
Оплата услуг Ольги Киселевой в размере 100 тыс. рублей за иск к судебным приставам тоже попала под взыскание. Суд разъяснил, что арбитражный управляющий обладает комплексными знаниями и должен самостоятельно составлять исковые заявления. Привлечение сторонних юристов для стандартных правовых действий без превышения лимитов и одобрения суда недопустимо. Целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов, а не обогащение привлеченных лиц.
Вопрос срока исковой давности был решен в пользу Фарахима Кулиева вследствие сокрытия информации. Евгений Румянцев составлял отчеты с недостоверными данными, что было установлено судом 18 сентября 2024 года. Кроме того, он не передал новому управляющему первичные документы по хозяйственной деятельности, несмотря на требование суда от 30 июня 2025 года. Реальная возможность оценить законность трат возникла только после утверждения Фарахима Кулиева 13 ноября 2024 года.
Страховая компания ООО «Страховой дом БСД» сослалась на сроки действия полиса.
Итог
Суд возложил на Евгения Румянцева обязанность возместить 6,9 млн рублей в конкурсную массу.
Почему это важно
Как отмечает Екатерина Латынцева, партнер, руководитель практики банкротств и корпоративных споров юридической компании Bankruptcy Legal Group, в данном споре суд установил три группы нарушений в действиях Румянцева Е.В.:
превышение лимитов расходов на привлеченных специалистов,
необоснованное расходование средств должника
и необоснованное привлечение организатора торгов.
Несмотря на то что в увеличении лимитов расходов было отказано, арбитражный управляющий продолжал расходовать средства должника на проведение процедуры банкротства, рассчитывая на последующее одобрение таких расходов судом, указывает Екатерина Латынцева. При этом суд пришел к выводу, что привлечение специалистов не было обусловлено какими-либо экстраординарными или непредвиденными обстоятельствами. Напротив, функции, для выполнения которых привлекались третьи лица, относятся к обычным полномочиям и профессиональным компетенциям арбитражного управляющего.
Примечательно, что значительная часть взысканной суммы связана не только с превышением лимитов, но и с отсутствием доказательств фактического оказания услуг. Суд обратил внимание на непредставление договоров, актов выполненных работ, отчетов о результатах деятельности привлеченных специалистов, а в отдельных случаях — даже на отсутствие объяснений относительно оснований перечисления денежных средств. В такой ситуации соответствующие выплаты были квалифицированы как убытки, причиненные конкурсной массе.
В части привлечения организатора торгов судом обращено внимание на то, что АУ заключил договор до получения соответствующей санкции суда, несмотря на наличие одобрения комитетом кредиторов его привлечения, продолжает эксперт. При этом суд подчеркнул, что согласие кредиторов само по себе не освобождает управляющего от обязанности соблюдать требования п. 6 ст. 20.7 закона «О банкротстве». Суд отклонил довод о пропуске срока исковой давности и сформулировал принципиальную правовую позицию. По мнению суда, срок исковой давности по требованию о взыскании убытков начинает течь для нового конкурсного управляющего с момента его утверждения, а не с даты осведомленности мажоритарного кредитора о спорных расходах.
Данный вывод мотивирован тем, что отчеты, представляемые прежним управляющим комитету кредиторов, содержали недостоверные сведения, что подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, а документация должника новому управляющему передана не была, поясняет Екатерина Латынцева. Она полагает, что именно этот вывод является наиболее дискуссионным и, вероятно, станет одним из ключевых вопросов при рассмотрении дела в апелляционной инстанции.
При обжаловании судебного акта ответчику целесообразно обратить особое внимание апелляционного суда на первичные доказательства, подтверждающие осведомленность кредиторов о произведенных расходах и фактах привлечения специалистов, рекомендует спикер. Если соответствующая информация раскрывалась в отчетах управляющего, протоколах собраний и заседаний комитета кредиторов, платежных документах либо иных материалах дела, это может иметь существенное значение для оценки момента, когда лица, действующие в интересах конкурсной массы, получили реальную возможность узнать о предполагаемом нарушении своих прав.
«В целом дело отражает более широкий тренд последних лет на ужесточение судебного подхода к привлечению арбитражными управляющими сторонних специалистов. Суды все чаще исходят из того, что арбитражный управляющий является профессиональным участником процедуры банкротства и обязан самостоятельно выполнять весь объем предусмотренных законом функций. Привлечение третьих лиц рассматривается как исключение, требующее убедительного обоснования объективной необходимости такого привлечения», — говорит Екатерина Латынцева.
На этом фоне арбитражные управляющие все чаще действуют превентивно: еще до израсходования лимитов, на этапе возникновения расходов, обращаются в суд с заявлениями о привлечении специалистов, подкрепляя свою позицию экспертными заключениями, подтверждающими рыночный характер вознаграждения привлекаемых лиц. Такая практика позволяет минимизировать риск последующего признания расходов необоснованными и взыскания убытков в конкурсную массу, резюмирует эксперт.
