Налоговая служба провела выездную проверку ООО «Годовалов» и доначислила 452,2 млн рублей налогов, 236,7 млн рублей пеней и штраф 9,8 млн рублей. ООО «Годовалов» заключило с адвокатским бюро «Такс Комплаенс» соглашение об оказании юридической помощи на 100 млн рублей с поэтапной оплатой. ООО «Годовалов» перечислило адвокатскому бюро 41,1 млн рублей, после чего в отношении ООО «Годовалов» возбудили дело о банкротстве. Конкурсный управляющий Михаил Проровский оспорил соглашение как неравноценную сделку. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, апелляционный суд признал сделку недействительной на основании неравноценности, а окружной суд отменил апелляционное определение и оставил в силе решение первой инстанции. Михаил Проровский подал кассационную жалобу в Верховный суд, указав на превышение окружным судом полномочий при переоценке заключения судебной экспертизы. Судья ВС Сергей Самуйлов передал спор в Экономколлегию (дело N А40-222076/2023).
Фабула
Налоговая служба по итогам выездной проверки приняла 15 августа 2022 года решение о привлечении ООО «Годовалов» к ответственности за налоговое правонарушение. Налоговая служба доначислила ООО «Годовалов» налог на добавленную стоимость и страховые взносы в размере 452,2 млн рублей, начислила пени в размере 236,7 млн рублей, а также штраф по страховым взносам в размере 9,8 млн рублей.
ООО «Годовалов» 3 февраля 2023 года заключило с адвокатским бюро «Такс Комплаенс» соглашение об оказании юридической помощи для обжалования решения налоговой службы. Стоимость услуг по соглашению составляла 100 млн рублей с поэтапной оплатой. ООО «Годовалов» перечислило адвокатскому бюро 41,1 млн рублей в счет оплаты услуг.
ООО «Годовалов» обжаловало решение налоговой службы в судебном порядке. Арбитражный суд города Москвы в сентябре 2023 года частично удовлетворил требования ООО «Годовалов», признав решение налоговой службы недействительным. Однако постановлением окружного суда от 3 июня 2024 года судебные акты отменили и направили дело на новое рассмотрение, при котором суд первой инстанции 30 сентября 2024 года отказал ООО «Годовалов» в удовлетворении заявления.
Производство по делу о банкротстве ООО «Годовалов» возбудили 9 декабря 2023 года, а 17 января 2024 года открыли конкурсное производство. Конкурсный управляющий Михаил Проровский обратился в суд с заявлением о признании соглашения от 3 февраля 2023 года недействительным как неравноценной сделки.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, апелляционный суд признал сделку недействительной, а окружной суд отменил апелляционное определение и оставил в силе решение первой инстанции.
Михаил Проровский подал кассационную жалобу в Верховный суд, указав на превышение окружным судом полномочий при переоценке заключения судебной экспертизы.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления Михаила Проровского. Суд исходил из того, что ООО «Годовалов» получило от адвокатского бюро равноценное встречное предоставление, что подтверждено заключением специалиста экспертной группы «Veta».
Суд отметил, что Михаил Проровский не представил иной оценки оказанных услуг и отказал в назначении судебной экспертизы. Суд также признал, что при совершении сделки ООО «Годовалов» уже было неплатежеспособным, однако адвокатское бюро не было об этом осведомлено.
Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и признал соглашение недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 закона о банкротстве. Суд взыскал с адвоката Максима Бегунова в конкурсную массу 34,8 млн рублей как последствие недействительности сделки.
Апелляционный суд признал заключение экспертной группы «Veta» противоречивым, поскольку его выводы расходились с методологией и результатами исследования самой группы «Veta» за 2022 год. Суд положил в основу своего решения выводы судебной экспертизы, проведенной ООО «ПЦ Дивиус», согласно которой рыночная стоимость юридических услуг составила 6,3 млн рублей. Остальную часть выплаченных денежных средств суд квалифицировал как «гонорар успеха», но оснований для его выплаты не имелось, поскольку в признании решения налогового органа недействительным ООО «Годовалов» отказали. Суд также учел наличие заключенного между сторонами ранее договора на выполнение аналогичной работы за 3,2 млн рублей.
Окружной суд отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе определение суда первой инстанции. Суд указал, что заключение судебной экспертизы недопустимо и недостоверно, так как эксперта надлежаще не предупредили об уголовной ответственности и он использовал устаревшие данные, повлекшие занижение итоговой оценки более чем на 25%.
Суд признал законным и обоснованным вывод суда первой инстанции о недоказанности совершения оспариваемой сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. Суд также указал, что названные конкурсным управляющим пороки сделки не выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 закона о банкротстве, что позволило бы квалифицировать сделку по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.
Что думает заявитель
Михаил Проровский указал, что окружной суд вышел за пределы своих полномочий, так как переоценил заключение судебной экспертизы как одного из доказательств по делу. Суд округа признал экспертизу недопустимым доказательством и положил в основу своего судебного акта согласие с выводами суда первой инстанции о достоверности и допустимости внесудебного заключения специалиста. Однако апелляционный суд опорочил данное внесудебное заключение, и окружной суд эти выводы не опроверг. Таким образом, по существу оказались опороченными как внесудебное заключение, так и заключение судебной экспертизы.
КУ указал, что вывод апелляционного суда о необходимости судебно-экспертного исследования вопроса о стоимости спорных услуг сомнению не подвергнут и не признан необоснованным. При таких обстоятельствах, по его мнению, решение суда первой инстанции не могло быть оставлено в силе.
Также Михаил Проровский указал, что судебная экспертиза была не единственным доказательством неравноценности сделки, а являлась процессуальным способом проверки и объективизации уже заявленного конкурсным управляющим довода о существенном отклонении цены соглашения от рыночного уровня. Учитывая наличие противоречий между доказательствами, сделка на предмет неравноценности фактически не проверена, чем был нарушен пункт 1 статьи 61.2 закона о банкротстве.
Что решил Верховный суд
Судья ВС Сергей Самуйлов передал спор в Экономколлегию.
Почему это важно
В споре затрагивается сложный процессуальный вопрос возможности оценки кассационным судом допустимости доказательств, отмечает Юлия Литовцева, кандидат юридических наук, партнер, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса юридической компании «Пепеляев Групп». С одной стороны, п. 32 Постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 13 прямо относит иную оценку допустимости доказательства к переоценке. А это запрещено на стадии кассации. С другой стороны, в п. 33 того же Постановления Верховный суд разъясняет, что основанием для отмены судебных актов в кассации может быть нарушение процессуальных норм при исследовании и оценке доказательств. Например, если судебный акт основан на недопустимых доказательствах.
Таким образом, уточняет Юлия Литовцева, необходимо различать:
самостоятельную оценку доказательства кассационным судом как недопустимого (например, исходя из его содержания, что является «запрещенкой»);
проверку соблюдения процессуальных норм при оценке допустимости доказательства (например, правила о том, что некоторые обстоятельства могут быть подтверждены только определенными доказательствами).
Между этими Сциллой и Харибдой придется пройти постановлению первой кассации в Верховном суде, указывает эксперт. Суд округа применительно к допустимости заключений высказался как в отношении несоблюдения процессуальных норм (отметив отсутствие предупреждения эксперта до проведения судебной экспертизы), так и с позиции содержания. Поэтому результат спора будет определяться следующим:
действительно ли без судебной экспертизы в этом деле не обойтись (судя по всему, таковая нужна)?
сочтет ли ВС РФ имеющееся в деле заключение недопустимым с учетом нарушений, связанных с предупреждением эксперта?
Если заключение будет признано нелегитимным, то спор, вероятнее всего, будет направлен на новое рассмотрение. Если же ВС РФ по каким-то причинам сочтет его допустимым (например, оценив ситуацию с датой подписки эксперта технической ошибкой), то постановление апелляционного суда может быть поддержано. Но шанс направления спора на новое рассмотрение и в этом случае остается высоким.
Как считает Мария Михеева, руководитель банкротной практики юридической компании Intana Legal, позиция ВС РФ направлена на устранение возможных недостатков по конкретному делу.
Никаких революционных выводов, которые бы задавали критерии оценки равноценности при оспаривании сделок, связанных с оказанием услуг, определение не содержит. Возможно, такие критерии будет сформулированы судом по итогам рассмотрения дела в судебном заседании. Основные противоречия, как следует из судебных актов, связаны с выводами многочисленных экспертных исследований, имеющихся в материалах дела. Представляется сомнительной логика суда апелляции, который подверг сомнению заключение экспертов Veta по данному делу, сопоставляя его (и находя в них противоречия) с общим исследованием Veta по стоимости юридических услуг (по всему рынку).
Указанное исследование задает ориентир и усредненный критерии, в том время как заключение по конкретному делу (той же самой экспертной организации) учитывает применимые фактические обстоятельства, полагает Мария Михеева. С учетом суммы налоговых доначислений (более 600 млн рублей), стоимость юридических услуг не выглядит несоразмерной, добавляет она. При этом последующая отмена судебных актов (по налоговым спорам), по ее мнению, не должна влиять на оценку равноценности фактически оказанных услуг.
Ключевым фактором Мария Михеева считает то, увидит ли ВС РФ в позиции и суда округа, и суда апелляционной инстанции «переоценку» доказательств. Если да, то дело может быть направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции или апелляцию.
