Верховный Суд РФ опубликовал Обзор по ответственности директоров.
1. Если сделка совершена руководителем хозяйственного общества в условиях конфликта интересов, который не был им раскрыт перед участниками общества (акционерами) или членами совета директоров (наблюдательного совета), презюмируется, что причиненные обществу убытки возникли в связи с указанными действиями руководителя.
2. Руководитель хозяйственного общества, раскрывший заинтересованность в совершении сделки, считается действовавшим в интересах юридического лица при ее заключении, пока иное не будет доказано истцом.
3. О нахождении руководителя хозяйственного общества в условиях конфликта интересов при совершении сделки может свидетельствовать не только подконтрольность стороны сделки руководителю по формальным признакам, но и фактическая аффилированность руководителя и иных участников сделки.
4. Руководитель хозяйственного общества не вправе самостоятельно устанавливать (изменять) размер выплачиваемого ему вознаграждения без получения согласия участников (акционеров) общества или совета директоров (наблюдательного совета). Произведенные при отсутствии такого согласия выплаты могут быть взысканы с руководителя общества в качестве убытков, причиненных юридическому лицу.
5. Использование руководителем активов хозяйственного общества (имущество, объекты интеллектуальной собственности и т. п.) в собственных интересах и (или) в интересах иных лиц может являться основанием для возложения на таких лиц и руководителя обязанности по возмещению убытков, в том числе упущенной выгоды.
6. Руководитель хозяйственного общества и его участники обязаны возместить убытки, возникшие у юридического лица вследствие неправомерного использования ими активов общества, в размере не менее величины выгоды (прибыли), извлеченной этими лицами.
7. На руководителя хозяйственного общества не может быть возложена ответственность за расходование средств общества на себя и (или) на иных лиц, если осуществление таких расходов связано с экономическими интересами общества и их защитой.
8. Руководитель хозяйственного общества отвечает за убытки, причиненные обществу при выводе денежных средств под видом осуществления выплат лицам, находившимся от него в служебной зависимости, если произведенные выплаты не отвечали интересам этого юридического лица.
9. Руководитель хозяйственного общества не отвечает за негативные последствия, наступившие для юридического лица в связи с принятыми им решениями и совершенными сделками, если поведение руководителя не выходило за пределы обычного делового (нормального хозяйственного) риска.
10. Руководитель хозяйственного общества может быть освобожден от ответственности за причиненные обществу убытки, если установлено, что совершенные им действия были направлены на предотвращение большего ущерба интересам данного юридического лица.
11. При определении наличия и размера убытков должны учитываться не только имущественные потери хозяйственного общества, но и выгода, которая была получена им благодаря действиям его руководителя.
12. Руководитель хозяйственного общества может быть привлечен к ответственности за убытки, возникшие у юридического лица в связи с неисполнением обязательств его контрагентами, если руководителем не была выстроена система управления обществом, обеспечивающая должную осмотрительность при выборе и проверке контрагентов.
13. Ответственность руководителя хозяйственного общества в виде возмещения убытков исключается, если руководитель, действуя разумно, не мог предотвратить их возникновение вследствие недостаточности (ограниченности) у юридического лица имущества и невозможности привлечь дополнительное финансирование.
14. Привлечение хозяйственного общества к публично-правовой ответственности не является достаточным основанием для возложения на руководителя общества обязанности по возмещению убытков.
15. Руководитель хозяйственного общества может быть привлечен к ответственности за убытки, причиненные обществу в связи с нарушением требований законодательства, если руководитель имел возможность не допустить (предотвратить) совершение обществом такого нарушения или уменьшить размер ответственности и должен был это реализовать в процессе управления.
16. В случае предъявления требования о взыскании убытков новым участником хозяйственного общества (акционером) руководитель общества вправе ссылаться на одобрение его действий участниками (акционерами) общества, включая фактическое одобрение совершенных им сделок.
17. Руководитель хозяйственного общества в случае совершения им сделки, причинившей убытки юридическому лицу, не вправе ссылаться на одобрение его действий решением общего собрания участников (акционеров) или совета директоров (наблюдательного совета), если руководитель знал или должен был знать о нарушениях, повлекших недействительность (ничтожность) этого решения.
18. Одобрение действий руководителя хозяйственного общества не освобождает его от ответственности за причиненные юридическому лицу убытки, если руководитель скрыл информацию, имеющую значение для принятия решения; не раскрыл необходимую информацию о содержании сделки и рисках ее совершения или представил сведения, которые являлись недостоверными.
19. Руководитель хозяйственного общества, совершивший сделку в интересах отдельных участников общества, не вправе ссылаться на решение об одобрении сделки, принятое заинтересованными участниками, как на основание освобождения от возмещения убытков.
20. Совершение руководителем хозяйственного общества крупной сделки без получения необходимого корпоративного одобрения не является основанием для взыскания убытков, если действия руководителя не были направлены на причинение вреда интересам юридического лица.
21. Участник хозяйственного общества, имевший фактическую возможность определять действия юридического лица, отвечает за убытки, причиненные обществу в результате совершения сделок в собственных интересах.
22. Лицо, получившее фактическую возможность управлять текущей деятельностью хозяйственного общества, отвечает за убытки, причиненные юридическому лицу, по правилам, определяющим ответственность руководителя юридического лица.
23. Соглашение об устранении или ограничении ответственности руководителя хозяйственного общества в виде возмещения убытков, причиненных обществу совершением недобросовестных действий, является ничтожным (п. 5 ст. 53.1 ГК РФ) вне зависимости от формы его составления, в том числе в случаях принятия решения собранием акционеров и изменения устава общества.
24. При сокрытии руководителем хозяйственного общества информации о сделке, совершенной в условиях конфликта интересов, срок исковой давности по требованию о возмещении руководителем общества убытков исчисляется со дня, когда хозяйственное общество (его участники) получило возможность узнать о совершении сделок и несоответствии условий сделок интересам юридического лица.
25. Утверждение участником (акционером) хозяйственного общества ежегодной финансовой отчетности для целей исчисления исковой давности, по общему правилу, не свидетельствует об осведомленности такого участника (акционера) о совершении руководителем общества недобросовестных и (или) неразумных действий, которые привели к возникновению убытков в отчетном периоде.
26. Изменение состава участников (акционеров) хозяйственного общества, в том числе приобретение новым участником (акционером) доли в уставном капитале (акций), не изменяет течения срока исковой давности по требованию о возмещении руководителем хозяйственного общества убытков, причиненных юридическому лицу.
Почему это важно
Стоит отметить, что правовые позиции, сформулированные в Обзоре, будут полезны и применимы не только при рассмотрении корпоративных споров между участниками общества и его руководителем, но также и в делах о несостоятельности (банкротстве): в рамках обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности/взысканию с них убытков (поскольку убытки в делах о банкротстве с них взыскиваются по тем же корпоративным основаниям – ст. 53.1 ГК РФ и др.) (см. например: ст. 61.20 Закона о банкротстве; п. 20, 68 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 и др.), отметил Даниил Ермолаев, ведущий юрисконсульт Юридической компании «Юрэнергоконсалт».
Он прокомментировал правовую позицию, содержащуюся в п. 20 Обзора, которая показалось ему достаточно неоднозначной при детальном осмыслении.
Исходя из буквального толкования положений ст. 53.1 ГК РФ, указал он, следует, что убытки могут быть взысканы с руководителя общества при доказанности, что при осуществлении своих полномочий он действовал неразумно или недобросовестно. При этом недобросовестность действий (бездействия) руководителя считается доказанной, в частности, когда он совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица (пп. 3 п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62).
Законами об обществах с ограниченной ответственностью (ст. 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ) и об акционерных обществах (ст. 78, 79 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ) установлена обязательная корпоративная процедура одобрения крупных сделок общества, а также возможность инициирования оспаривания сделки на основании ст. 173.1 ГК РФ, совершенной в отсутствие такого обязательного одобрения, напомнил он. Из приведенных выше положений следует, что доказанность совершения руководителем общества крупной сделки, в отсутствие на то требующегося в силу законодательства одобрения соответствующих органов юридического лица свидетельствует о его недобросовестности, что является основанием для взыскания с него убытков.
Очевидно, что любая сделка общества всегда несет в себе ту или иную степень риска, что экономический результат от ее совершения окажется отрицательным и будет отличаться от ожидаемого, пояснил Даниил Ермолаев. Вероятность получения отрицательного экономического результата от сделки, которая является незначительной относительно размера активов общества, не выходит за рамки обычного предпринимательского риска, поскольку такой убыток не способен оказать определяющего значения на деятельность общества, привести к его банкротству, утрате значительного количества активов, а потому принятие решений о совершении соответствующих сделок отнесено к компетенции руководителя общества и не требует корпоративного одобрения, заключил Даниил Ермолаев.
Иная ситуация, по его словам, с крупными сделками: учитывая их значительность (от 25 % размера балансовых активов общества), убытки от таких сделок могут значительно подорвать финансовое состояние общества или вовсе привести к его банкротству, ввиду чего для их совершения обоснованно требуется получить одобрение участников общества. При этом видение тех или иных бизнес-процессов может отличаться: участники общества обычно сосредоточены на стратегическом управлении, являясь собственниками пропорционально их долям, могут занимать более консервативную и менее рискованную стратегию по сравнению с руководителем общества; по-разному оценить рискованность и выгодность крупной сделки и не одобрить ее совершение, что вполне справедливо. Их интересы и защищает предусмотренный механизм корпоративного одобрения, резюмировал он.
В этой ситуации, на мой взгляд, являлось бы верным, если могли бы быть взысканы убытки с руководителя, намеренно проигнорировавшего процедуру одобрения крупной сделки, пусть и полагавшего, что она полезна для общества (т.е. лицо совершило сделку не для цели причинения вреда), но в результате эта сделка все же причинила вред обществу. Между тем занятая Верховным Судом позиция способствует бизнес-конфликту между руководителем общества и его участниками и ставит последних в крайне рискованное положение в разрезе совершения крупных сделок: если руководитель полагает, что сделка является выгодной, а у участников общества иная оценка, то возникает риск того, что руководитель может просто проигнорировать видение участников общества, поскольку впоследствии с него не будут взысканы убытки, если только он не преследовал цель именно причинить вред, а исходил лишь из иной оценки экономического эффекта крупной сделки для общества.
