Конкурсный управляющий ООО «Технотон НН» Дмитрий Наталкин обратился в суд с заявлением о привлечении Алексея Рахвалова, Олега Ушакова и его супруги Светланы Ушаковой к субсидиарной ответственности. Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, привлек указанных лиц к ответственности, а в дальнейшем установил размер ответственности в 10,8 млн рублей солидарно, полностью удовлетворив требования кредиторов. Светлана Ушакова обжаловала судебные акты в кассации, настаивая на несоразмерности размера ее ответственности, наличии встречного предоставления должнику и непричастности к доведению его до банкротства. Окружной суд отменил судебные акты, указав на необходимость оценки доводов о явной несоразмерности вреда и направил спор на новое рассмотрение (дело № А43-53597/2019).
Фабула
В рамках дела о банкротстве ООО «Технотон НН» Арбитражный суд Нижегородской области рассмотрел заявление конкурсного управляющего Дмитрия Наталкина о привлечении Алексея Рахвалова, Олега и Светланы Ушаковых к субсидиарной ответственности.
Суд первой инстанции привлек указанных лиц к ответственности, приостановив производство в части установления ее размера до окончания расчетов с кредиторами. В 2024 г. суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, определил размер субсидиарной ответственности в 10,8 млн рублей.
Светлана Ушакова обжаловала судебные акты в кассационном порядке, рассказал ТГ-канал «Субсидиарная ответственность».
Что решили нижестоящие суды
Суды установили, что Светлана Ушакова, будучи супругой фактического руководителя должника Олега Ушакова, получила от ООО «Технотон НН» 8,9 млн рублей и дала согласие на отчуждение доли в уставном капитале должника.
Суды признали Светлану Ушакову контролирующим лицом как извлекавшую выгоду из недобросовестных действий руководителя. Возражения о наличии встречного предоставления, несущественности платежей и непричастности к управлению должником суды отклонили.
Размер субсидиарной ответственности Ушаковой был определен солидарно с другими контролирующими лицами в размере всех требований кредиторов (10,8 млн рублей), включая вознаграждение управляющего и судебные расходы. Оснований для снижения размера ответственности суды не усмотрели.
Что решил окружной суд
Суд округа отметил, что наличие оснований для привлечения Светланы Ушаковой к субсидиарной ответственности установлено вступившими в силу судебными актами и не может быть пересмотрено. Однако при определении размера ответственности судами допущены существенные нарушения.
Ссылаясь на разъяснения ВС РФ, окружной суд указал, что при явной несоразмерности причиненного вреда размеру требований кредиторов суд вправе уменьшить размер субсидиарной ответственности. Доводы Светланы Ушаковой о несоразмерности подлежали проверке.
Кассация обратила внимание, что Ушакова ссылалась на получение от должника существенно меньшей суммы, чем ей вменено, на наличие встречных поставок товара, просила исследовать ее доводы и представленные доказательства. Однако суды уклонились от оценки этих обстоятельств.
Сделки должника со Светланой Ушаковой в порядке главы III.1 Закона о банкротстве не оспаривались, следовательно, ее доводы подлежали проверке при определении размера ответственности. Оценка этих доводов не дана.
Суды также вменили Ушаковой согласие на продажу доли ее супруга в должнике, однако не установили, каким образом эта сделка между физическими лицами причинила вред кредиторам должника.
Сославшись на компенсационный характер субсидиарной ответственности, окружной суд указал на необходимость при определении ее размера устанавливать размер реально причиненного вреда, оценив доводы о встречном предоставлении, получении меньшей суммы и др. Выводы судов о размере ответственности Светланы Ушаковой признаны преждевременными.
Кассация также отклонила возражения Ушаковой против включения в состав ее ответственности судебных расходов и против взыскания в пользу кредитора, знавшего о неплатежеспособности должника. Ссылка ответчика на п. 14 постановления Пленума ВС РФ № 53 была признана ошибочной, поскольку Ушакова привлечена к ответственности не за неподачу заявления о банкротстве, а за причинение вреда кредиторам.
Итог
Арбитражный суд Волго-Вятского округа отменил судебные акты в части определения размера субсидиарной ответственности Светланы Ушаковой и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов, направив дело на новое рассмотрение, и разъяснил, что размер ответственности контролирующего лица должен быть соразмерен реально причиненному им вреду, а не автоматически равняться всей сумме долгов банкрота, отметил Денис Саблуков, руководитель практики реструктуризации и банкротства Компании Sudohod.
Суд, продолжил он, установил, что получение КДЛ имущества должника далеко не всегда свидетельствует о причинении вреда кредиторам в размере всех требований реестра.
По его словам, позиция кассации: принцип соразмерности не должен игнорироваться.
Требуется доказывание реального размера вреда. Кассация подчеркнула, что субсидиарная ответственность, по своей правовой природе, является мерой гражданско-правовой ответственности, целью которой является возмещение причиненного вреда (ст. 1064 ГК РФ). Следовательно, размер ответственности должен определяться исходя из объема реальных имущественных потерь кредиторов, а не быть абстрактной суммой долга.
Ключевой вывод «явная несоразмерность». Суд прямо сослался на абз. 2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве, который допускает снижение размера ответственности, если КДЛ докажет, что причиненный им вред существенно меньше размера требований кредиторов. Это положение является важной гарантией защиты прав привлекаемого лица.
Обстоятельства, имеющие значение, должны быть исследованы. Кассационный суд установил, что доводы С.П. Ушаковой о встречном предоставлении (поставках товара) и о получении денежных средств в меньшем размере, подлежали тщательной проверке. Нижестоящие суды не дали им должной оценки, формально отклонив ходатайства. Новое рассмотрение, по мнению Дениса Саблукова, должно устранить этот пробел.
Кассация, подчеркнул он, продолжает развивать практику снижения размера субсидиарной ответственности для КДЛ по конкретным сделкам, если есть основания полагать, что конкретно совершенная сделка не является причиной банкротства, однако в общей массе сделок повлияла на причины банкротства.
Практический подход. Практика, при которой размер субсидиарной ответственности автоматически приравнивается к РТК, последовательно снижается. Суды все чаще углубленно оценивают реальный причиненный сделками/действиями вред кредиторам и должнику для определения размера субсидиарной ответственности.
Активная защита получает шанс. КДЛ, привлекаемые к ответственности, получают реальный инструмент для защиты – возможность доказывать, что их действия причинили кредиторам ущерб на значительно меньшую сумму. К таким доказательствам могут относиться документы о встречном предоставлении, о возврате средств, о реальной стоимости выведенного актива.
Соответствие правовой позиции ВС РФ. Кассационный суд полностью встроился в линию, заданную Верховным Судом РФ (см., например, определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 7 июля 2022 г. № 308-ЭС16-6482(24,25) по делу № А63-577/2015), которая признает «явную несоразмерность» вреда одним из оснований для снижения размера ответственности.
Таким образом, постановление АС Волго-Вятского округа восстанавливает принцип справедливости и соразмерности в институте субсидиарной ответственности. Оно напоминает, что цель данного института – не карательная, а компенсационная, что предполагает изучение конкретных действий КДЛ и определение соразмерно субсидиарной ответственности.
Указанное дело продолжает тенденцию судов привлечения к субсидиарной ответственности жен владельцев бизнеса при доказанности их вовлеченности в сделки компании-банкрота и с учетом реального вреда, который причинили их действия имущественным правам кредиторов, полагает Анастасия Пфайфер, старший юрист Адвокатского бюро DS Law.
Суды посчитали, указала она, что С.П. Ушакова являлась выгодоприобретателем по ряду сделок должника, в силу чего презюмируется ее статус контролирующего лица, и определили размер ее ответственности солидарно с супругом (непосредственным бенефициаром должника) в сумме 10,8 млн рублей (включенные в реестр и текущие требования).
Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассации обратил внимание на то, что размер прямого ущерба от сделок, совершение которых явилось основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, существенно меньше размера непогашенных требований кредиторов. Также заслуживают внимание доводы о том, что со стороны С.П. Ушаковой имелось встречное предоставление в виде поставок в адрес должника хладона в канистрах и баллонах. Данное обстоятельство необоснованно, по мнению Анастасии Пфайфер, было проигнорировано судами, как и тот факт, что упомянутые платежи как по отдельности, так и в совокупности не имеют характера крупной сделки.
При этом перечисления, совершенные должником в пользу С.П. Ушаковой, ранее не оспаривались конкурсным управляющим, судебный акт о признании их недействительными сделками не принимался. Отсюда следует практическая рекомендация доказывания позиции в суде в аналогичных спорах – анализ банковских выписок должника и расчетных операций по ним, представление в материалы дела доказательств реальности сделок – товарных накладных, актов выполнения работ, счет-фактур, пояснила она.
Также кассация, по ее словам, обоснованно отметила, что согласие супруги на продажу супругом-бизнесменом доли в компании не является доказательством ее недобросовестного поведения даже в случае последующего банкротства компании. Суд применил разъяснения по п. 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. (утв. Президиумом ВС РФ 26 апреля 2023 г.) о том, что основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абз. 2 п. 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве может являться, в частности, доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов.
Позиция суда кассации является обоснованной и акцентирует внимание на цель привлечения к субсидиарной ответственности – компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.
