В деле о банкротстве ЗАО «Темпл инк» КУ Виталий Звонарев обратился с заявлением об утверждении процентного вознаграждения за погашение требований залогового и незалоговых кредиторов. Общая сумма погашенных требований составила около 2,84 млрд рублей. Три КУ последовательно управляли процедурой: Андрей Кравцов, Сергей Бондарев и Викталий Звонарев. Суд первой инстанции существенно снизил вознаграждение Звонарева и Бондарева и полностью отказал Кравцову, учтя многочисленные факты его незаконных действий и невозврат взысканных убытков. Апелляция увеличила вознаграждение всем трем управляющим, в том числе установила Кравцову вознаграждение в 3 млн рублей. Кассация частично удовлетворила жалобу ФНС: согласилась с вознаграждением Звонарева (83,9 млн рублей) и Бондарева (3,8 млн рублей), но отменила вознаграждение Кравцова, оставив в силе определение суда первой инстанции об отказе ему. Суд указал, что неоднократные нарушения Кравцова, взыскание с него убытков и невозврат средств в конкурсную массу исключают основания для стимулирующего вознаграждения (дело № А32-19710/2017).
Фабула
В апреле 2018 г. ЗАО «Темпл инк» признали банкротом и утвердили конкурсным управляющим Андрея Кравцова. В мае 2019 г. Кравцова освободили от обязанностей и утвердили КУ Сергея Бондарева. В апреле 2020 г. Бондарева сменил Виталий Звонарев.
В ходе конкурсного производства было реализовано имущество ЗАО «Темпл инк» на сумму 2,2 млрд рублей, из которых залоговое имущество составило 95,12%. Залоговый кредитор ООО «Коурф» получил около 2 млрд рублей. Также были погашены требования незалоговых кредиторов: 617,4 млн рублей направил Звонарев и 195 млн рублей ранее погасил Кравцов.
При первом рассмотрении суды установили процентное вознаграждение в максимальном размере: Звонареву — 73,1 млн рублей, а Бондареву — 18,3 млн рублей. Кассация отменила эти акты, указав на необходимость оценки индивидуального вклада каждого управляющего.
При новом рассмотрении суд первой инстанции снизил вознаграждение Звонарева до 4,3 млн рублей, Бондарева — до 915 тыс. рублей, а Кравцову полностью отказал. Апелляция изменила определение, установив Звонареву 83,9 млн рублей, Бондареву — 3,8 млн рублей и Кравцову — 3,1 млн рублей.
ФНС обжаловала постановление апелляции, потребовав оставить в силе определение первой инстанции. Кравцов обжаловал оба акта, считая свое вознаграждение заниженным.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции при новом рассмотрении существенно снизил вознаграждение Звонарева (до 4,3 млн рублей) и Бондарева (до 915 тыс. рублей). Кравцову суд полностью отказал, указав на ненадлежащее исполнение обязанностей, подтвержденное шестью определениями суда о признании его действий незаконными и взыскании убытков. Определением от 17 марта 2020 г. были признаны незаконными действия Кравцова по выплате себе процентного вознаграждения в размере 5,8 млн рублей без обращения в суд. Взысканные с Кравцова убытки и проценты не были возвращены в конкурсную массу даже после предъявления исполнительного листа.
Апелляционный суд изменил определение, оценив вклад каждого управляющего пропорционально сроку полномочий с поправкой на качество работы. Кравцов (13 месяцев) получил снижение на 50% с учетом противоправных действий — 3 млн рублей. Бондарев (11,5 месяцев) — снижение на 30%, итого 3,8 млн рублей. Звонарев (52,5 месяца) — снижение на 20% по незалоговому имуществу и на 30% по залоговому (за привлечение организатора торгов), общая сумма — 83,8 млн рублей. При этом апелляция установила, что Кравцов и Бондарев не предпринимали действий по реализации предмета залога, а оценка Кравцова потребовала повторной оценки Звонаревым.
Что решил окружной суд
Кассация указала, что процентное вознаграждение арбитражного управляющего носит стимулирующий характер. Погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением КУ мероприятий в рамках процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты стимулирующего вознаграждения.
Суд округа подтвердил, что для взыскания процентов по вознаграждению необходимо установить не только факт поступления выручки, но и связь между ее поступлением и принятыми управляющим антикризисными мерами.
Вознаграждение управляющего носит частноправовой встречный характер, к нему применяются правила о договоре возмездного оказания услуг. Если управляющий ненадлежащим образом исполнял обязанности, размер вознаграждения может быть соразмерно уменьшен.
Суд согласился с выводами апелляции в отношении Звонарева и Бондарева. Апелляция обоснованно оценила вклад Звонарева в реализацию имущества: управление торговым центром, проведение торгов, отстаивание их результата в суде, взыскание дебиторской задолженности, расторжение невыгодного агентского договора, увеличение прибыли от аренды. Снижение на 20–30% с учетом привлечения организатора торгов является обоснованным.
Довод ФНС о привлечении Звонарева к административной ответственности кассация отклонила, так как решением суда ему было назначено предупреждение в связи с незначительностью правонарушения, что само по себе не является основанием для снижения вознаграждения.
Довод ФНС о привлечении сторонних лиц с оплатой труда также был отклонен, поскольку привлечение специалистов направлено на защиту интересов должника и кредиторов, не оспаривалось в деле о банкротстве и не привело к устранению управляющего от руководства деятельностью должника.
Вместе с тем кассация признала необоснованным вывод апелляции об установлении процентного вознаграждения Кравцову. Суд указал, что Кравцов ненадлежащим образом исполнял обязанности КУ, что подтверждено шестью определениями суда. Его действия неоднократно были признаны незаконными и нарушающими права кредиторов.
Кассация подчеркнула, что Кравцов выплатил себе процентное вознаграждение 5,8 млн рублей из конкурсной массы без обращения в суд и эти действия были признаны незаконными, а с него взысканы убытки и проценты, которые не были возвращены в конкурсную массу даже после возбуждения исполнительного производства.
Совершенные Кравцовым мероприятия (погашение требований кредиторов на 195 млн рублей) определяются объемом обязательных минимальных мероприятий, являющихся прямыми обязанностями арбитражного управляющего в силу ст. 20.3 Закона о банкротстве. Это не может толковаться как существенный вклад управляющего в достижение целей конкурсного производства.
Начисленная Кравцовым сумма процентов явно несопоставима с объемом проделанной работы и его заслугой — с учетом того, что его действия неоднократно были признаны судом незаконными.
Из материалов дела не усматриваются обстоятельства, свидетельствующие о существенном вкладе Кравцова в достижение цели процедуры банкротства, поэтому суд первой инстанции обоснованно отказал в установлении ему процентного вознаграждения.
Итог
Окружной суд отменил постановление апелляции в части установления АУ Андрею Кравцову процентного вознаграждения в 3 млн рублей и оставил в силе определение первой инстанции об отказе ему.
