Семен Васильев в 2021 году заключил пять кредитных договоров в трех банках, включая ООО «Сетелем Банк» (правопредшественник ИП Олега Козлова), и в тот же день не сообщил кредиторам о получении заемных средств в других организациях. Впоследствии Васильев прекратил трудовую деятельность и перестал исполнять обязательства, после чего обратился в суд с заявлением о собственном банкротстве. Суд первой инстанции и апелляция завершили процедуру реализации имущества и освободили Васильева от долгов, признав недоказанным его недобросовестное поведение. Козлов, чьи требования в размере 2,1 млн рублей были включены в реестр, обжаловал акты в части освобождения должника. Арбитражный суд Волго-Вятского округа отменил судебные акты в обжалованной части и отказал в освобождении Васильева от обязательств перед Козловым. Кассация указала, что Васильев умышленно скрыл от банков информацию о долговой нагрузке и реальной цели кредитов, а также не передал в залог автомобиль, приобретенный на целевой кредит. Окружной суд квалифицировал эти действия как предоставление заведомо ложных сведений при получении кредита, что исключает применение правила об освобождении от долгов (дело А43 26462/2022).
Фабула
Семен Васильев в период с декабря 2020 года по октябрь 2021 года заключил несколько кредитных договоров, в том числе 20 сентября 2021 года подписал пять договоров в трех банках: ООО «Сетелем Банк» (впоследствии ООО «Драйв Клик Банк»), ПАО «Совкомбанк» и АО «Тинькофф Банк».
При оформлении кредита в ООО «Сетелем Банк» Васильев указал ежемесячный доход 130 тыс. рублей и совокупный доход семьи 200 тыс. рублей, однако не уведомил банк о получении заемных средств в других кредитных организациях. Васильев получил целевой кредит на приобретение автомобиля, который по условиям договора должен был передать в залог банку, но не исполнил это обязательство.
В декабре 2021 года Васильев прекратил официальную трудовую деятельность и перестал исполнять обязательства перед кредиторами. Впоследствии Васильев обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о собственном банкротстве, суд возбудил производство по делу 1 сентября 2022 года, ввел процедуру реструктуризации долгов, а затем признал Васильева банкротом и ввел процедуру реализации имущества.
В реестр требований кредиторов включили требования ООО «Драйв Клик Банк», налогового органа, ООО ПКО «Филберт», ПАО «Сбербанк России», ПАО «Совкомбанк» и ООО ПКО «Феникс». В сентябре 2025 года суд произвел замену кредитора ООО «Драйв Клик Банк» на его правопреемника индивидуального предпринимателя Олега Козлова по требованиям в размере 2,1 млн рублей, вытекающим из кредитного договора от 20 сентября 2021 года.
Финансовый управляющий Александр Бордок представил отчет о своей деятельности и ходатайствовал о завершении процедуры реализации имущества должника. Козлов и ПАО «Совкомбанк» ходатайствовали о неосвобождении Васильева от исполнения обязательств перед ними.
Суд первой инстанции и апелляция завершили процедуру реализации имущества и освободили Васильева от долгов, признав недоказанным его недобросовестное поведение. Козлов пожаловался в суд округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Васильева и, отказав в удовлетворении ходатайств ПАО «Совкомбанк» и ИП Олега Козлова, освободил Васильева от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Суд исходил из недоказанности предусмотренных в статье 213.28 закона о банкротстве обстоятельств, исключающих применение к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств.
Суд установил, что Васильев имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, на момент рассмотрения спора не был трудоустроен, но при оформлении кредитов имел финансовую возможность для их погашения, а также исполнял обязательства по погашению кредитов до декабря 2021 года. Суд не выявил злостного, умышленного уклонения Васильева от исполнения обязательств, злоупотребления правами и иного незаконного либо заведомо недобросовестного поведения в ущерб кредиторам.
Первый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами нижестоящего суда о наличии у Васильева при оформлении кредитов финансовой возможности для их погашения и об отсутствии доказательств недобросовестного поведения должника. Суды указали, что в заявлении анкете на получение кредита в ООО «Сетелем Банк» графа для отражения сведений о наличии иных кредитных обязательств не была предусмотрена, а Васильев подтвердил отсутствие обязательств, не исполненных в течение трех месяцев на сумму не менее 500 тыс. рублей.
Суды приняли во внимание, что полученные кредитные средства Васильев направлял на развитие бизнеса, оплату медицинских услуг и ремонта единственного жилья, что подтверждено документами, и посчитали это надлежащим использованием заемных средств.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Волго-Вятского округа указал, что суды первой и апелляционной инстанций не учли правовой подход, сформулированный в Тематическом обзоре N 5/2026 «О судебной практике разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2025 год», утвержденном постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 29 апреля 2026 года N 7А/2026. Согласно этому подходу, гражданин-должник, не сообщивший банку при получении потребительского кредита о наличии задолженности перед иными кредиторами, не подлежит освобождению от долгов перед банком.
Окружной суд отметил, что само по себе одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника. Однако после определения таких условий стандартным поведением добросовестного заемщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия, с целью получения кредита на всю необходимую сумму. При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков правомерным поведением добросовестного потенциального заемщика будет указание соответствующей информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях.
Васильев в один день 20 сентября 2021 года получил кредиты в трех различных банках, заключив пять кредитных договоров, и не уведомил при этом банки об одновременном получении заемных средств в других кредитных организациях. Суд квалифицировал действия Васильева как умышленное сокрытие от банков информации о долговой нагрузке, не позволившее им учесть данную информацию при решении вопроса о возможности предоставления кредитных средств заемщику. Такое поведение лишило кредиторов возможности объективно оценить свои риски и ввиду недобросовестного характера действий должника влечет отказ в освобождении его от соответствующих обязательств по итогам процедуры реализации имущества.
Васильев при рассмотрении спора пояснил, что 8 декабря 2020 года заключил с ГКУ Нижегородской области социальный контракт на реализацию мероприятий по осуществлению индивидуальной предпринимательской деятельности, зарегистрировался как самозанятый и направлял полученные по социальному контракту и кредитным договорам средства на развитие бизнеса. Однако суд указал, что направление полученных по потребительским кредитам средств на развитие бизнеса, то есть заведомое расхождение между объявленной банкам целью расходования заемных средств и фактическим их использованием, также не соответствует стандарту поведения добросовестного заемщика.
Суд разъяснил, что процесс получения кредита с целью развития бизнеса предполагает представление в банк дополнительных сведений о таком бизнесе, что дает банку возможность оценить бизнес план заемщика на предмет исполнимости. Сокрытие от банков информации о реальной цели получения кредитных средств лишает их возможности объективно оценить риски при выдаче заемных средств. В настоящем деле ООО «Сетелем Банк» предоставил кредит с целью покупки автомобиля, который по условиям договора Васильев обязался передать банку в залог, однако данное обязательство не исполнил.
Окружной суд пришел к выводу, что поведение Васильева в момент возникновения обязательств следовало квалифицировать как предоставление кредитору заведомо ложных сведений при получении кредита в соответствии с абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 закона о банкротстве. Подобные действия Васильева ограничили возможности кредиторов по оценке рисков заключаемых с должником сделок. Суд указал, что в рассматриваемом случае является справедливым возложением негативных последствий от неисполнения кредитного договора перед Козловым на должника путем отказа в получении им выгоды в виде освобождения от обязательств перед данным кредитором.
Итог
Арбитражный суд Волго-Вятского округа отменил определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части освобождения Семена Васильева от дальнейшего исполнения обязательств перед Олегом Козловым и отказал в применении правила об освобождении должника от обязательств перед этим кредитором. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.
Почему это важно
Выводы суда кассационной инстанции продолжают развитие правовых подходов к недобросовестности гражданина-должника при принятии на себя обязательств перед кредиторами, комментирует Анна Ларина, исполнительный директор управляющей компании «ПОМОЩЬ». В 2025 году, напоминает она, ВС РФ в определении от 26.05.2025 № 304-ЭС24-24028 по делу о банкротства Павла Росса указал: одновременное обращение в несколько банков ради выбора условий еще не свидетельствует о недобросовестности. Однако если при таком обращении должник не сообщает каждому последующему банку о других параллельных заявках (особенно пока информация не отразилась в кредитной истории), это расценивается как умышленное сокрытие. Тем самым он лишает кредиторов возможности объективно оценить долговую нагрузку и риски.
Исходя из позиции суда кассационной инстанции в комментируемом определении, в практике активно начали применяться положения из Тематического обзора ВС РФ № 5/2026: когда должник в один день берет несколько кредитов и не сообщает банкам о других займах, он лишает их возможности реально оценить долговую нагрузку.
Помимо этого, постановление кассации содержит интересный вывод о том, что маркером недобросовестности является указание должником одной цели кредита (покупка авто с залогом) и впоследствии фактическая трата денег на другие нужны (бизнес, ремонт, лечение). Соответственно, расхождение между заявленной и реальной целью может оцениваться судом как недобросовестное поведение. Выводы суда кассационной инстанции могут задавать определенное направление нижестоящим судам: не считать недобросовестным само по себе одновременное обращение в несколько банков, но требовать от заемщика раскрытия информации о других обязательствах в такой ситуации. Такая правовая позиция соответствует основному принципу банкротства граждан: освобождение от долгов — привилегия для должников, которые действовали открыто и сотрудничали с кредиторами и финансовым управляющим.
Постановление от 10.08.2026 представляет собой иллюстрацию применения судами первых трех инстанций разъяснений Верховного суда об ужесточении подходов к освобождению граждан-должников от обязательств по итогам процедуры банкротства, наряду с которыми нарастает количество введенных процедур реструктуризации долгов граждан. На это обращает внимание Арина Можаровская, ведущий юрист практики «Банкротство, защита от субсидиарной ответственности» юридической компании «Шумская и партнеры».
Нельзя сказать, что рассматриваемое постановление суда кассационной инстанции является новаторским или что в нем усматриваются нововведения в части оснований, по которым должник могут не освободить от обязательств. Напротив, суд кассационной инстанции в очередной раз утвердил признаки в поведении должников, явно свидетельствующие о недобросовестном поведении, а также о неправомерном использовании института банкротства граждан для списания обязательств при очевидной искусственной неплатежеспособности должника.
Как по учебнику, в настоящем деле суд усмотрел, перечисляет Арина Можаровская:
одновременное оформление кредитных обязательств в нескольких банках,
отсутствие информации об источнике доходов,
завышение размера дохода семьи,
отсутствие трудовой деятельности
и отчуждение объектов права собственности в преддверии процедуры.
Постановление от 10.08.2026 представляет собой иллюстрацию применения судами первых трех инстанций разъяснений Верховного Суда Российской Федерации об ужесточении подходов к освобождению граждан-должников от обязательств по итогам процедуры банкротства, наряду с которыми нарастает количество введенных процедур реструктуризации долгов граждан. Нельзя сказать, что рассматриваемое Постановление суда кассационной инстанции является новаторским или что в нем усматриваются нововведения в части оснований, по которым должник могут не освободить от обязательств. Напротив, суд кассационной инстанции в очередной раз утвердил признаки в поведении должников, явно свидетельствующие о недобросовестном поведении, а таже о неправомерном использовании института банкротства граждан для списания обязательств при очевидной искусственной неплатежеспособности должника. Как по учебнику в настоящем деле суд усмотрел – одновременное оформление кредитных обязательств в нескольких банках, отсутствие информации об источнике доходов, завышение размера дохода семьи, отсутствие трудовой деятельности и отчуждение объектов права собственности в преддверии процедуры. Среди распространенных «критериев недобросовестности и искусственной неплатежеспособности» суд кассационной инстанции в настоящем деле отдельное внимание уделил нецелевому расходованию денежных средств. Как мы видим из мотивированной части судебного акта, должник получил из бюджета субъекта РФ в качестве мер социальной поддержки предпринимателей, а также автокредит, который не был направлен на приобретение транспортного средства. Фактически значительная часть средств, полученных в качестве меры социальной поддержки, была направлена на личные нужды должника, а не на развитие бизнеса, что в настоящих экономических реалиях получает все большее распространение. Было вопросом времени, когда судебная система отреагирует на новый вид злоупотреблений со стороны должников-граждан-предпринимателей.
