В отношении Леонида Друкина в 2019 году ввели процедуру реструктуризации долгов, а в 2020 году признали банкротом и ввели реализацию имущества. В реестр требований кредиторов Друкина были включены требования на 145,4 млн рублей, часть из них удалось погасить за счет средств ООО «Всемирная импортная компания». В ходе процедуры была оспорена сделка 2016 года по отчуждению земельного участка и дачного дома, которую апелляция признала ничтожной, однако в признании сделки недействительной было отказано из-за пропуска срока исковой давности. В феврале 2026 года суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Леонида Друкина и отказал в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд оставил судебный акт без изменения. Леонид Друкин обратился в Арбитражный суд Северо-Западного округа, указав на отсутствие преюдиции выводов обособленного спора, на выезд за границу как не предусмотренное законом основание и на отсутствие доказательств сокрытия доходов. Кассация оставила судебные акты без изменения (А56-27061/2019).
Фабула
В июле 2019 года суд ввел в отношении Леонида Друкина процедуру реструктуризации долгов, а в январе 2020 года Друкин был признан банкротом.
В феврале 2026 года суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Леонида Друкина и отказал в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, включая незаявленные требования. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 0 оставил судебный акт без изменения.
Леонид Друкин обратился в Арбитражный суд Северо-Западного округа, указав, что выводы обособленного спора об оспаривании сделки 2016 года не имеют преюдиции, что выезд за границу не предусмотрен пунктом 4 статьи 213.28 закона о банкротстве как основание для неосвобождения и что в деле нет доказательств сокрытия доходов, имущества или предоставления ложных сведений.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Леонида Друкина и отказал в применении правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. В реестр требований кредиторов Друкина были включены требования на 145,4 млн рублей, часть требований залогового кредитора ПАО «Банк ВТБ» удалось погасить за счет средств ООО «Всемирная импортная компания».
Суд указал, что в рамках процедуры были реализованы доли в уставном капитале ООО «ВИК» и ООО «Паритет» по цене 440 рублей. При этом суд обратил внимание, что Леонид Друкин переехал в Израиль и проживает там, однако источник финансирования неоднократных заграничных поездок должник не раскрыл. Суд пришел к выводу, что выезд за границу сопряжен с бесконтрольным расходованием денежных средств и нарушает права кредиторов.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд учел выводы обособленного спора N А56-27061/2019/сд.1, в рамках которого было установлено, что Леонид Друкин 28.02.2016 совершил сделку по формальному отчуждению земельного участка при сокрытии наличия на нем объекта недвижимости. Апелляция признала такое поведение выходящим за пределы добросовестного осуществления гражданских прав и свидетельствующим о намерении вывести актив для исключения возможности обращения на него взыскания.
Апелляция указала, что установленные обстоятельства свидетельствуют об уклонении Леонида Друкина от погашения кредиторской задолженности, сокрытии от кредиторов и суда реальных источников дохода и препятствии оценке реального финансового положения.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа указал, что в соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, включая незаявленные требования. Предусмотренные законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению, связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.
Кассация сослалась на абзацы третий и четвертый пункта 4 статьи 213.28 закона о банкротстве, согласно которым освобождение не допускается, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или суду, если это установлено судебным актом, а также если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов, предоставил кредитору заведомо ложные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество.
При этом формальное отсутствие условий, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 закона о банкротстве, не освобождает суды от оценки доводов кредитора о недобросовестном поведении должника при исполнении обязательств. Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно установили обстоятельства, препятствующие освобождению Леонида Друкина от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Так, Друкин в период процедуры банкротства выезжал за пределы Российской Федерации, убедительных доводов и доказательств об источниках финансирования поездок не представил, сведений об источнике денежных средств для проживания за границей не раскрыл.
Также суды правомерно учли выводы апелляции по обособленному спору N А56-27061/2019/сд.1, в рамках которого установили, что Леонид Друкин 28.02.2016 совершил сделку по формальному отчуждению земельного участка при сокрытии наличия на нем объекта недвижимости, обладающего стоимостной оценкой и потребительской ценностью, без намерения использовать имущество в своих интересах и с сохранением фактического владения должником и аффилированными субъектами. Окружной суд признал подобное поведение выходящим за пределы добросовестного осуществления гражданских прав, свидетельствующим о реализованном намерении вывести актив для исключения возможности обращения на него взыскания, что в совокупности свидетельствует о ничтожности оспоренной сделки как совершенной с нарушением базовых принципов гражданского законодательства.
Установленные судами обстоятельства свидетельствуют об уклонении Леонида Друкина от погашения кредиторской задолженности, сокрытии от кредиторов и суда реальных источников дохода, препятствии оценке судом реального финансового положения должника.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа оставил без изменения акты нижестоящих судов об отказе в освобождении Леонида Друкина от обязательств перед кредиторами.
Почему это важно
Статистика дел о банкротстве граждан констатирует максимальную доступность списания долгового бремени, отмечает Лариса Устинова, руководитель Санкт-Петербургского представительства юридической компании «Юрэнергоконсалт». И на этом фоне должники зачастую злоупотребляют своими правами, стараются скрыть от кредиторов имущество, максимально воспрепятствовать пополнению конкурсной массы.
Дело Друкина поворачивает вектор судебной практики в сторону защиты кредиторов от недобросовестных должников, говорит Лариса Устинова. Должнику необходимо не только раскрывать перед кредиторами источники финансирования поездок за границу, но и заблаговременно уведомлять их о планируемых выездах, во избежание негативных последствий дальнейшего неосвобождения от долгов по итогу завершения процедуры банкротства.
Должник обязан вести себя максимально открыто перед кредиторами, финансовым управляющим и судом, раскрыть свое имущественное положение и источники финансирования не только заграничных поездок, но и жизнедеятельности в целом. Это необходимо для постановки вопроса об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств. Целью процедуры банкротства является максимальное удовлетворение требований кредиторов, поэтому нераскрытие источника финансирования поездок за границу презюмирует вывод должником активов из-под обращения на них взыскания.
По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса РФ), а институт банкротства граждан предусматривает иной, экстраординарный, механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, напоминает Лариса Устинова, — списание долгов. Целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина — предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам.
Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, подчеркивает Лариса Устинова. Сокрытие от кредиторов, финансового управляющего и суда источника финансирования заграничных поездок ставит под сомнение добросовестность гражданина-должника, исключает полную прозрачность его имущественного положения в процедуре банкротства.
Влияние на судебную практику дела Друкина Лариса Устинова считает безусловно положительным, поскольку освобождение от долгов — это не автоматическое следствие процедуры, а правовая льгота, доступная только добросовестному должнику, который неумышленно попал в трудное положение и готов сотрудничать с финансовым управляющим, судом и кредиторами. А отказ в освобождении от долгового бремени возможен не только при фактическом причинении вреда кредиторам, но и при установлении самого намерения действовать во вред кредиторам. Подобная судебная практика демонстрирует ужесточение подхода судов к вопросу списания долгов, резюмирует Лариса Устинова.
Судебная практика по делам о банкротстве физических лиц демонстрирует тенденцию к более тщательному анализу поведения должника. Выезды за границу в период банкротства, особенно без раскрытия источника финансирования, могут рассматриваться судом как признак недобросовестности и попытка сокрытия активов, что потенциально может привести к неосвобождению должника от обязательств. Конечно, формально закон не запрещает выезд, если кредиторы или управляющий не подали ходатайство о наложении ограничений. Но на практике отсутствие прямого запрета больше не является ключевым фактором, подтверждающим отсутствие злоупотреблений.
Должник имеет право выехать за рубеж, если нет прямого судебного запрета, однако обязан заранее и добровольно обосновать необходимость выезда за пределы страны и раскрыть источники финансирования, поясняет Дмитрий Якушев. В противном случае суд может констатировать злоупотребление правом.
Рассматриваемое решение, по мнению Дмитрия Якушева, может повлиять на практику, поскольку показывает еще одно направление, в котором суд и кредиторы могут исследовать поведение должника перед завершением процедуры.
