Прокуратура запросила сроки от шести до девяти лет лишения свободы для четверых фигурантов уголовного дела о хищении около 104 млн рублей при банкротстве ГК Urban Group — некогда одного из крупнейших девелоперов Подмосковья, рассказал «Коммерсантъ». Судебное следствие в Пресненском суде Москвы продолжалось с сентября 2025 г. Представитель Генпрокуратуры Александр Третьяков счел доказанной версию о том, что подсудимые входили в организованную группу, мошенническим путем похитившую бюджетные средства при оказании услуг по охране имущества компаний застройщика-банкрота.
Минимальное наказание — шесть лет колонии общего режима — прокурор запросил для юриста Дмитрия Шарифуллина, единственного из подсудимых, признавшего вину. Для конкурсного управляющего Светланы Аглинишкене и экономиста Екатерины Мыскиной гособвинитель потребовал по восемь лет колонии каждой. Максимальный срок — девять лет — запрошен для адвоката Евгения Фомичева, который одновременно занимал должность гендиректора АО «НПП "Геофизика-космос"». Помимо лишения свободы прокурор предложил назначить подсудимым штрафы: 800 тыс. рублей Шарифуллину и по 1 млн рублей остальным фигурантам.
Светлана Аглинишкене была утверждена конкурсным управляющим компаний-застройщиков Urban Group в июле 2018 г. в ходе рассмотрения Арбитражным судом Московской области заявления о признании банкротами ООО «Экоквартал», ООО «Ивастрой», ООО «Хайгейт», ООО «Ваш город» и АО «Континент проект». К тому моменту с дольщиков было собрано более 80 млрд рублей на строительство свыше 1 млн кв. м жилья — 68 домов в ряде жилых комплексов. В настоящее время строительство всех объектов завершено.
Конкурсный управляющий составила реестр обманутых дольщиков и передала его в Фонд защиты прав дольщиков, правопреемником которого позже стал Фонд развития территорий. Фонд получал из бюджета субсидии на достройку жилья и на оплату расходов по проведению процедур банкротства. Часть этих средств — 103,8 млн рублей — по версии следствия, была похищена при заключении в 2018–2020 гг. договоров на охрану строительных площадок и офисов продаж в Москве и Подмосковье по завышенным ценам.
Договоры заключались между организациями-застройщиками и частными охранными организациями «Бастион-В», «Альфа-Шанс» и «Редут». Следствие считает, что охранные организации были подконтрольны Евгению Фомичеву и бизнесмену Владимиру Петрову. Последний в материалах дела назван организатором преступной группы, которую он «создал не позднее 12 июля 2018 года». В эту группу, по версии следствия, вошли четверо подсудимых, действовавших «из корыстной заинтересованности, в целях извлечения для себя материальной выгоды».
Владимир Петров скончался в 2022 г. Первоначально фигурантов подозревали в хищении не менее 240 млн рублей, к завершению расследования сумма снизилась до 101 млн рублей, а на стадии ознакомления с делом была уточнена до 103,8 млн рублей.
Все четверо подсудимых были задержаны в октябре 2023 г. и заключены под стражу. Только Дмитрий Шарифуллин в июле 2025 г. был переведен под домашний арест. Им инкриминируется мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Шарифуллину вменяется оформление документов для охраны объектов. Его адвокат в ходе прений просил учесть признание вины, явку с повинной, сотрудничество со следствием и «активное способствование раскрытию преступления», назначив наказание ниже низшего предела в виде условного срока.
Защитники Екатерины Мыскиной и Евгения Фомичева призвали суд оправдать их подзащитных. Адвокаты утверждали, что факт завышения цен на охранные услуги не доказан, а расследование проведено с грубыми нарушениями. В частности, 14 оценочных экспертиз, устанавливавших рыночную стоимость услуг охраны каждого объекта, выполнил эксперт, чьи полномочия и квалификация не были подтверждены. Защита указала, что перед подписанием договоров все они согласовывались с Фондом развития территорий. Кроме того, адвокаты заявили о недоказанности суммы ущерба: при его определении следствие не учло, что большая часть расходов Фонда на охранные услуги впоследствии была возмещена застройщиками-должниками в рамках процедур банкротства.
Защита попросила оставить гражданский иск Фонда развития территорий на 103,8 млн рублей без рассмотрения, передав его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Прокурор, напротив, потребовал полностью удовлетворить иск, взыскав сумму с подсудимых в солидарном порядке.
Почему это важно
Судя по всему, речь идет об очередном деле, в котором следствием ставится под сомнение не сам факт реальности расходов (в данном случае – расходов на оказание услуг по охране имущества застройщика), а их стоимость и качество, отметил Сергей Узденский, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «Мушаилов, Узденский, Рыбаков и партнеры».
Такие дела, по его словам, обычно расследуются по схеме «признание + экспертиза». Фундамент дела зиждется на финансово-бухгалтерских экспертизах, целью которых является установление соответствия услуги ее реальной рыночной стоимости, а также полнота и качество ее оказания. Но поскольку выводы экспертиз часто неочевидны, для закрепления доказательственной базы следствию необходимо как минимум одно лицо, дающее признательные показания, пояснил Сергей Узденский.
По его словам, практика показывает, что у подобных дел имеется ряд неприятных для стороны защиты особенностей.
Во-первых, следствие и суды чаще доверяют ведомственным экспертам просто по факту того, что они «государственные» и крайне редко озадачивают себя перепроверкой правильности их расчетов и выводов в независимых экспертных учреждениях.
Во-вторых, следствие и суды часто оставляют «за скобками» дальнейшее движение денежных средств, «переплаченных» за якобы не в полной мере оказанные или излишне дорогие услуги. Хотя нередко именно здесь и проходит грань между преступлением, подразумевающим распоряжение деньгами в корыстных целях, и гражданско-правовыми отношениями, которые при нормальном ходе вещей должны быть рассмотрены в арбитражном суде, а не в рамках уголовного дела.
В-третьих, как указано выше, доводы обвинения, не подтвержденные экспертным путем, восполняются через показания лиц, избравших позицию признания вины. Иногда те протоколы допросов, которые они подписывают в надежде снискать расположение следствия, сильно расходятся с доказательствами, предоставляемыми стороной защиты. Но суд часто не находит оснований не доверять таким показаниям.
Первостепенная задача защиты по таким делам – показать суду, что вопрос рыночности и целесообразности тех или иных услуг по крайней мере не является таким бесспорным и однозначным, как это пытается показать следствие и ведомственные эксперты. А арбитражным управляющим следует помнить, что в любых делах, где фигурируют бюджетные денежные средства, особо пристальное внимание правоохранителей привлекают работы и услуги, которые сложно измерить, посчитать и «потрогать». И доказывать их «чистоту», вопреки декларируемой презумпции невиновности, вероятнее всего придется вам и вашим адвокатам.
