Гор Хечоян был признан банкротом в 2018 г. В ходе банкротства выяснилось, что должник владел семью единицами гражданского оружия, о которых не сообщил финансовому управляющему. Несмотря на запросы управляющего, Хечоян заключил договоры на продажу оружия с ООО «Карм+» в декабре 2020 г. За это нарушение он был привлечен к административной ответственности. Суды первой и апелляционной инстанций завершили процедуру банкротства, но отказали в освобождении от долгов из-за сокрытия имущества. Кассационный суд не согласился с такой квалификацией, указав, что действия должника хоть и были незаконными, но направлены на пополнение конкурсной массы, а не на злостное уклонение от погашения долгов (дело № А41-71760/2018).
Фабула
В октябре 2018 г. в отношении Гора Хечояна была введена процедура реализации имущества в рамках дела о банкротстве. Финансовый управляющий в ходе процедуры выяснил, что Хечоян состоит на учете как владелец семи единиц гражданского оружия. Несмотря на многократные запросы управляющего с августа 2019 г. по октябрь 2020 г., Хечоян не предоставил информацию о местонахождении оружия.
При этом в декабре 2020 г. Гор Хечоян заключил с ООО «Карм+» договор реализации и договор комиссии на продажу всех семи единиц оружия. Впоследствии эти сделки были признаны недействительными, а Хечоян привлечен к административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве.
В феврале 2025 г. суд первой инстанции, а в апреле — апелляционный суд завершили процедуру банкротства, но не применили правило об освобождении от долгов. Гор Хечоян обратился в Арбитражный суд Московского округа, рассказал ТГ-канал «Ликвидация и банкротство».
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Московской области и Десятый арбитражный апелляционный суд пришли к выводу, что Гор Хечоян скрывал принадлежащее ему имущество и информацию о нем, чем причинил вред имущественным правам кредиторов. Финансовый управляющий неоднократно направлял запросы о предоставлении сведений о гражданском оружии, но Хечоян игнорировал эти требования.
Гор Хечоян в нарушение п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве заключил договоры с ООО «Карм+» на реализацию семи единиц гражданского оружия уже после введения процедуры реализации имущества. За эти действия он был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 14.13 КоАП РФ и оштрафован.
На основании этих фактов суды квалифицировали поведение Хечояна как недобросовестное, направленное на сокрытие имущества от обращения взыскания. В связи с этим суды отказали в применении правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа не согласился с выводами нижестоящих судов о злостном характере действий Гора Хечояна. В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ само по себе неудовлетворение требования кредитора, даже длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения задолженности.
Суд округа обратил внимание, что определением Арбитражного суда Московской области от 4 июня 2021 г. договоры между Гором Хечояном и ООО «Карм+» были признаны недействительными. При этом установлено, что деньги от продажи оружия были перечислены покупателем на депозитный счет суда для последующей передачи финансовому управляющему для пополнения конкурсной массы.
Из семи единиц оружия три были исключены из конкурсной массы, а четыре единицы («WEATHERBYMARKV», «Mannlicher», «МЦ-21-12», «ТИГР-9») были включены в конкурсную массу и реализованы в процедуре банкротства.
Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое поведение обычно не ограничивается простым бездействием, а предполагает продолжительные намеренные действия для достижения противоправной цели.
Кассационный суд подчеркнул необходимость отграничивать злостное уклонение от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.
Действия Гора Хечояна, хотя и были совершены с нарушением закона, были направлены на пополнение конкурсной массы, а не на злостное уклонение от погашения требований кредиторов.
Хечоян действительно предпринял действия по реализации оружия, но деньги были направлены в пользу кредиторов через депозитный счет суда. Нижестоящие суды неправильно применили нормы материального права, квалифицировав действия должника как основание для отказа в освобождении от долгов.
В данном случае отсутствовали признаки злостного уклонения от погашения требований кредиторов, которые бы препятствовали применению правил об освобождении от обязательств.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части отказа в освобождении Гора Хечояна от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. Суд освободил Хечояна от долгов.
Почему это важно
Постановление Арбитражного суда Московского округа от 5 августа 2025 г. по делу № А41-71760/2018 четко отражает подход, что решение вопроса об отказе в освобождении от обязательств зависит не только от объективной противоправности поведения должника, но и от направленности воли гражданина, отметила Юлия Иванова, управляющий партнер Юридической компании «ЮКО».
Отказ в социальной реабилитации в виде освобождения от долгов, по ее словам, возможен только в случае злоупотребления правом со стороны гражданина, когда невозможность погашения требований кредиторов вызвана умышленными недобросовестными противоправными действиями, направленными на сокрытие активов и погашения обязательств.
В данном случае, действительно, имели место объективно противоправные действия должника (самостоятельная реализация имущества в обход предусмотренной законом процедуры). Однако указанные действия, несмотря на их противоправность, не повлекли ущерба для конкурсной массы (часть имущества была исключена из конкурсной массы, часть – впоследствии реализована финансовым управляющим). Действия должника по отчуждению имущества, хотя и противоречили закону, тем не менее преследовали правомерную положительную цель (погашение требований кредиторов), что в свою очередь исключает предположение о недобросовестности.
Также необходимо отметить, что должник был уже привлечен к административной ответственности за действия по отчуждению имущества, вследствие чего отказ в освобождении от долгов в отсутствие умысла на сокрытие активов представляется избыточной санкцией за данное правонарушение, указала она.
