В рамках дела о банкротстве ФГУП «Главное военно-строительное управление № 12» суд признал недействительными платежи в размере 45,8 млн рублей в пользу белорусской компании СООО «ФОРТЭКС – Водные технологии» как сделки с предпочтением. Белорусская компания исполнила реституционное обязательство тремя платежами в октябре – декабре 2024 г. по графику, который стороны согласовали в переписке. Затем конкурсный управляющий потребовал взыскать проценты по ст. 395 ГК РФ за период просрочки. Суды первой и апелляционной инстанций отказали во взыскании, сославшись на соглашение сторон о рассрочке. Суд округа отменил эти акты и взыскал 1,8 млн рублей процентов, указав, что стороны не заключили соглашение в простой письменной форме. Белорусская компания подала кассационную жалобу в Верховный Суд, сославшись на достигнутые договоренности и недобросовестность управляющего. Судья ВС РФ И.В. Разумов передал жалобу в Экономколлегию (дело № А40-107430/2017).
Фабула
В рамках дела о банкротстве ФГУП «Главное военно-строительное управление № 12» Арбитражный суд города Москвы признал недействительными платежи российского предприятия в общей сумме 45,8 млн рублей в пользу СООО «ФОРТЭКС – Водные технологии» (Республика Беларусь) на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.
Суд квалифицировал эти расчетные операции как сделки с предпочтением, которые стороны совершили менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве. В качестве последствий недействительности суд взыскал с белорусской компании 45,8 млн рублей в конкурсную массу и восстановил ее требование к должнику в той же сумме. Определение вступило в законную силу 29 июля 2024 г.
Белорусская компания исполнила судебный акт тремя платежами: 23 октября 2024 г. — 880 тыс. рублей, 15 ноября 2024 г. — 15 млн рублей, 3 декабря 2024 г. — 30 млн рублей.
Компания представила переписку с конкурсным управляющим в мессенджере, согласно которой стороны согласовали рассрочку исполнения судебного акта по графику платежей. Управляющий сам составил этот график, белорусская компания приняла его без возражений и исполнила без просрочки. После получения первого платежа управляющий отозвал исполнительный лист из органа принудительного исполнения Республики Беларусь.
Конкурсный управляющий ФГУП «Главное военно-строительное управление № 12» предъявил требование о взыскании с белорусской компании процентов по ст. 395 ГК РФ за период со дня вступления определения о недействительности в законную силу (29 июля 2024 г.) до фактического погашения долга.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Москвы отказал во взыскании процентов. Суд первой инстанции исходил из того, что белорусская компания является обычным контрагентом российского предприятия и связана с ним лишь договорными правоотношениями по поставке товара.
Девятый арбитражный апелляционный суд указал, что белорусская компания вела переговоры о погашении задолженности в разумные сроки, а конкурсный управляющий разработал график платежей. Поскольку стороны договорились о погашении задолженности по этому графику, а белорусская компания не нарушила достигнутые договоренности, она не является просрочившим должником по реституционному требованию.
Арбитражный суд Московского округа отменил судебные акты нижестоящих инстанций и взыскал с белорусской компании в пользу ФГУП «Главное военно-строительное управление № 12» 1,8 млн рублей. Суд округа счел, что стороны не заключили двустороннее соглашение о рассрочке исполнения судебного акта в простой письменной форме, поэтому управляющий правомерно предъявил проценты за весь период с момента вступления определения в силу до момента фактического исполнения.
Что думает заявитель
СООО «ФОРТЭКС – Водные технологии» указала, что стороны посредством переписки в мессенджере согласовали все существенные условия оплаты задолженности в соответствии с п. 2 ст. 434 ГК РФ. Конкурсный управляющий сам разработал график платежей и сам предложил его исполнение в обмен на отзыв исполнительного листа из белорусского органа принудительного исполнения. После получения первого платежа по графику управляющий действительно отозвал исполнительный лист, что подтверждает наличие достигнутого соглашения.
Заявитель подчеркнул, что действия конкурсного управляющего, который сначала согласовал рассрочку и отозвал исполнительный лист, а затем потребовал проценты за период этой рассрочки, не отвечают принципу добросовестности (ст. 10 ГК РФ). Белорусская компания исполнила достигнутое соглашение в полном объеме без какой-либо просрочки относительно согласованного графика.
Кроме того, заявитель указал, что даже если признать наличие обязанности уплатить проценты, суд не мог взыскать их за период после заключения соглашения о рассрочке. Сам факт достижения договоренности о графике платежей исключает просрочку исполнения обязательства в этот период.
Конкурсный управляющий российским предприятием не оспорил представленную переписку, но указал, что суд не утверждал ни мировое соглашение, ни график платежей на стадии исполнения определения о признании сделок недействительными.
Что решил Верховный Суд
Судья ВС РФ Разумов И.В. передал жалобу в Экономколлегию, назначив заседание на 5 марта 2026 г.
Почему это важно
В современной арбитражной практике переписка в мессенджере становится все более распространенным способом ведения деловой переписки, согласования позиций и дальнейших действий сторон, отметила Екатерина Голдобина, старший юрист Юридического партнерства «Курсив». Стороны полагаются на достигнутые в мессенджерах договоренности, порой не прибегая к их более традиционной письменной фиксации, что в некоторых ситуациях может привести к дополнительным сложностям.
С точки зрения арбитражного процессуального кодекса, продолжила она, электронная переписка, скриншоты являются доказательством и относятся к категории «иные документы и материалы» (ст. 64 АПК РФ). Переписка в мессенджере признается судами в качестве доказательства по делу, однако в ряде случаев суды истребуют дополнительную информацию для установления личности собеседника (например, у оператора связи информации о лице, на которого оформлен номер).
Согласно ч. 1 ст. 75 АПК РФ, напомнила она, письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа. В постановлении Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 указано, что суд вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет», констатировала Екатерина Голдобина.
Как видно из анализа судебных актов, подчеркнула она, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции возражений относительно представленных ответчиком сообщений в мессенджере, содержания переписки и пересланной документации истец не представлял, переписка и содержание документации не была оспорены истцом, о ее фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ не заявлено.
В данном случае, по ее словам, белорусская компания проявила неосмотрительность, так как ее договоренности с конкурсным управляющим не были зафиксированы в виде мирового соглашения, или ею не было подано ходатайство о рассрочке исполнения судебного акта (ст. 324 АПК РФ). Однако фактические действия конкурсного управляющего давали белорусской компании разумные основания полагать, что между ними согласована рассрочка исполнения обязательства: конкурсный управляющий сам предложил график рассрочки, отозвал исполнительный лист после первого платежа. В то время как белорусская компания проявила лишь неосмотрительность, поведение конкурсного управляющего можно назвать противоречивым и даже недобросовестным, указала Екатерина Голдобина.
У ВС РФ есть два пути: либо идти в ногу со временем и поддержать белорусскую компанию, полагавшуюся на переписку в мессенджере, либо формально и консервативно подойти к вопросу, указав, что конкурсный управляющий не принимал в письменном соглашении на себя обязательств по отказу от взыскания процентов. Более справедливым решением видится защита интересов белорусской компании, так как ее действия, хотя и, возможно, не были осмотрительными, но являлись добросовестными, в то время как конкурсный управляющий действовал противоречиво и непоследовательно.
Как следует из комментируемого определения, основной вопрос, который будет рассматривать СКЭС ВС РФ, – о том, соблюдается ли простая письменная форма сделки, если ее условия (в данном случае график выплаты взысканных судебным решением сумм) согласованы в мессенджере, сообщила Марина Иванова, советник практики разрешения споров и интеллектуальной собственности Юридической фирмы ALUMNI Partners.
Нельзя, по ее мнению, сказать, что он является новым: ранее суды рассмотрели несколько подобных или похожих дел (см., например, постановления 2ААС от 30 октября 2023 г. по делу № А28-2634/2023, 7ААС от 13 мая 2024 г. по делу № А27-4962/2023, Апелляционное определение Тверского областного суда от 25 апреля 2024 г. по делу № 33-903/2024, решение АС Республики Крым от 24 июля 2025 г. по делу № А83-16416/2023).
На основе анализа данных судебных актов можно сформулировать следующие ключевые тезисы: 1) из переписки в мессенджере должна ясно и однозначно усматриваться воля сторон – те условия сделки, которые стороны согласовали в мессенджере, не должны толковаться двояко, 2) переписка в мессенджере должна позволять достоверно определить лицо, выразившее волю. Если оба этих условия соблюдены, то суды, вероятнее всего, признают сделку заключенной и условия согласованными. Ожидаю, что СКЭС ВС РФ применит подобный подход и поддержит выводы судов первой и апелляционной инстанций.
Сейчас суды все чаще признают переписку в мессенджерах, электронной почте и т.п. допустимым доказательством, согласилась Дарья Лосева, старший юрист Юридической компании SHAPOVALOVA GROUP.
Подтверждение тому – ст. 432 ГК РФ, где указано, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям, обратила внимание она.
Думаю, именно этот вопрос будет исследоваться ВС РФ, а именно можно ли из предоставленной переписки идентифицировать стороны, содержатся ли в переписке все существенные условия соглашения о рассрочке и реальность достигнутой договоренности последующими действиями.
В дальнейшем практика вынудит участников хозяйственного оборота, особенно руководителей и представителей, считать любую деловую переписку в мессенджерах потенциально имеющей юридические последствия, предположила она.
