В 2019–2020 гг. финансовый управляющий Юрия Рыдника оспорил ряд платежей должника в пользу его супруги Веры Рыдник на общую сумму около 88 млн рублей, совершенных в начале 2019 г. Вера Рыдник утверждала, что платежи являлись исполнением соглашения об уплате алиментов на их общего несовершеннолетнего ребенка. Суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами финансового управляющего, посчитав эти сделки недействительными. Вера Рыдник обратилась с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа, который отменил акты нижестоящих судов, указав, что выплаты должником средств на содержание ребенка не могут считаться убыточными сделками, а доказательств явной несоразмерности выплат потребностям ребенка не представлено (дело № А56-147258/2018).
Фабула
В отношении Юрия Рыдника в 2018 г. было возбуждено дело о банкротстве. Финансовый управляющий Елизавета Ванюшкина оспорила ряд платежей должника в пользу его супруги Веры Рыдник на сумму около 88 млн рублей, совершенных в январе – марте 2019 г., как недействительные сделки.
Вера Рыдник утверждала, что эти платежи являлись исполнением соглашения от 2012 г. об уплате алиментов на их общего несовершеннолетнего ребенка до его совершеннолетия.
Суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами Елизаветы Ванюшкиной. Вера Рыдник обратилась с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа, настаивая, что платежи были направлены на содержание ребенка, а не на вывод средств.
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными. Они установили, что на момент платежей у Юрия Рыдника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, а соглашение об уплате алиментов не было своевременно раскрыто финансовому управляющему.
Суды также приняли во внимание экспертное заключение, согласно которому соглашение было подписано существенно позднее указанной в нем даты. Представленные Верой Рыдник документы о расходах на ребенка относились к более позднему периоду и не доказывали направленность полученных от супруга средств. В итоге суды квалифицировали соглашение как мнимую сделку, совершенную в ущерб кредиторам, а не для содержания ребенка.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа указал, что у Юрия Рыдника в любом случае имелась обязанность по содержанию своего несовершеннолетнего ребенка в силу закона. Поэтому даже при отсутствии соглашения об уплате алиментов перечисление должником средств на содержание ребенка не может считаться убыточной сделкой или сделкой, лишенной экономического смысла.
Для признания соглашения об уплате алиментов недействительным необходимо установить, что предоставление по нему существенно превышает разумные потребности ребенка и ущемляет интересы кредиторов. Однако в данном деле суды не установили явной несоразмерности выплаченных сумм затратам на обеспечение ребенка с учетом его проживания за границей.
Суд подчеркнул, что Вера Рыдник представила доказательства расходов на обучение и содержание ребенка, которые не были признаны недостоверными. Необходимость таких трат матерью, с которой проживает несовершеннолетний, презюмируется. При этом бремя доказывания убыточности платежей лежало на финансовом управляющем.
Осуществление Юрием Рыдником выплат на содержание ребенка единовременно, за период вперед — до совершеннолетия, после возбуждения дела о банкротстве, не противоречит разумному поведению родителя. Это не означает, что целью являлся вывод средств, а не содержание ребенка.
Нижестоящие инстанции не опровергли, что ребенок Юрия и Веры Рыдник проживает с матерью отдельно от отца. При этом они не установили, на какие иные цели, кроме содержания ребенка, Вера Рыдник израсходовала полученные от супруга средства.
Окружной суд заключил, что обстоятельства спора были полностью установлены нижестоящими инстанциями, но получили неправильную правовую квалификацию. Убыточность сделок по перечислению средств на ребенка и наличие оснований для признания их недействительными не были доказаны.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил определение первой инстанции и постановление апелляционного суда, отказав в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделок недействительными.
Почему это важно
Необходимо поддержать позицию суда и отметить положительное влияние такого подхода на практику, указал Анатолий Беседин, генеральный директор Адвокатского бюро «ЭЛКО профи».
Несмотря на то что соглашение об уплате алиментов было квалифицировано судом как мнимая сделка (п. 1 ст. 170 ГК РФ, дата в соглашении не соответствовала дате выполнения подписей на нем, как было установлено судебной экспертизой), обязанность должника по содержанию своего несовершеннолетнего ребенка установлена законодательством (ст. 80 СК РФ), констатировал он.
В таком случае ко внесудебному соглашению об уплате алиментов (выплата алиментов и принятие этой суммы как алиментов) применяются критерии, предусмотренные п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве: предоставление, причитающееся получателю алиментов, должно соответствовать его разумно достаточным потребностям.
Суд также должен учитывать обстоятельства, которые подтверждали бы использование ответчиком денежных средств иным образом, нежели на осуществление затрат на содержание ребенка. Соответствующие обстоятельства материалами дела не подтверждены. Указанные выводы относятся также к единовременным выплатам на содержание несовершеннолетнего ребенка до достижения им совершеннолетия.
При этом бремя доказывания несоразмерности выплаченной единовременно суммы расходов на обеспечение надлежащего уровня жизни несовершеннолетнего ребенка должника за период до достижения им совершеннолетия с учетом его проживания на территории иностранного государства в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ возлагалось на финансового управляющего, подчеркнул он.
Суд отметил, что выплата алиментов как сделка не отвечает критериям убыточности, так как направлена на исполнение должником своих семейных обязанностей. Это тоже очень важный для формирования практики вывод, заключил Анатолий Беседин.
Кассационный суд дал иную квалификацию платежей должника в пользу супруги нежели суды нижестоящих инстанций, полагает Илья Абрамов, советник Юридической фирмы INTELLECT.
Суды первой и апелляционной инстанций, продолжил он, посчитали сделками во вред кредиторам три платежа должника, совершенных последовательно за три месяца после возбуждения в отношении него дела о несостоятельности. Эти платежи, по логике должника, были своего рода капитализацией всех будущих платежей на содержание несовершеннолетнего ребенка, проживающего с матерью в иностранном государстве.
Размер платежей был взят из соглашения 2012 г. между должником и его супругой, которое суды посчитали мнимой сделкой (из-за выводов, что фактически дата его подписания была не 2012-й, а 2022-й). Однако эти обстоятельства не убедили кассацию в том, что такие действия были совершены во вред кредиторам, поскольку обязанность по содержанию ребенка прямо вытекает из норм Семейного кодекса РФ, безотносительно формализации их в виде какого-либо соглашения об оплате алиментов, подчеркнул он.
Неоднозначным представляется вывод кассации в той части, в которой суд не увидел ничего предосудительного в осуществлении должником выплат на содержание ребенка после возбуждения дела о банкротстве единовременно, за период до совершеннолетия (до 2030 г. по условиям оспоренного соглашения). В данном случае интересы кредиторов должника фактически были противопоставлены интересам надлежащего содержания ребенка в будущем, на несколько лет вперед.
И если в рамках текущего момента перевес интересов в пользу ребенка вопросов не вызывает (алиментные платежи и так идут в составе первой очереди реестра требований кредиторов), то аккумулирование всех будущих платежей и их выплата за три месяца после возбуждения дела о банкротстве выглядит более чем спорно, заключил он.
