Банковское сообщество добивается корректировки идеи Федеральной налоговой службы (ФНС) о расширении перечня налогов, которые уплачиваются за счет выручки от продажи залогов в процедурах банкротства. Кредитные организации указывают на риск утраты до половины получаемых сумм от реализации объектов обеспечения, сообщил «Интерфаксу» источник, знакомый с предложениями банковского сообщества, поступившими в Центральный банк. Регулятор настаивает на дискуссии и поиске баланса между интересами государства и залоговых кредиторов в вопросе корректировки очередности погашения налоговых обязательств в делах о банкротстве. Такую позицию регулятор изложил в письме вице-премьеру Дмитрию Григоренко в рамках продолжающегося обсуждения законопроекта об очередности уплаты налогов в процедурах банкротства компаний.
Правительство РФ внесло законопроект в Госдуму в январе 2024 года, вскоре после того как Конституционный суд предписал устранить законодательную неопределенность в вопросе очередности уплаты организациями-банкротами налога на прибыль при продаже их имущества с торгов. Это обязательство появляется уже после начала банкротства, но закон однозначно не относит его ни к текущим требованиям, погашаемым приоритетно до расчета с конкурсными кредиторами, ни к реестровым, которые гасятся в общем порядке.
До внесения изменений в законодательство Конституционный суд установил, что этот налог должен уплачиваться в составе третьей очереди реестровых требований, то есть одновременно с большинством долгов. Однако правительство в свой законопроект включило расширенный спектр новаций, предусматривающих более выгодный для казны подход. Одна из них относила к текущим обязательствам все обязательные платежи, в том числе налог на прибыль и НДС, возникшие или восстановленные после даты принятия заявления о признании должника банкротом, в том числе связанные с реализацией конкурсной массы и с продолжением хозяйственной деятельности. Другая новация расширяла перечень погашаемых банкротом обязательств перед казной за счет реализации предметов залога.
Банковское сообщество раскритиковало законопроект, в частности за риск нивелирования ценности залогов и необходимости формирования банками дополнительных резервов. Среди вероятных последствий реализации законопроекта в предложенном виде представители сектора называли удорожание кредитования. Ставки могли увеличиться на 1,2 или на 1,5 процентного пункта, говорил в конце февраля 2024 года на круглом столе в Госдуме представитель ЦБ РФ.
За прошедшее время законопроект так и не рассмотрели даже в первом чтении. Сейчас его доработка продолжается вне стен Госдумы. ФНС, от которой исходит упомянутая инициатива, уже частично скорректировала свои предложения в части порядка уплаты налога на прибыль компаниями-банкротами. Но предложенный вариант не устроил банковское сообщество, замечания к документу есть и у ЦБ РФ, сообщил источник.
В начале 2026 года стало известно, что ФНС отказалась от идеи первоочередной уплаты налога на прибыль при продаже имущества на торгах в рамках текущих платежей, но настаивает на таком порядке для налога при продолжении деятельности. Кроме того, ведомство предлагает отдельно определять налоговую базу для исчисления упомянутых налогов, позволяя уменьшать ее на убытки прошлых лет только при расчете налога на прибыль от реализации имущества компании-банкрота. Последняя идея вызывает беспокойство у банковского сообщества, поскольку существенно ограничивает права компаний на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль на сумму убытков прошлых лет, говорит источник. По его словам, опрошенные Ассоциацией банков России кредитные организации указывают на риски дисбаланса при формировании налоговой базы должника.
Однако ключевые замечания банковского сообщества по-прежнему связаны с сохранившейся в законопроекте идеей ФНС расширить перечень налогов, уплачиваемых за счет средств от продажи залогов, говорит источник. По его словам, Банк России согласен с допустимостью оплаты за счет этих средств начисленных на объект залога имущественных налогов, но исключительно за периоды после включения требований залогового кредитора в реестр. Регулятор против удержания средств для погашения иных налогов, в том числе налога на прибыль при продаже залога. Это, по его мнению, не соответствует позиции Конституционного суда, идет вразрез с принципами пропорциональности удовлетворения требований кредиторов и залогового приоритета, отметил источник.
ЦБ РФ продолжает настаивать, что реализация этого предложения приведет к размыванию ценности залога, росту стоимости кредитования, а также снижению налоговых поступлений от банков, которым придется формировать дополнительные резервы на возможные потери. В своем письме Дмитрию Григоренко регулятор приводит расчет на примере системно значимого банка из топ-5, согласно которому в случае необходимости уплаты налога на прибыль, НДС и восстановленного НДС кредитная организация получит до 47% меньше денежных средств от выручки с продажи предметов залога.
ЦБ РФ приводит в своих пояснениях еще один аргумент против инициативы ФНС и ссылается на позицию Конституционного суда, который заявил в 2023 году об отсутствии надежных правовых оснований для отнесения налога на прибыль от реализации залога к расходам на обеспечение его сохранности и реализации на торгах. Суд отметил, что решение вопроса об очередности погашения этих обязательств, уменьшающих объем причитающихся средств залоговому кредитору, требует специального внимания законодателя.
Банковское сообщество предлагает установить закрытый перечень налогов и платежей, которые могут удерживаться из залоговой выручки, а также предельный лимит для них, например не более 20% от выручки, говорит источник, не называя авторов предложений. По его словам, о наличии соответствующих инициатив Банк России проинформировал вице-премьера Дмитрия Григоренко и первого заместителя министра экономического развития Максима Колесникова.
Кроме того, банки просят не распространять новые правила на ранее заключенные договоры залога, если в них вносятся типовые изменения без увеличения суммы обязательств или замены залога. Регулятор настаивает на продолжении дискуссии, в том числе с участием Ассоциации банков России, с целью поиска сбалансированного решения, учитывающего как публичный, так и частный интерес в делах о несостоятельности.
Предложения банковского сообщества об ограничении перечня налогов, уплачиваемых за счет денежных средств, вырученных от реализации заложенного имущества, отражают извечную борьбу кредиторов за деньги должника, которые подлежат распределению между кредиторами, подчеркивает Алексей Некрасов, советник юридической фирмы «Легикон-Право».
В целях соблюдения баланса между кредиторами законодательство о банкротстве предусматривает очередность погашения их требований к должнику в зависимости от периода возникновения этих требований (например, реестровые ил текущие) и статуса кредиторов (например, работники должника или его контрагенты). Банки в большинстве случаев являются залоговыми кредиторами с правом преимущественного погашения своих требований за счет денежных средств, вырученных от продажи предмета залога. Поэтому увеличение доли денежных средств, направляемых на уплату налогов, связанных с предметом залога или его реализацией, приводит к ущемлению финансовых интересов банков.
Следствием этого является то, что банки будут защищать свои интересы за счет должников, например, через увеличение ставки по кредитам. Это может привести к более существенным негативным последствиям для экономик в период действующих высоких ставок по кредитам, даже с учетом тенденции к ее понижению.
Речь идет о том, что, с одной стороны, есть интерес бюджета — получить дополнительные деньги от должника, отмечает Алексей Некрасов. А с другой стороны, он претендует на более дешевые кредиты. С учетом того, что не все получатели кредитов становятся банкротами, получается, что для экономики выгоднее поддержать бизнесменов, кредитующихся в банках, так как развитие их бизнеса приведет к увеличению поступлений налогов в бюджет.
Одной из целей процедуры банкротства является справедливое и соразмерное удовлетворение требований всех кредиторов, напоминает Алексей Некрасов. Именно для этого и установлены виды требований и очередность их погашения. Он считает, что предлагаемые банками меры по корректировке идеи ФНС РФ о расширении перечня налогов, уплачиваемых за счет выручки от продажи залогов в банкротстве, заслуживает внимания и должны быть учтены законодателем.
«Это, по моему мнению, позволит избежать перекоса в части предоставления дополнительных преференций бюджету как кредитору, от имени и в интересах которого действует ФНС. Налоговая служба и так имеет достаточное количество преимуществ как кредитор в делах о банкротстве. Полномочия ФНС позволяют эффективно взыскивать налоговую задолженность. А налоги, уплаченные должником в период подозрительности, дополнительно защищены от оспаривания по сравнению с другими сделками», — рассуждает Алексей Некрасов.
Однако, добавляет он, с учетом текущей обстановки и складывающейся проналоговой судебной практики в банкротстве, маловероятно, что доводы банков будут услышаны. При этом наличие такой позиции он расценивает как положительное явление, требующее публичного обсуждения, в том числе с привлечением бизнес-сообщества, юристов и экспертов, практикующих в сфере банкротства юридических лиц.
Продолжающаяся дискуссия вокруг законопроекта об очередности уплаты налогов в делах о банкротстве вскрывает фундаментальный конфликт между фискальными интересами государства и стабильности кредитно-финансовой системы, указывает Артем Симонов, главный юрист компании «АктивБизнесКонсалт». Инициатива уполномоченного органа по расширению перечня обязательных платежей (включая налог на прибыль и восстановленный НДС), погашаемых за счет выручки от реализации предмета залога приоритетно перед требованиями залогодержателя, фактически нивелирует саму правовую природу залогового обеспечения, считает он.
Суть залога заключается в обособлении актива от общих рисков должника, в то время как предполагаемый фискальный подход де-факто перекладывает бремя уплаты общехозяйственных налогов банкрота исключительно на плечи залогового кредитора. При этом Конституционный суд РФ в 2023 году уже обращал внимание на отсутствие правовых оснований для приравнивания налога на прибыль от реализации залога к расходам на обеспечение его сохранности и проведения торгов. В этом контексте предложения банковского сообщества о введении закрытого перечня удерживаемых налогов и установлении лимита (например, не более 20% от выручки), консолидированно поддержанные Банком России, представляются не попыткой уклониться от налогового бремени, а необходимым компромиссом.
Установление предельного порога удержаний возвращает институту залога математическую предсказуемость, полагает Артем Симонов. Абсолютно обоснованным является требование о недопустимости ретроспективного применения новых правил к ранее заключенным договорам, поскольку обратное нарушило бы принцип защиты законных ожиданий участников оборота и потребовало бы тотального пересмотра ранее сформированных банковских резервов. Влияние данной инициативы на правоприменительную и макроэкономическую практику зависит от того, какая концепция ляжет в основу итогового закона.
В случае принятия профискального варианта правоприменители столкнутся с ситуацией, когда до половины залоговой выручки будет изыматься в бюджет, что полностью разрушит экономику залогового кредитования, предполагает Артем Симонов. Следствием этого станет неизбежное ужесточение требований к залогам, применение банками колоссальных дисконтов при оценке залогового имущества и, как результат, существенное удорожание кредитных ресурсов для экономики. Закрепление же компромиссного процентного лимита позволит исполнить предписание Конституционного суда РФ о поиске справедливого баланса частных и публичных интересов, сохранив при этом инвестиционную привлекательность обеспеченного кредитования, резюмирует эксперт.
Вопрос о судьбе доходов от реализации имущества в банкротстве находится в авангарде обсуждения последние пять лет, обращает внимание Алексей Зуйков, руководитель направления корпоративной практики юридической фирмы Tax Compliance. За это время были сформированы два противоборствующих лагеря:
уполномоченные органы (ФНС, Правительство РФ), которые пытаются расширить долю налогового органа в распределении доходов от реализации заложенного имущества,
и залогодержатели (банки, крупные кредиторы), которые заинтересованы в сохранении status quo или уменьшении своих потерь от изменения регулирования.
Последние позиции КС РФ (Постановление КС РФ от 09.04.2024 № 16-П) и ВС РФ (Позиции ВС РФ по делам № А03-11042/2017, № А03-1592/2014) по этой тематике носили компромиссный и временный характер, откладывая разрешение вопроса.
Вопрос о судьбе доходов от реализации имущества в банкротстве находится в авангарде обсуждения последние 5 лет. За это время были сформированы два противоборствующих лагеря: (1) уполномоченные органы (ФНС, Правительство РФ), которые пытаются расширить долю налогового органа в распределении доходов от реализации заложенного имущества, и (2) залогодержатели (банки, крупные кредиторы), которые заинтересованы в сохранении status quo или уменьшении своих потерь от изменения регулирования. Последние позиции КС РФ (Постановление КС РФ от 09.04.2024 № 16-П) и ВС РФ (Позиции ВС РФ по делам № А03-11042/2017, № А03-1592/2014) по этой тематике носили компромиссный и временный характер, откладывая разрешение вопроса. Правительственный законопроект (и это не скрывается) призван усилить пробюджетный тренд в банкротстве. Опасения банковского сектора и регулятора здесь не случайны. Процедуры банкротства сейчас не показывают требуемой от них эффективности (о чем свидетельствует последняя статистика Федресурса за первое полугодие 2026 года – доля удовлетворенных требований кредиторов составляет 11,1 %). В то же время, принятие изменений в правительственной редакции может повлечь ряд негативных последствий, включая девальвацию залога как инструмента обеспечения исполнения обязательств, снижение доступности кредитов в связи с опасениями банков, связанными с дальнейшим смещением приоритетов в пользу бюджета, а также поиск кредитными организациями альтернативных способов обеспечения. Предложение банков об установлении закрытого перечня налогов, которые могут оплачиваться с продажи залогового имущества, и лимита таких платежей выглядит достаточно компромиссным и актуальным. Отсутствие подобных границ будет способствовать возникновению огромного числа споров о разногласиях в делах о банкротстве между залоговыми кредиторами, ФНС и арбитражными управляющими (как это было до 2023 года из-за неразберихи с отнесением налога на прибыль и «восстановленного НДС» к текущим платежами или зареестровым требованиям), что увеличит нагрузку на суды.
В то же время, добавляет Алексей Зуйков, принятие изменений в правительственной редакции может повлечь ряд негативных последствий, включая девальвацию залога как инструмента обеспечения исполнения обязательств, снижение доступности кредитов в связи с опасениями банков, связанными с дальнейшим смещением приоритетов в пользу бюджета, а также поиск кредитными организациями альтернативных способов обеспечения.
Предложение банков об установлении закрытого перечня налогов, которые могут оплачиваться с продажи залогового имущества, и лимита таких платежей, с точки зрения Алексея Зуйкова, выглядит достаточно компромиссным и актуальным. Отсутствие подобных границ будет способствовать возникновению огромного числа споров о разногласиях в делах о банкротстве между залоговыми кредиторами, ФНС и арбитражными управляющими (как это было до 2023 года из-за неразберихи с отнесением налога на прибыль и «восстановленного НДС» к текущим платежами или зареестровым требованиям), что увеличит нагрузку на суды, прогнозирует спикер.
