ПАО «САК «Энергогарант» обратилось в суд с заявлением о признании обязательства Натальи Афониной перед ним общим обязательством супругов Афониных. Кредитор указал, что после страхового случая и гибели автомобиля BMW X7, являвшегося совместно нажитым имуществом, полученное страховое возмещение 9 млн рублей также стало совместно нажитым имуществом. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав, что доход Сергея Афонина составлял размер прожиточного минимума, и он обеспечивал свои потребности без привлечения спорных средств. Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд оставил судебный акт без изменения. ПАО «САК «Энергогарант» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа, указав на неправильное определение правовой природы долга и на недоказанность расходования средств на нужды семьи. Окружной суд отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение, указав на неполную оценку доказательств и на необходимость проверки возражений кредитора (А49-8681/2024).
Фабула
ПАО «САК «Энергогарант» обратилось в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением о признании обязательства Натальи Афониной перед кредитором общим обязательством супругов Афониных. Кредитор указал, что после наступления страхового случая и гибели автомобиля BMW X7, являвшегося совместно нажитым имуществом, полученное страховое возмещение 9 млн рублей также стало совместно нажитым имуществом.
Кредитор отметил, что автомобиль был зарегистрирован за Натальей Афониной и страховое возмещение поступило на ее расчетный счет. ПАО «САК «Энергогарант» также указало на недоказанность того, что погашение ипотечного кредита, покупка мебели и ремонт квартиры были произведены Натальей Афониной за счет денежных средств, поступивших от кредитора, а не иных поступлений.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав, что доход Сергея Афонина составлял размер прожиточного минимума и он обеспечивал свои потребности без привлечения спорных средств. Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд оставил судебный акт без изменения. ПАО «САК «Энергогарант» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции установил, что Наталья и Сергей Афонины в период с 12.05.2012 по 01.10.2024 состояли в зарегистрированном браке. В период получения Натальей Афониной неосновательного обогащения Сергей Афонин был трудоустроен в ООО «Альянс». Согласно справкам о доходах за 2023 и 2024 годы его ежемесячный доход составлял примерно 17 тыс. рублей.
Суд указал, что размер прожиточного минимума в 2023 году равнялся 15 тыс. 669 рублям, а в 2024 году 16 тыс. 884 рублям. То есть Сергей Афонин за счет собственного дохода в полной мере обеспечивал свои личные текущие потребности без привлечения спорных денежных средств.
Также Наталья Афонина пояснила, что полученные 9 млн рублей были израсходованы на личные нужды. В частности, на погашение ипотечного кредита 2,6 млн рублей, на ремонт личной квартиры 1,3 млн рублей, на приобретение кухонного гарнитура 542 тыс. рублей и мебели 350 тыс. рублей, на приобретение косметики, одежды, телефона и обуви 2,9 млн рублей, на оплату юридических услуг 70 тыс. рублей и внесение в конкурсную массу 1 млн рублей. Суд первой инстанции пришел к выводу, что обязательство по возврату денежных средств является личным обязательством Натальи Афониной.
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о том, что доказательств подтверждающих, что расходы произведены Натальей Афониной за счет иных денежных средств, материалы дела не содержат. Сам по себе факт ведения Натальей Афониной предпринимательской деятельности не свидетельствует о том, что спорные средства были направлены на нужды семьи.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Поволжского округа отметил, что в законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи. Однако в судебной практике сложилось понимание, что под семейными нуждами понимаются расходы, направленные на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Суд сослался на Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 1 за 2016 год, в котором приведены примеры трат на нужды семьи. К таким тратам относятся развитие совместного бизнеса, покупка недвижимости, покупка автомобиля, ремонт и отделка жилого помещения, приобретение мебели и необходимой техники.
При разрешении споров, связанных с семейными отношениями, правоприменительной практикой выработан подход, согласно которому в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ. Бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.
Окружной суд отметил, что разрешая настоящий обособленный спор, судебные инстанции не указали, по каким основаниям было отдано предпочтение позиции Сергея Афонина о расходовании на нужды семьи именно полученных денежных средств от страховой компании. На счет Натальи Афониной до 20.03.2023 и после этой даты поступали денежные средства от продажи автомобиля 2,5 млн рублей, а также от предпринимательской деятельности 1,48 млн рублей. Суд подчеркнул, что все денежные средства сразу же после их поступления на счет снимались Афониной со счета. Расходование каких именно денежных средств производилось Натальей Афониной на погашение кредитных обязательств, ремонт квартиры, приобретение мебели, косметики и товаров определить фактически невозможно.
Суды не дали надлежащую детальную оценку всем доказательствам, представленным Натальей Афониной в подтверждение расходования денежных средств. Суд не учел возражения кредитора о невозможности определения из чеков на покупку стола, стульев, товаров, парфюмерии и одежды, кем товар приобретался и оплачивался. Суд также не дал оценку доводам о том, что товары приобретались в г. Москве в течение длительного периода, тогда как Наталья Афонина проживает в г. Пензе.
Суды не проверили относимость представленных доказательств к заявленному кредитором требованию и не включил в предмет исследования возражения кредитора и финансового управляющего относительно этих доказательств и недобросовестного поведения Натальи Афониной.
Итог
Арбитражный суд Поволжского округа отменил акты нижестоящих судов и направил обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пензенской области.
Почему это важно
В рассматриваемом случае кассация устранила существенную ошибку нижестоящих судов при квалификации природы обязательств супругов, отмечает Артур Шаповалов, председатель коллегии адвокатов юридической компании Baza Legal. Распространенное мнение о том, что имущество, нажитое в браке, и обязательства, возникшие в этот период, автоматически являются общими, требует, с его точки зрения, важного уточнения.
Действительно, на основании ст. 34 СК РФ доходы и имущество, нажитые супругами во время брака, презюмируются общими (ст. 34 СК РФ). Однако в отношении долгов действует обратная логика: по общему правилу обязательство, оформленное на одного из супругов, считается личным, пока не будет доказано, что все полученное по нему было использовано на нужды семьи (п. 2 ст. 45 СК РФ). Иными словами, бремя доказывания обстоятельств, позволяющих признать долг общим супружеским, лежит на стороне, претендующей на такое распределение долга.
В силу самой природы денег невозможно установить, что средства одного супруга направлялись исключительно на его личные нужды, а средства другого — только на его собственные, подчеркивает Артур Шаповалов. Точно так же невозможно доказать, что конкретные денежные средства, полученные от кредитора, были израсходованы именно на определенные цели, с учетом того, что в этот момент могли быть использованы денежные средства, поступившие от других лиц.
В рассматриваемом случае кассационный суд обязал нижестоящие суды проверить, были ли денежные средства страхового возмещения использованы на нужды семьи. В этот момент особое значение приобретает вопрос о распределении бремени доказывания, говорит Артур Шаповалов. Для признания того, что конкретные денежные средства были потрачены на нужды семьи, кредитор должен представить достаточно серьезные доводы и существенные косвенные свидетельства. В то же время бремя опровержения таких доводов и доказывания личного характера обязательства переходит на супругов. Такой стандарт, безусловно, корректен, поскольку позволяет преодолеть сложность получения в силу закрытости семейных отношений прямых доказательств, рассуждает эксперт.
По его словам, кассация правильно указала, что нижестоящие суды сделали вывод о личном характере обязательства преждевременно, не исследовав все возможные доказательства и доводы в совокупности. Таким образом, позиция, занятая кассационным судом, позволяет предотвратить формальное исследование обстоятельств и соблюсти баланс интересов участников банкротного процесса и их семьи. Такой стандарт требует устойчивого закрепления в судебной практике, и Артур Шаповалов выражает надежду, что подход Арбитражного суда Поволжского округа будет воспринят и другими судами.
Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, кассация справедливо указала, что при поступлении на счет должника нескольких сопоставимых по размеру источников дохода (страховое возмещение, выручка от продажи автомобиля, доходы от предпринимательской деятельности), которые снимались наличными сразу после зачисления, установить, за счет каких именно средств финансировались ремонт, покупка мебели и ипотека, без анализа всей совокупности доказательств невозможно. На это обращает внимание Дарья Лосева, старший юрист юридической компании SHAPOVALOVA GROUP.
Ключевым для практики она считает вывод о том, что при серьезных косвенных доводах кредитора бремя опровержения переходит на супругов, а суд обязан мотивировать, почему он отдает предпочтение позиции должника и отвергает возражения кредитора.
Отдельного внимания заслуживает предложенная кассацией аналогия с абзацем восьмым пункта 47 Обзора судебной практики по банкротству граждан от 18.06.2025: защита кредитора от деликта одного из супругов через обращение взыскания на общее имущество без учета интересов супруга. Это заметно расширяет полномочия кредиторов в спорах о выводе активов и роскошном образе жизни должника. В целом постановление усиливает позицию кредиторов в банкротстве граждан, от них не требуется прямых доказательств расходования конкретных средств, достаточно убедительной совокупности косвенных доказательств. Поскольку кассация направила спор на новое рассмотрение, а не приняла решение по существу, для практики это значимо. Суд округа прямо связывает недобросовестное поведение должника (уклонение от возврата неосновательного обогащения, отчуждение ликвидных активов) с оценкой вопроса о нуждах семьи.
Екатерина Васинькина, старший юрист юридической компании Enforce Law Company, также, как и коллеги, констатирует, что кассация в данном судебном акте следует тенденции увеличения стандарта доказывания непричастности второго супруга к использованию денежных средств, которые могли бы пополнить конкурсную массу.
В данном случае суд учел фактические обстоятельства дела: возникновение задолженности вследствие недобросовестного поведения должника (передача ключей от транспортного средства иному лицу), отчуждение ликвидного имущества заинтересованным лицам, ведение роскошного образа жизни, вернул дело на рассмотрение в первую инстанции и подчеркнул, что бремя доказывания своей добросовестности ложится именно на супругов. Данный вывод представляется абсолютно справедливым, так как именно супруги имеют для этого объективные возможности.
Также в анализируемом постановлении суд поднял вопрос, что же считать личными нуждами одного из супругов и общими семейными нуждами, добавляет Екатерина Васинькина. Она считает справедливым замечание кассации о том, что в каждом случае нужно решать индивидуально, с учетом всех обстоятельств дела. Приняв во внимание, что в материалы дела представлены доказательства о наличии у второго супруга дохода, лишь немного превышающего прожиточный минимум, суд справедливо поставил под сомнение выводы первой и апелляционной инстанции о расходовании должником спорных денежных средств исключительно на личные нужды.
Кроме этого, суд кассационной инстанции поставил вопрос о необходимости исследования вопроса разграничения денежных средств, полученных должником из различных источников (от предпринимательской деятельности, от продажи иного имущества, возмещение от страховой компании) в том случае, когда они были аккумулированы на расчетном счете, где, по сути, были обезличены, говорит Екатерина Васинькина. Судам при новом рассмотрении дела предстоит разрешить и этот вопрос, указывает она.
Влияние судебного акта на практику, по ее мнению, выражается в продолжении унификации судебных актов в части повышения стандарта доказывания добросовестности обоих супругов, включая должника, возложении бремени доказывания такой добросовестности именно на них как лиц, у которых имеется значительный арсенал средств для доказывания своей позиции. В связи с чем супругам необходимо занимать более активную позицию при рассмотрении дел о банкротстве.
