В деле о банкротстве ООО «Фундаментальный капитал» КУ Сергей Борисов выявил перечисление денежных средств со счета должника за физических лиц на общую сумму более 13,4 млн рублей (оплата автомобилей и товаров). КУ обратился в суды общей юрисдикции с исками о взыскании неосновательного обогащения, но получил отказ в связи с пропуском срока исковой давности. При этом КУ не предпринял мер по оспариванию сделок в рамках дела о банкротстве, где срок давности исчисляется иначе. АО «Газпром межрегионгаз Нижний Новгород» подало жалобу на бездействие КУ с требованием о взыскании убытков в размере 13,69 млн рублей. Апелляция отказала, указав, что оспаривание сделок является правом, а не обязанностью КУ, и кредиторы могли оспорить сделки самостоятельно. Кассация отменила постановление апелляции, указав, что КУ обязан самостоятельно планировать и реализовывать меры по пополнению конкурсной массы, наличие у кредиторов права на оспаривание сделок не освобождает КУ от ответственности, а суду надлежало проверить вероятность признания сделок недействительными и установить момент начала течения давности (дело № А43-32749/2018).
Фабула
В августе 2018 г. было возбуждено дело о банкротстве ООО «Фундаментальный капитал». В июне 2019 г. суд признал компанию банкротом и утвердил КУ Сергея Борисова.
В ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности КУ выявил ряд операций 2016–2017 гг.: перечисление со счета ООО «Фундаментальный капитал» в пользу третьих лиц средств за Сергея Доценко (6,15 млн рублей за автомобиль), Сергея Сапожникова (1,92 млн рублей за автомобиль), Дмитрия Курочкина (2,7 млн рублей за автомобиль), Анастасии Кондратьевой (835 тыс. рублей за продукты питания), а также заключение договора купли-продажи транспортного средства с Виктором Шорниковым на 1,99 млн рублей.
КУ обратился в суды общей юрисдикции с исками о взыскании неосновательного обогащения с указанных лиц. Все четыре суда отказали в удовлетворении требований в связи с пропуском срока исковой давности.
АО «Газпром межрегионгаз Нижний Новгород» подало жалобу на бездействие КУ с требованием о взыскании 13,69 млн рублей убытков по двум основаниям: несвоевременное взыскание дебиторской задолженности и пропуск срока на оспаривание сделок.
Первая инстанция отказала. Апелляция, перейдя к рассмотрению по правилам первой инстанции, также отказала.
ПАО «Совкомбанк» как конкурсный кредитор пожаловалось в суд округа, потребовав отменить постановление апелляции, признать бездействие КУ незаконным и взыскать с него 13,41 млн рублей убытков.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении жалобы АО «Газпром межрегионгаз Нижний Новгород». Апелляция отменила определение первой инстанции по безусловным процессуальным основаниям и перешла к рассмотрению по правилам первой инстанции, привлекла дополнительных третьих лиц.
По существу апелляция также отказала, руководствуясь ст. 20.3, 129 Закона о банкротстве и постановлением Пленума ВАС РФ № 63. В бездействии КУ Борисова отсутствует вина, поскольку кредиторы не доказали наличие совокупности условий для признания сделок недействительными.
Апелляция отметила, что оспаривание сделок является правом, а не обязанностью КУ, и кредиторы сами не предприняли мер по оспариванию.
Что решил окружной суд
Суд округа признал ошибочным вывод апелляции о том, что оспаривание сделок является правом КУ и кредиторов и потому при избрании КУ иного безуспешного способа защиты, а бездействии самих кредиторов они не вправе требовать привлечения КУ к ответственности.
Кассация указала, что по п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве КУ несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Эту обязанность КУ исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с предложениями или нет. Меры по пополнению конкурсной массы, в том числе оспаривание подозрительных сделок, планирует и реализует прежде всего сам КУ как профессиональный участник антикризисных отношений.
Наличие у кредиторов права на самостоятельное оспаривание сделок не освобождает КУ от обязанности действовать в интересах должника и кредиторов. Эта позиция следует из п. 16 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве (утвержден Президиумом ВС РФ 11 октября 2023 г.) о том, что КУ должен оспаривать сделки, последствия недействительности которых влекут пополнение конкурсной массы.
При выборе способа пополнения конкурсной массы управляющий должен учитывать возможные меры защиты ответчиков, в том числе заявление о пропуске исковой давности. Порядок исчисления давности для взыскания задолженности и оспаривания сделок различается: при взыскании задолженности применяется общий трехлетний срок с момента, когда должник узнал об ошибочности платежей (вне зависимости от смены руководителя), а при оспаривании сделок КУ действует как независимое лицо, и годичная давность начинает течь с момента, когда он узнал или должен был узнать о соответствующих основаниях.
Апелляция не проверила доводы кредиторов о том, когда КУ узнал о наличии оснований для оспаривания сделок.
Вывод апелляции о недоказанности кредиторами оснований для признания сделок недействительными противоречит материалам дела. В рамках иного обособленного спора апелляция сама установила, что директор ООО «Фундаментальный капитал» причинил убытки совершением экономически невыгодных сделок, включая спорные платежи, в период наличия неисполненных обязательств перед кредиторами. Платежи за физических лиц (оплата автомобилей и товаров) не соответствовали основному виду деятельности компании — «Производство пластмассовых изделий, используемых в строительстве».
Суд округа указал, что суду необходимо проанализировать вероятность признания сделок недействительными с учетом всех обстоятельств, включая неплатежеспособность должника в период совершения сделок и неординарность платежей. Если сомнения кредиторов будут признаны обоснованными, бремя доказывания бесперспективности оспаривания должно быть отнесено на КУ.
Кассация также разъяснила, что избрание КУ иного способа защиты (взыскание убытков с бывшего руководителя) не освобождает его от обязанности оспаривать сделки в рамках отдельного спора. Требования о последствиях недействительности сделок и об убытках за те же сделки направлены на удовлетворение одного экономического интереса, и к ним применяются нормы о солидарных обязательствах. Подача иска об убытках с директора не снимает с КУ ответственность за несоблюдение сроков оспаривания.
Итог
Суд округа отменил постановление апелляции и направил спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.
Почему это важно
Кассация в своем судебном акте акцентировала внимание на том, что судами двух нижестоящих инстанции не полно оценены доводы и доказательства сторон, отметила Елена Гладышева, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «РИ-консалтинг».
Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, кассационная инстанция полагает, что наличие у кредиторов права на самостоятельное оспаривание сделок не освобождает арбитражного управляющего от обязанности действовать в интересах должника и кредиторов, указала Елена Гладышева.
По ее словам, одним из оснований, особо привлекших внимание суда, стал довод кредиторов не только о пропуске срока исковой давности по оспариванию сделок, но и об отсутствии обращения КУ к бывшему руководителю должника с требованием о взыскании убытков по сделке без встречного представления. Дело возвращено на «новый круг» и подлежит рассмотрению с учетом всех обстоятельств каждого вменяемого эпизода недобросовестного поведения КУ при его ведении, с формулировкой «при новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит правильно распределить бремя доказывания, установить все обстоятельства, имеющие значение, принять законный и обоснованный судебный акт», констатировала Елена Гладышева.
Если заявление кредиторов будет удовлетворено в полном объеме, то дело станет «дополнительным звоночкам» заинтересованным отдельными кредиторами или должником управляющим. Суды, по мнению Елены Гладышевой, вновь декларируют безусловную «прокредиторскую» позицию, где, наряду с должниками и их ЕИО, бремя ответственности и доказывания уже несет и управляющий, если не исполнил свою обязанность по оспариванию сделок.
Интересно другое: в иных делах КУ вменяют слишком активную деятельность по взысканию и оспариванию без подтверждения высокой вероятности взыскания и причинения вреда кредиторам затягиванием дел и растратой конкурсной массы на «излишнюю госпошлину». В этом деле довод о «высокой или низкой» вероятности взыскания идет параллельно, не являясь ключевым (возможно, на втором круге акцент все же сместят). Основной акцент «не в полном объеме исполнил свои обязанности как КУ», что по факту является формальным основанием для привлечения к ответственности и взысканию убытков.
Кассационная инстанция обоснованно обратила внимание на тот факт, что арбитражные управляющие должны более осознанно подходить к выбору способа защиты прав, поскольку разные способы могут подразумевать разные правовые механизмы защиты оппонентов, например, через применение сроков исковой давности, полагает Даниил Жердев, адвокат, руководитель практики «Банкротство» Адвокатского бюро «КИАП».
В рассматриваемой ситуации подача иска ради формального исполнения обязанностей не может освобождать от ответственности, если некорректный способ защиты в итоге привел к невозможности пополнения конкурсной массы, подчеркнул он.
Подобные дела могут влиять на частоту оспаривания сделок в делах о банкротстве. С одной стороны, те управляющие, которые в своей практике оспаривают абсолютно все сделки, независимо от обоснованности таких заявлений, утвердятся в «безопасности» своего подхода. С другой стороны, управляющие, менее внимательно относящиеся к сделкам должников, должны будут лишний раз задуматься о личной ответственности. Однако, несмотря на критику первого подхода, данная проблема не может быть решена через повсеместное освобождение управляющих от ответственности в подобных делах.
