Конкурсный управляющий АО «Мосстроймеханизация-5» обратился в суд с заявлением о взыскании убытков с Михаила Фалилеева, Александра Гладышева, Андрея Кириллова и других лиц, полагая, что их действия по заключению договоров подряда с ООО «СМК ВысотСтрой» причинили должнику убытки. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требования, согласившись с доводами управляющего о мнимости сделок и причинении вреда должнику. Арбитражный суд Московского округа указал на необходимость полного исследования доказательств, в том числе подтверждающих реальность хозяйственных отношений должника с подрядчиком, оценки действий ответчиков с учетом их должностных обязанностей и установления прямой причинно-следственной связи между их поведением и возникшими у должника убытками (дело № А40-105473/14).
Фабула
Конкурсный управляющий АО «Мосстроймеханизация-5» обратился в суд с заявлением о взыскании убытков в размере 81 млн рублей солидарно с Михаила Фалилеева, Александра Гладышева, Андрея Кириллова и Романа Большакова, полагая, что их действия по согласованию и исполнению договоров подряда с ООО «СМК ВысотСтрой», в том числе передача недвижимого имущества должника в счет оплаты работ, причинили должнику убытки.
Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, удовлетворил требования частично, взыскав убытки солидарно с Фалилеева, Гладышева и Кириллова.
Ответчики обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Московского округа, рассказал ТГ-канал «Ликвидация и банкротство».
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанным довод конкурсного управляющего о том, что договоры подряда с ООО «СМК ВысотСтрой» являлись мнимыми и не отражающими реальные хозяйственные отношения сторон. Суды указали, что заключение данных договоров после возбуждения дела о банкротстве должника, оплата работ до их выполнения путем передачи недвижимости и погашения задолженности перед дочерними обществами должника свидетельствуют о недобросовестности ответчиков и направленности их действий на причинение вреда кредиторам АО «Мосстроймеханизация-5».
Суды сослались на решение налогового органа, которым должник был привлечен к ответственности в связи с получением необоснованной налоговой выгоды по сделкам с ООО «СМК ВысотСтрой». Также суды отметили наличие отрицательного заключения службы безопасности должника в отношении данного контрагента. Ответчики, занимая руководящие должности в АО «Мосстроймеханизация-5», не могли не осознавать противоправный характер согласования и исполнения договоров подряда, в связи с чем несут ответственность за причиненные должнику убытки в виде выбытия активов на 81 млн рублей.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа не согласился с выводами нижестоящих судов.
Суды не в полной мере исследовали и оценили представленные ответчиками доказательства, подтверждающие реальность хозяйственных отношений АО «Мосстроймеханизация-5» с ООО «СМК ВысотСтрой». В материалах дела имелась переписка между организациями по вопросам выполнения и приемки работ, претензии должника в связи с допущенными подрядчиком нарушениями, судебные акты о привлечении ООО «СМК ВысотСтрой» к административной ответственности за правонарушения при выполнении работ на объектах должника. Данные доказательства не были должным образом проверены судами.
Решение налогового органа не имеет преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора и подлежало оценке наряду с другими доказательствами. При этом кассация обратила внимание на то, что объекты, на которых выполнялись работы по спорным договорам подряда, были введены в эксплуатацию, а значит должник получил соответствующее предоставление по сделкам.
Суд округа указал на необходимость установления обстоятельств того, выходили ли действия каждого из ответчиков за пределы их должностных полномочий, оказывали ли они влияние на принятие управленческих решений должника. При этом сам по себе факт согласования договоров ответчиками, как это предусматривалось локальными актами организации, не свидетельствует о наличии в их действиях противоправности.
Судами не конкретизировано, передача каких именно объектов недвижимости ООО «СМК ВысотСтрой» повлекла причинение должнику убытков, не установлено надлежащим образом выбытие активов АО «Мосстроймеханизация-5» без получения предоставления в виде выполненных работ. Ответчики документально подтверждали как выполнение работ подрядчиком, так и их частичную оплату со стороны должника.
Арбитражный суд Московского округа указал на отсутствие в материалах дела большей части соглашений о взаиморасчетах, на основании которых суды сделали выводы о причинении должнику убытков в результате прекращения обязательств. Также нижестоящими инстанциями не проверено, кто конкретно из ответчиков заключал данные соглашения и подписывал документы от имени АО «Мосстроймеханизация-5», учитывая доводы Фалилеева и Кириллова о том, что они этого не делали.
Для возложения на ответчиков ответственности за убытки должника необходимо достоверно установить наличие прямой причинно-следственной связи между их действиями и наступившими неблагоприятными последствиями в виде выбытия активов АО «Мосстроймеханизация-5». Такая связь имеется, только если противоправное поведение ответчиков являлось единственной причиной возникновения убытков. По мнению нижестоящих судов, причиной убытков являлся сам по себе порядок расчетов, установленный в договорах подряда, однако в таком случае надлежало проверить, кто принимал соответствующие решения, подписывал дополнительные соглашения и контролировал фактическое исполнение сделок.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил определение суда первой инстанции и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда в части взыскания убытков с Фалилеева, Гладышева и Кириллова, направив спор в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Почему это важно
В комментируемом постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу о взыскании убытков обращает на себя внимание вывод суда о том, что самого по себе решения налогового органа о привлечении к налоговой ответственности и доначисления налогов недостаточно для привлечения ответчиков к ответственности в виде убытков, такое решение подлежит оценке наряду с другими доказательствами, отметила Анна Ларина, исполнительный директор Управляющей компании «ПОМОЩЬ».
Иначе говоря, пояснила она, решение налогового органа о привлечении к налоговой ответственности само по себе не презюмирует вины ответчиков в причинении должнику убытков, для признания вменяемых ответчикам действий доказанными суд должен установить обстоятельства того, что вменяемые каждому из них действия выходили за пределы их должностных обязанностей.
На практике заявители, будь то арбитражный управляющий или кредиторы, часто ссылаются на решение налогового органа о привлечении должника к налоговой ответственности как безусловное доказательство вины ответчика, указала Анна Ларина.
Такой «обычай», по ее словам, сформирован при рассмотрении дел о привлечении к субсидиарной ответственности, поскольку ст. 61.11 Закона о банкротстве (субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов) предусматривает соответствующую презумпцию – пока не доказано иное, считается, что полное погашение требований кредиторов невозможно в результате действий контролирующего лица, если требования кредиторов третьей очереди более чем на 50 % состоят из требований налогового органа о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения, в том числе об уплате задолженности. Соответственно, при рассмотрении «субсидиарки» наличие такого решения – это презумпция, которая может быть опровергнута ответчиком, подчеркнула Анна Ларина.
Суд кассационной инстанции в данном случае фактически напоминает и нижестоящим судам, и заявителям: в делах о взыскании убытков такая презумпция не действует, одного решения недостаточно, нужно доказать еще и вину ответчика в причинении убытков. Такой вывод может иметь значение для практики, поскольку зачастую при взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности заявители доказывают один и тот же «набор» критериев, не учитывая распределения бремени доказывания в каждом конкретном случае.
По мнению Виталия Медко, управляющего партнера Юридической фирмы «Медко Групп», невозможно охарактеризовать постановление АС Московского округа по делу № А40-105473/14 от 4 июля 2025 г. иначе, кроме как разгромное, поскольку судом округа выявлено внушительное количество допущенных процессуальных нарушений, а также не получивших оценки судами фактических обстоятельств дела.
Примечательными и заслуживающими внимания, подчеркнул он, можно назвать два аспекта:
суды нижестоящих инстанций приняли в качестве предопределяющего судьбу спора доказательства – решение налогового органа о привлечении должника к ответственности, согласились с выводами уполномоченного органа и положили их в основу судебных актов. Полагаем, что здесь, конечно, сыграла свою роль пагубная практика чрезмерного «принятия на веру» решений налогового органа: как минимум суды должны были проверить обстоятельства дела и исследовать иные доказательства в совокупности с решением налогового органа;
суды вменили КДЛ в качестве основания для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков факты согласования документов в силу их должностного положения (А.В. Гладышев – главный бухгалтер; М.О. Фалиев – первый заместитель генерального директора по экономике, А.В. Кириллов – руководитель правового департамента).
Вместе с тем судом округа верно отмечено, что, подписывая листы согласования к договорам подряда, ответчики действовали в пределах своих трудовых обязанностей и в соответствии с локальными трудовыми актами должника, при этом сами спорные договоры от имени должника не заключали. Иное толкование привело бы к тому, что любое лицо, визирующее договор, могло бы быть привлечено к ответственности. Фактически, такой подход перевернул бы сложившуюся практику работы предприятий и технику согласования документов на их соответствие юридическим, экономическим, техническим требованиям предприятия. Убежден, что постановление суда округа будет играть значительную роль при рассмотрении аналогичных или схожих дел.
Взыскание убытков в процедуре банкротства — это способ защиты имущественных прав участников дела, представляющий собой универсальную меру восстановления нарушенного права, констатировала Екатерина Голдобина, старший юрист Юридического партнерства «Курсив».
Заявление конкурсного управляющего, уточнила она, основано на материалах налоговой проверки, в ходе которой установлено предъявление к вычету счетов-фактур, выставленных организациями, не ведущими хозяйственной деятельности и обладающими признаками фирм «однодневок», что привело к занижению налогооблагаемой базы,
В качестве оснований для взыскания убытков ответчикам вменено согласование перечисления обществом денежных средств лицу, заведомо не способному исполнить свои обязательства, т.е. фактически вывод имущества без встречного предоставления. При этом так как в обществе использовалась процедура внутреннего согласования решения о заключении сделки между различными департаментами, конкурсный управляющий посчитал, что ответственность за принятое решение несут все лица, участвовавшие в его одобрении: от директора и главного бухгалтера до руководителя правового департамента и члена совета директоров, отметила Екатерина Голдобина.
Суды нижестоящих инстанций, делая вывод о наличии у контрагента признаков технической компании, опирались исключительно на материалы налоговой проверки, зачастую практически полностью повторяя выводы налогового органа, пояснила она. Однако суд округа обратил внимание, что решение по результатам налоговой проверки не будет безусловным основанием для взыскания убытков и недопустимо игнорировать иные представленные ответчиками доказательства реальности отношений должника с контрагентом.
Предпринимательская деятельность любого общества всегда сопряжена с риском, в том числе связанным с неисполнением обязательств контрагентом. Основанием же для ответственности в виде взыскания убытков или субсидиарной ответственности является не неисполнение со стороны контрагента само по себе, но заключение сделок с лицами, заведомо не способными исполнить свои обязательства. Если контрагент хоть и частично, но исполнял свои обязательства, то он уже не является фирмой-«однодневкой» и отношения с ним не могут стать основанием для ответственности. Также суд округа усомнился в необходимости привлечения к ответственности такого широкого круга лиц.
В целом, в последнее время суды активно обращают внимание на необходимость исследования и оценки действий каждого из ответчиков, их правомерности и разумности, так что в данном вопросе суд округа следует сложившейся тенденции, заключила она.
