Финансовый управляющий Елизавета Снурникова в деле о банкротстве Асмик Хумарян обратилась с ходатайством о направлении судебного поручения в Республику Армения для истребования сведений об имуществе должника. Асмик Хумарян — гражданка Армении, она отсутствует на территории РФ и не предоставляет информацию о своем имуществе. Суд первой инстанции и апелляция отказали в удовлетворении ходатайства, указав на возможность самостоятельного обращения управляющего в компетентные органы. Финансовый управляющий обжаловала эти акты в окружной суд, указав на невозможность самостоятельно получить сведения и наличие международного договора. Окружной суд отменил судебные акты и принял новое решение об удовлетворении ходатайства, направив судебное поручение через Министерство юстиции РФ. Суд указал, что отсутствие информации об имуществе должника за пределами РФ препятствует формированию конкурсной массы (дело № А41-57905/2024).
Фабула
Елизавета Снурникова, финансовый управляющий Асмик Хумарян, обратилась в суд с ходатайством о направлении судебного поручения об оказании правовой помощи в Министерство юстиции Республики Армения для истребования сведений об имуществе должника. Асмик Хумарян — гражданка Армении, имеет действующий паспорт, выданный МВД Армении, отсутствует на территории РФ и не предоставляет сведения о своем имуществе.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства. Десятый арбитражный апелляционный суд оставил определение без изменения. Финансовый управляющий обратилась в Арбитражный суд Московского округа.
Что решил окружной суд
Суд первой инстанции руководствовался статьями 20.3 и 213.9 закона о банкротстве и указал, что финансовый управляющий не обосновала необходимость направления судебного поручения. Суд отметил возможность самостоятельного обращения управляющего с запросами в соответствующие органы государственной власти Республики Армения.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами о том, что финансовый управляющий не представила достаточных доказательств невозможности самостоятельно получить необходимые сведения. Суд указал, что ФУ должна была обратиться в компетентные органы Армении самостоятельно, без использования механизма судебного поручения.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа указал, что нижестоящие инстанции не учли положения Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 2002 года, которая ратифицирована РФ и действует в отношениях с Республикой Армения с 28 июня 2023 года.
В соответствии с пунктом 8 статьи 213.9 закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина. Пункт 9 статьи 213.9 закона обязывает гражданина предоставлять управляющему любые сведения о составе своего имущества. Согласно абзацу второму пункта 41 постановления Пленума Верховного суда РФ от 13 октября 2015 года № 45, финансовый управляющий вправе обратиться в суд с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц.
Суд округа отметил, что абзац пятый пункта 1 статьи 213.26 закона о банкротстве предусматривает, что в отношении имущества, находящегося за пределами РФ, выносится отдельное определение, исполнение которого осуществляется по правилам процессуального законодательства государства или в соответствии с международными договорами. Часть 4 статьи 256 АПК РФ позволяет арбитражным судам обращаться к иностранным судам или компетентным органам с поручениями о выполнении отдельных процессуальных действий.
Вопреки выводам судов, финансовый управляющий представила достаточные основания для направления судебного поручения. Должник отсутствует на территории РФ, имеет действующий паспорт гражданина Армении, состоит на миграционном учете только до 7 февраля 2024 года и не обращалась за получением гражданства РФ. Эти обстоятельства указывают на то, что должник может владеть имуществом на территории Армении.
Суд округа не согласился с выводом о возможности финансового управляющего самостоятельно направить запросы в уполномоченные органы Армении. Конвенция о правовой помощи от 2002 года не признает полномочий финансовых управляющих, утвержденных арбитражными судами, на непосредственное обращение в компетентные органы иностранного государства.
АУ представила документы, подтверждающие, что она обращалась с запросами к должнику, в Министерство юстиции РФ и в Посольство Армении в РФ. От должника и Посольства ответ не получен. Министерство юстиции РФ в письме от 18 июня 2025 года разъяснило порядок получения сведений путем направления российским судом через Минюст России запроса об истребовании сведений из Армении.
Суд указал, что финансовый управляющий лишен возможности самостоятельно получить сведения об имуществе должника за пределами РФ. Отсутствие такой информации препятствует формированию конкурсной массы для расчетов с кредиторами. Наличие у управляющего сведений о вероятной принадлежности должнику имущества за пределами РФ, непередача должником такого имущества и объективные трудности в получении доступа к нему являются достаточными основаниями для выдачи судебного поручения. Запрошенные сведения отвечают критерию необходимости для осуществления полномочий управляющего.
Суд округа также отметил, что отсутствие сведений о конкретном имуществе может быть результатом действий должника по сокрытию имущества за пределами РФ. С учетом объективной сложности в получении информации и приведенных управляющим доводов ходатайство подлежало удовлетворению.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижетощих удов и принял новый судебный акт о направлении судебного поручения в Республику Армения через Министерство юстиции РФ.
Почему это важно
У Дмитрия Дегтярева, генерального директора форензик-компании «Risk Center», позиция кассационного суда в части процессуального порядка получения сведений за рубежом не вызывает возражений. Однако ее практические последствия представляются эксперту дискуссионными и обращают внимание на сложности трансграничного розыска активов. Апелляционный суд справедливо обращал внимание на то, что механизм части 4 статьи 66 АПК РФ, предполагающий оказание судом содействия в сборе доказательств, не может использоваться формально. Если у финансового управляющего отсутствуют хотя бы косвенные сведения о наличии имущества должника в иностранной юрисдикции, направление судебного поручения едва ли способно привести к практическому результату в виде пополнения конкурсной массы и, напротив, может существенно увеличить сроки процедуры банкротства.
Исходя из нашего опыта, сроки исполнения поручений об оказании международной правовой помощи весьма значительны, и нередки случаи, когда компетентный орган иностранного государства вовсе не предоставляет ответ либо ограничивается формальным сообщением об отсутствии у него запрашиваемых сведений. Более того, за период подготовки и направления ответа компетентным органом иностранного государства информация об имуществе и прочих активах должника зачастую становится не актуальной. Полагаем, что до обращения в суд с ходатайством о направлении судебного поручения о международной правовой помощи должна быть проведена самостоятельная работа по выявлению признаков нахождения активов должника в той или иной юрисдикции.
На практике о наличии зарубежных активов могут косвенно свидетельствовать регулярные поездки должника в соответствующую страну, денежные переводы, участие в иностранных компаниях, наличие зарубежных счетов по данным ФНС России, или иные связи с иностранной юрисдикцией, перечисляет Дмитрий Дегтярев. На его взгляд, ключевое значение постановления кассационного суда состоит в разграничении двух самостоятельных этапов трансграничного розыска активов.
Первый — форензик-работа по выявлению активов, установлению их местонахождения и определению компетентного иностранного органа.
Второй — получение доказательств в процессуальной форме посредством механизмов международной правовой помощи.
Эффективный трансграничный розыск активов должника требует сочетания этих инструментов, а не инициирования формальных процедур в процедуре банкротства без предварительной аналитической подготовки, полагает Дмитрий Дегтярев.
Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.06.2026 по делу № А41-57905/2024 демонстрирует отказ суда кассационной инстанции от формального подхода нижестоящих судов, полагавших, что финансовый управляющий вправе самостоятельно обращаться в компетентные органы иностранного государства для получения сведений об имуществе должника и отказавших финансовому управляющему в оказании содействия в направлении запроса о предоставлении сведений о таком имуществе. Такую точку зрения высказывает Ирина Ремизова, старший юрист центра правовых решений «Легалайт».
Кассационный суд, отменяя судебные акты нижестоящих судов, указал, что судами не учтены положения закона о банкротстве, предоставляющие финансовому управляющему право обратиться в суд с заявлением об истребовании сведений у третьих лиц, в том числе путем непосредственного обращения судом или компетентным органом в иностранное государство, при наличии соответствующих доказательств, что регламентировано п. 1 ст. 213.26 закона «О банкротстве» и ч. 4 ст. 256 АПК РФ.
Ирина Ремизова также ссылается на то, что при рассмотрении такого заявления суд должен определить два значимых обстоятельства.
Во-первых, суд обязан установить какой международный договор, которым регулируются правоотношения РФ и иностранного государства, подлежит применению. В настоящем случае судом округа были применены положения Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 07.10.2002, положения которой с 26.06.2023 года применяются в отношениях между РФ и Арменией, а также иными странами СНГ. Согласно положениям Конвенции, правовая помощь оказывается на основании поручений, направляемых судом через уполномоченные органы договаривающихся сторон, в том числе через Минюст РФ и МИД РФ.
Во-вторых, суд обязан установить обстоятельства, подтверждающие вероятность наличия у должника имущества на территории иностранного государства, а также невозможность самостоятельного получения сведений о таком имуществе финансовым управляющим. Относительно подтверждения факта наличия у должника имущества в иностранном государстве кассационным судом установлено, что управляющим представлены доказательства отсутствия должника на территории РФ в связи с наличием действующего паспорта иностранного государства, а также в связи с отсутствием факта обращения должника за получением гражданства РФ. Указанные обстоятельства с высокой степенью вероятности указывают на то, что должник является иностранным гражданином и может владеть имуществом на территории иностранного государства.
Суд округа также указал, что управляющий представил достаточные доказательства, подтверждающие невозможность самостоятельного получения необходимых сведений, а именно: запросы финансового управляющего к должнику и в посольство Армении, на которые не поступили ответы, а также ответ Минюста России о порядке получения таких сведений путем направления судом через Минюст России запроса в Армению.
В связи с приведенными доказательствами, а также в связи с тем, что Конвенция не предоставляет финансовому управляющему полномочий на самостоятельное направление сведений в уполномоченные органы иностранного государства, суд округа не согласился с нижестоящими судами.
В России практика истребования судами сведений об имуществе должника из иностранного государства была абсолютно не распространена. При этом рассматриваемый судебный акт, по нашему мнению, сформирует новый подход судов при рассмотрении схожих заявлений финансовых управляющих. Суды должны будут оказывать финансовым управляющим содействие в истребовании сведений при представлении доказательств о вероятностном наличии у должника имущества в иностранном государстве, а также в отсутствие прямо предусмотренных международным договором полномочий у финансового управляющего на запрос в иностранном государстве таких сведений.
Такой подход судов, по мнению Ирины Ремизовой, станет эффективным инструментом, который смогут использовать финансовые управляющие для выявления имущества должника, которое подлежит включению в конкурсную массу, а также будет направлен на устранение случаев сокрытия должниками такого имущества в иностранных государствах.
Арбитражный суд Московского округа исправил серьезную ошибку двух нижестоящих инстанций, необоснованно отказавших финансовому управляющему в судебном поручении, сославшись на то, что он может сам обратиться с запросом в армянские госорганы, костатирует Максим Лапкин, арбитражный управляющий союза арбитражных управляющих «Авангард». Ни Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, ни какой-либо другой международный договор между Россией и Арменией не дают российскому арбитражному управляющему права самостоятельно запрашивать сведения у иностранных государственных органов. Такие запросы просто не исполняются, что управляющий и подтвердил на практике: ни должник, ни посольство Армении не ответили, а Минюст России прямо указал на единственный рабочий канал — судебное поручение через Минюст.
Кассация также сформировала понятный стандарт: для получения судебного поручения достаточно обосновать высокую вероятность наличия у должника имущества за рубежом, факт того, что должник информацию не раскрывает, и невозможность получить ее другим способом. При этом суд отдельно подчеркнул: отсутствие у управляющего конкретных данных об имуществе не повод для отказа, поскольку сам должник мог намеренно скрыть активы. Отказ нижестоящих судов фактически лишал бы кредиторов единственного реального инструмента поиска зарубежного имущества должника.
Это постановление важно для всех дел о банкротстве с иностранным элементом: таких дел становится больше, а должники из стран СНГ нередко держат активы на родине. Теперь у управляющих есть четкий правовой ориентир: за сведениями из иностранных реестров идти нужно не напрямую, а через суд, говорит Максим Лапкин.
Позиция Арбитражного суда Московского округа важна для практики и дает ясность по порядку действий финансового управляющего для получения информации об имущественной сфере должника за пределами РФ, отмечает Анастасия Пфайфер, старший юрист адвокатского бюро DS Law.
Действительно, финансовому управляющему сложно самостоятельно получить сведения об имуществе должника за рубежом. Абсолютно обоснованно кассация отметила, что поиск и выявление имущества, приобретенного в результате противоправной деятельности и находящегося за пределами РФ, затруднительны и занимают значительный период времени для кредитора любого уровня.
Кассация выделила критерии, которые могут указывать на наличие у должника имущества на территории другого государства:
1) гражданство другой страны у должника,
2) отсутствие должника на территории РФ,
3) должник не обращался за получением гражданства РФ.
АС Московского округа также определил достаточные основания для выдачи судебного поручения об оказании правовой помощи: наличие у финансового управляющего сведений о вероятной принадлежности гражданину-банкроту имущества, зарегистрированного за пределами РФ, непередача должником такого имущества, а также наличие объективных трудностей в получении доступа к имуществу и сведений о нем.
Дополнительным фактором в пользу позиции управляющего Анастасия Пфайфер называет представление им документов, подтверждающих, что он обращался с данным запросом к должнику, в Министерство юстиции РФ и в посольство Армении в РФ. От должника и посольства Армении в Российской Федерации ответ не был получен.
Как справедливо отметила кассация, отсутствие сведений о конкретном имуществе должника на текущей стадии дела о несостоятельности может являться результатом действий должника по сокрытию имущества, в том числе за пределами РФ, и само по себе не свидетельствует об отсутствии ликвидного имущества.
Основными разъяснениями по данной ситуации являются:
абз.2 п. 41 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», где разъяснено, что финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств (соответствующих сведений и документов, имеющих отношение к делу о банкротстве гражданина) у третьих лиц (абз. 2 п. 9 ст. 213.9 закона «О банкротстве»);
п. 27 Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», в котором отмечено, что арбитражные суды могут обращаться к иностранным судам или компетентным органам иностранных государств с поручениями о выполнении отдельных процессуальных действий (вручении судебных извещений и других документов, обеспечении доказательств, получении письменных доказательств, осмотре на месте, производстве экспертизы и т.д.).
В зависимости от требований международных договоров и (или) арбитражного процессуального законодательства документы могут направляться непосредственно в компетентный суд государства исполнения поручения либо через территориальные органы Министерства юстиции РФ и Министерство иностранных дел РФ — компетентному органу государства исполнения поручения. Постановление АС МО имеет положительное значение для финансовых управляющих и кредиторов, поскольку указывает на важный и эффективный инструмент поиска активов должника за пределами РФ.
