В августе 2022 г. суд ввел процедуру банкротства ООО «Проектстрой». ООО «Интера», чье требование было включено в реестр кредиторов в ноябре 2023 г., пожаловалось на ряд действий и бездействие конкурсного управляющего Андрея Павлова, включая несвоевременное проведение первого собрания кредиторов, нарушение порядка его созыва, невключение обязательных вопросов в повестку, задержку с включением требования в реестр и сохранение доверенности у представителя, также выступавшего за другого кредитора. Суды первой и апелляционной инстанций частично удовлетворили жалобу, признав действия конкурсного управляющего ненадлежащими. Павлов обжаловал эти решения в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, указав на отсутствие доказательств нарушения прав ООО «Интера» и ошибки в применении норм материального и процессуального права. Кассационный суд отметил, что суды нижестоящих инстанций не установили конкретные нарушенные права заявителя и не исследовали ключевые обстоятельства дела. В результате кассация отменила акты нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение (дело № А33-9334/2022).
Фабула
В августе 2022 г. суд ввел процедуру банкротства ООО «Проектстрой». ООО «Интера», чье требование было включено в реестр кредиторов в ноябре 2023 г., подало жалобу на действия и бездействие конкурсного управляющего Андрея Павлова, выделив шесть эпизодов: уклонение от проведения первого собрания кредиторов с февраля 2023 по октябрь 2024 г.; ненадлежащее уведомление о собрании; невключение в повестку вопросов об образовании комитета кредиторов, выборе реестродержателя и требованиях к новому управляющему; задержку с включением требования ООО «Интера» в реестр с 10 по 14 ноября 2023 г.; отказ в предоставлении выписки из реестра; а также сохранение доверенности у Д.С. Панкина, который также представлял интересы другого кредитора — И.Б. Шеховцова.
Арбитражный суд Красноярского края и Третий арбитражный апелляционный суд частично удовлетворили жалобу ООО «Интера», признав действия Павлова ненадлежащими по пяти из шести эпизодов. Павлов пожаловался в суд округа.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Красноярского края пришел к выводу, что Павлов нарушил требования Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в части обязанности провести первое собрание кредиторов в течение шести месяцев после открытия конкурсного производства (п. 8.1 ст. 201.1), не уведомил ООО «Интера» надлежащим образом о собрании, не включил в повестку обязательные вопросы, указанные в ст. 12 и 73 Закона о банкротстве, несвоевременно включил требование ООО «Интера» в реестр и не отозвал доверенность у Д.С. Панкина, несмотря на возникший конфликт интересов.
Суд указал, что отсутствие денежных средств у должника не освобождает управляющего от обязанности проводить собрания, а уведомление по юридическому адресу, по которому корреспонденция не была получена, является ненадлежащим.
Третий арбитражный апелляционный суд согласился с этими выводами и подтвердил, что непроведение собрания и нарушение порядка его созыва нарушили права кредиторов, включая ООО «Интера».
Суды также сочли, что сохранение одной доверенности на Д.С. Панкина от двух сторон с потенциально противоположными интересами противоречит требованиям добросовестности и разумности, предъявляемым к арбитражному управляющему в соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве.
При этом отказ в части, касающейся выписки из реестра, был оставлен без удовлетворения.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не согласился с нижестоящими судами.
По эпизоду 1 суды не учли, что ООО «Интера» приобрело статус кредитора только с 9 ноября 2023 г. — даты оглашения резолютивной части определения о включении требования в реестр. Следовательно, до этой даты у ООО «Интера» не возникало права участвовать в собраниях кредиторов, и судам следовало установить, какие именно права были нарушены до 9 ноября 2023 г.
По эпизоду 2 суд обратил внимание, что уведомление было направлено по юридическому адресу ООО «Интера», но вернулось отправителю. Однако суды не выяснили, какой адрес ООО «Интера» указало при подаче заявления о включении требования в реестр, хотя именно этот адрес должен использоваться для юридически значимых сообщений (п. 7 ст. 16 Закона о банкротстве и ст. 165.1 ГК РФ). Без этого вывод о ненадлежащем извещении является преждевременным.
По эпизоду 3 кассационный суд указал, что суды ошибочно обосновывали нарушение интересами граждан — участников долевого строительства, хотя жалобу подавало ООО «Интера». Судам следовало проверить, нарушены ли именно права ООО «Интера» как залогового кредитора, имело ли оно возможность инициировать собрание с нужной повесткой и какие последствия понесло из-за отсутствия решений по указанным вопросам.
По эпизоду 4 суд отметил, что нижестоящие инстанции не установили, какие процессуальные права ООО «Интера» были ограничены в период с 10 ноября по 14 декабря 2023 г. Хотя определение суда было оглашено 9 ноября, его полный текст датирован 13 декабря, и до этой даты в реестре отсутствовали необходимые данные для включения требования. Следовательно, требовалось выяснить, была ли вина управляющего и имело ли место фактическое нарушение прав заявителя.
По эпизоду 6 окружной суд подчеркнул, что наличие общего представителя в ином обособленном споре (дело № А33-34342-27/2020) само по себе не свидетельствует о конфликте интересов в рамках дела о банкротстве. Суды не установили, представлял ли Д.С. Панкин обе стороны одновременно в текущем деле, не исследовали объем полномочий в доверенностях от 16 и 24 августа 2023 г., не оценили позицию представителя в указанном обособленном споре и не выяснили, с какого момента Павлов узнал о двойном представительстве.
Кассационный суд также указал, что по всем эпизодам суды не выполнили требования ст. 60 Закона о банкротстве: для удовлетворения жалобы необходимо доказать не только нарушение закона управляющим, но и факт нарушения прав и законных интересов именно заявителя жалобы. Вместо этого суды использовали подход, применимый к административной ответственности за формальные нарушения, что в данном случае недопустимо.
Итог
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа отменил определение Арбитражного суда Красноярского края и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда, направив обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа рассмотрел рядовой спор о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными, не высказав каких-либо новых правовых позиций, отметил Роман Чернышов, руководитель практики банкротства Юридической компании NERRA.
Главный вывод суда округа, по его словам, заключается в том, что при рассмотрении жалобы на действия арбитражного управляющего важно не только установить формальные нарушения, но и показать, какие конкретно права заявителя затронуты каждым эпизодом жалобы. Такой вывод полностью соответствует устоявшейся практике рассмотрения соответствующих обособленных споров.
По мнению суда округа, суды нижестоящих инстанций должным образом не увязали нарушения управляющего с реальными негативными последствиями для ООО «Интера». Данные обстоятельства должны быть доказаны самим заявителем жалобы. По этой причине спор и был направлен на новое рассмотрение, указал Роман Чернышов.
В то же время, предупредил он, нужно учитывать, что суд округа не снял вопрос о возможной ответственности управляющего, а лишь потребовал более тщательного исследования обстоятельств и мотивировки в части нарушения прав заявителя.
Наиболее интересным представляется эпизод 6 жалобы, в рамках которого судами было установлено наличие общего представителя у конкурсного управляющего и у кредитора. Такие обстоятельства могут послужить основанием для возникновения у суда сомнений в должной независимости управляющего, за что такой управляющий даже может быть отстранен от исполнения своих обязанностей. В связи с этим при новом рассмотрении суды должны установить момент, когда управляющему стало известно о доверенности, выданной кредитором, а также проанализировать объем предоставленных представителю полномочий, содержание позиций каждой стороны и влияние на баланс интересов лиц, участвующих в деле.
Олег Бабкин, адвокат, арбитражный управляющий Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», предположил, что по объективной стороне как будто управляющим действительно был допущен ряд нарушений, а субъективная сторона, вина в их совершении, – предмет отдельного обсуждения, по его словам.
«Первая и апелляционная инстанции, увидев это, "забыли" про базовый фильтр при рассмотрении жалоб – нарушение должно затрагивать права именно жалобщика. Дело о банкротстве – территория конфликта, где может быть от трех и более конфликтующих сторон. Это делает выяснение вопроса о реальности нарушения прав очень важным, не позволяя делу о банкротстве скатиться в одну сплошную жалобу», – подчеркнул он.
Суд округа верно разрешил спор, указав на это исходное правило. Иначе у конфликтующих сторон появляется «безлимитный» рычаг давления на управляющего по делу. Мало нам того, что по административным нарушениям жаловаться может каждый, чем много кто пользуется? В этом конкретном деле кредитор жаловался в части эпизодов на события, которые произошли до его включения в реестр. Возникает вопрос, а чем он занимается? Защищает свой интерес или под якобы правомерным предлогом преследует иные цели? И должен ли суд такой интерес защищать? Неясно почему суды, выясняя объективную сторону поведения, не выясняют вопрос, а зачем это все в целом требуется кредитору.
Кассационная коллегия Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа обоснованно отменила судебные акты нижестоящих судов об удовлетворении жалобы кредитора на действия (бездействие) конкурсного управляющего, полагает Антон Криволапов, арбитражный управляющий Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Развитие».
Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего, по его словам, является установление арбитражным судом:
Факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей).
Несоответствия этих действий требованиям разумности; несоответствия этих действий требованиям добросовестности.
При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора, пояснил он.
При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания, указал он, должно распределяться следующим образом:
кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и нарушение данным поведением прав и законных интересов кредитора;
арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности. Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.
Верховный Суд РФ в постановлении от 18 декабря 2015 г. № 308-АД15-15501 разъяснил, что в отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства РФ, либо стандартами, выработанными правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. В обсуждаемом постановлении факт нарушения прав не доказан, и кредитор, подавая жалобу на управляющего, не обосновал, каким конкретно образом нарушены его права и законные интересы, не пояснил судам, как именно хотя бы одно из вмененных управляющему нарушений затрагивает интересы заявителя и нарушает его права, какие неблагоприятные последствия для кредитора возникли в связи с допущенными арбитражным управляющим формальными нарушениями.
Таким образом, суд правильно пришел к выводу о недоказанности наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемых действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными, заключил он.
