Владимир Гончаров был признан банкротом в апреле 2022 г., в реестр требований его кредиторов включили долг перед налоговой инспекцией в размере 54,2 млн рублей. В декабре 2022 г. производство по делу о банкротстве прекратили в связи с утверждением мирового соглашения. Налоговая инспекция попросила суд выдать исполнительный лист на непогашенную задолженность, утверждая, что в мировое соглашение не была включена задолженность по исполнительному листу на 226,3 млн рублей. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в выдаче исполнительного листа, указав, что должник исполнил обязательства по мировому соглашению в части 365 тыс. рублей, а от остальной части долга налоговая отказалась по условиям соглашения. Арбитражный суд Московского округа поддержал позицию нижестоящих судов, отметив, что определение об утверждении мирового соглашения не оспорено, а заявление о выдаче исполнительного листа фактически направлено на преодоление вступившего в законную силу судебного акта об отказе в расторжении мирового соглашения от 17 ноября 2023 г. (дело № А41-48034/2021).
Фабула
В апреле 2022 г. суд признал Владимира Гончарова банкротом с введением процедуры реализации имущества. МИФНС России № 17 по Московской области получила право требования к Гончарову в размере 53,1 млн рублей на основании определения суда от 13 ноября 2019 г. по делу о банкротстве ООО «РИК», которое было включено в третью очередь реестра требований кредиторов в июне 2022 г. в составе суммы 54,2 млн рублей.
В декабре 2022 г. производство по делу о банкротстве прекратили в связи с утверждением мирового соглашения. В феврале 2025 г. налоговая инспекция обратилась в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа, ссылаясь на невключение в мировое соглашение задолженности по исполнительному листу на 226,3 млн рублей — обязательства, возникшие из-за привлечения Гончарова к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РИК».
Суды первой и апелляционной инстанций отказали в выдаче исполнительного листа, после чего налоговая инспекция пожаловалась в суд округа, рассказал журнал «Арбитражная практика».
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Московской области отказал в удовлетворении заявления налоговой инспекции о выдаче исполнительного листа. Предусмотренные мировым соглашением обязательства в части требований налогового органа на сумму 365 тыс. рублей были исполнены должником. От требования в остальной части долга налоговая инспекция по условиям мирового соглашения отказалась, в связи с чем обстоятельство неисполнения должником мирового соглашения заявителем не доказано.
Десятый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и дополнительно отметил, что определение об утверждении мирового соглашения налоговым органом в установленном порядке не оспорено.
Суд также указал, что условия мирового соглашения были оценены судом в определении от 17 ноября 2023 г. в рамках рассмотрения заявления налогового органа о расторжении мирового соглашения, и рассматриваемое заявление о выдаче исполнительного листа фактически направлено на преодоление ранее вступившего в законную силу судебного акта.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа подчеркнул, что в соответствии со ст. 138–139 АПК РФ стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение на любой стадии арбитражного процесса. При этом если стороны при заключении мирового соглашения прямо не оговорили в нем иные правовые последствия для соответствующего правоотношения, такое соглашение означает полное прекращение спора, возникшего из этого правоотношения.
Согласно ч. 2 ст. 142 АПК РФ мировое соглашение, не исполненное добровольно, подлежит принудительному исполнению на основании исполнительного листа, выдаваемого арбитражным судом по ходатайству лица, заключившего мировое соглашение. При этом согласно п. 1 ст. 167 Закона о банкротстве в случае неисполнения должником мирового соглашения кредиторы вправе без расторжения мирового соглашения предъявить свои требования в размере, установленном мировым соглашением, в общем порядке.
Право требования к Гончарову в размере 53,1 млн рублей перешло к налоговой инспекции на основании определения суда от ноября 2019 г. и было включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При этом исполнительное производство, возбужденное на основании полученного заявителем исполнительного листа, было окончено в апреле 2020 г.
Суд подчеркнул, что заявленные налоговым органом требования были включены в реестр требований кредиторов должника, и в рамках дела о банкротстве притязания кредиторов урегулированы в утвержденном судом мировом соглашении, доказательств отмены которого не представлено.
Кассационная инстанция согласилась с выводом нижестоящих судов о том, что в связи с погашением должником причитающейся по условиям мирового соглашения заявителю части обязательства налоговый орган не доказал факт неисполнения мирового соглашения.
Определение об утверждении мирового соглашения налоговым органом в установленном порядке не оспорено, условия мирового соглашения оценены судом в определении от 17 ноября 2023 г. в рамках рассмотрения заявления налогового органа о расторжении мирового соглашения.
Рассматриваемое заявление о выдаче исполнительного листа фактически направлено на преодоление ранее вступившего в законную силу судебного акта — определения Арбитражного суда Московской области от 17 ноября 2023 г. об отказе в расторжении мирового соглашения.
Итог
Арбитражный суд Московского округа оставил без изменения определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда.
Почему это важно
Положения Закона о банкротстве и процессуального законодательства в совокупности закрепляют право выдачи исполнительного листа в случае неисполнения должником условий мирового соглашения, отметила Ксения Борисова, адвокат Адвокатской конторы «Аснис и партнеры».
Правом на получение исполнительного листа по взысканию непогашенных требований обладают кредиторы, заключившие мировое соглашение. При этом в случае погашения должником причитающейся кредитору по условиям мирового соглашения денежной суммы, мировое соглашение считается исполненным и кредитор не вправе требовать принудительного исполнения мирового соглашения. Тем более, кредитор не вправе требовать принудительного исполнения мирового соглашения в отношении требований, которые не были включены в реестр требований кредиторов.
Суды трех инстанций, по ее словам, обоснованно отказали налоговому органу в выдаче исполнительного листа, поскольку обязательства, предусмотренные мировым соглашением, полностью погашены, а от требований в остальной части долга заявитель по условиям мирового соглашения отказался.
Из обстоятельств рассматриваемого дела очевидно, что уполномоченный орган использует все доступные средства для преодоления условий мирового соглашения, утвержденного кредиторами, констатировала Анна Нехина, генеральный директор Юридической фирмы «Лаборатория антикризисных исследований».
По-видимому, представители бюджета видят в этом соглашении способ ухода от ответственности, когда субсидиарный ответчик, используя контролируемого кредитора, выкупает долг, формально погашая его, но на деле лишь изменяет структуру задолженности, указала она.
Диспозиция нормы, позволяющая участнику мирового соглашения в деле о банкротстве получить исполнительный лист по взысканию оставшихся требований, предусматривает только одно основание – факт неисполнения должником мирового соглашения. Проблема в том, что уполномоченный орган, заявляя о выдаче исполнительного листа, не указывает на какое-либо нарушение условий мирового соглашения – он заостряет внимание суда на правоотношениях, которые не были урегулированы при прекращении дела о банкротстве. Поддерживая выводы судов нижестоящих инстанций, окружной суд напоминает о преобразовательном эффекте мирового соглашения. Это означает, что стороны такого соглашения, на основе взаимных уступок, сняли правовые последствия прежнего конфликта и создали новое правоотношение, условия которого должник в настоящем случае не нарушает. Очевидно, что уполномоченный орган по существу не пытается заставить должника исполнять мировое соглашение, он не согласен с условиями этого соглашения и размером преобразованной задолженности.
Законность мирового соглашения уже была предметом отдельного обособленного спора в рамках рассматриваемого дела, этот спор не может рассматриваться повторно. Попытка уполномоченного органа еще раз поставить перед судом вопрос о законности условий мирового соглашения под видом иного способа защиты – не что иное, как злоупотребление правом, которое было пресечено судебной системой, заключила Анна Нехина.
При заключении мирового соглашения кредитор окончательно определяет объем своих требований, на удовлетворение которых он согласен, отметила кассация, подчеркнула Светлана Лебедева, партнер, руководитель группы практик «Банкротство и корпоративное право» Юридической фирмы INTELLECT
Из судебных актов по делу следует, что при утверждении мирового соглашения уполномоченный орган даже не участвовал в собрании кредиторов, хотя был надлежащим образом уведомлен о нем. Суд кассационной инстанции указал, что кредитор, согласившийся на списание части долга в рамках мирового соглашения, не может впоследствии требовать эту сумму через механизм выдачи исполнительного листа, если должник выполнил соглашение, отметила она.
Такой подход, по словам Светланы Лебедевой, способствует стабильности и соблюдению принципа правовой определенности. Материалами дела подтверждено, что ту сумму, которая была определена к выплате по условиям мирового соглашения, должник выплатил. В расторжении мирового соглашения уполномоченному органу ранее было отказано.
Суды, на мой взгляд, верно отметили, что жалоба уполномоченного органа фактически была направлена на преодоление вступившего в законную силу определения об отказе в расторжении мирового соглашения. Как представляется, постановление кассации стимулирует стороны к максимально взвешенному и ответственному подходу к заключению мировых соглашений во избежание подобных споров.
