Арбитражный суд города Москвы принял к производству заявление конкурсного управляющего Виктории Папилиной об освобождении от исполнения возложенных на нее обязанностей в деле о банкротстве голландского фонда «Стихтинг Администратикантоор НЕМС» (Stichting Administratiekantoor NEMS, дело А40-295035/24).
В июне 2025 г. Арбитражный суд города Москвы ввел в отношении фонда процедуру локального производства по делу о банкротстве — конкурсное производство имущественной массы сроком на шесть месяцев, утвердив конкурсным управляющим Викторию Папилину.
Причиной сложения полномочий могло стать давление со стороны голландской юрисдикции. Как следует из ходатайства о приобщении документов к заявлению об освобождении, которое опубликовал ТГ-канал «Банкротство. the other side», 5 января 2026 г. на адрес электронной почты Виктории Папилиной поступило исковое заявление, поданное в суд Амстердама, о признании введения процедуры банкротства имущественной массы фонда «Стихтинг Администратикантоор НЕМС» незаконной.
Ранее суд Амстердама вынес решение, которым российскому конкурсному управляющему Виктории Папилиной запрещалось продавать активы должника под угрозой штрафа в размере 1 млн евро. В ходатайстве КУ указано, что в исковом заявлении в суд Амстердама ее привлекают в качестве ответчика, а также обвиняют в связи с кредитором. По мнению КУ, привлечение ее в качестве ответчика не является законным и обоснованным, поскольку процедура банкротства не была инициирована при ее участии, а ее кандидатура была определена судом методом случайного выбора. Обвинение в связи с кредитором также не имеет под собой оснований: управляющий не знакома с кредитором лично и опосредованно, общается с ним только в рамках исполнения своих обязанностей конкурсного управляющего, получая от него запросы и отвечая на них посредством электронной почты и почты России.
Виктория Папилина указала в ходатайстве, что подача иска в суд Амстердама влечет за собой материальные и моральные последствия. Она не имеет материальной и физической возможности осуществлять свою защиту в суде Амстердама. Все действия КДЛ фонда, угрозы в ее адрес и необоснованные иски подорвали ее здоровье, в связи с чем она не может в дальнейшем осуществлять свои обязанности в качестве конкурсного управляющего фонда «Стихтинг Администратикантоор НЕМС».
Почему это важно
Рост процедур банкротства, осложненных иностранным элементом (включая непосредственно процедуры банкротства иностранных лиц), создает целый ряд новых вызовов для российских кредиторов и арбитражных управляющих, отметила Мария Михеева, руководитель банкротной практики Юридической компании Intana Legal.
Если у «банкрота-иностранца» отсутствует имущество в России, то эффективность взыскания долга в рамках российской процедуры банкротства с иностранным элементом во многом зависит от того, имеется ли возможность признания такой процедуры или судебных актов в каждой отдельной юрисдикции, и насколько такие процессуальные действия доступны для российских лиц; являются ли российские кредиторы подсанкционными лицами и др. Однако на эффективность мероприятий в российском банкротстве может напрямую повлиять суд другой юрисдикции, вторгаясь в публичную процедуру и вводя anti-suit injunctions не только в отношении российского суда, но и в отношении арбитражного управляющего. При этом санкции за нарушение судебного запрета противоречат статусу российского арбитражного управляющего, который, являясь субъектом профессиональной деятельности, призван обеспечить публично-правовые цели банкротства и гарантировать баланс прав участвующих в деле о банкротстве лиц.
Большинство мероприятий, осуществляемых арбитражным управляющим в рамках дела о банкротстве (особенно – процессуальных действий), являются для него прямо или косвенно обязательными. констатировала она.
Бездействие и невзыскание задолженности, неоспаривание сделок, неподача заявления о привлечении контролирующих лиц к ответственности влечет для управляющего личные имущественные и профессиональные риски, вплоть до взыскания убытков и/или дисквалификации. Арбитражный управляющий в принципе не вправе самостоятельно (без учета мнения кредиторов) отказаться от некоторых уже поданных в суд заявлений или остановить реализацию имущества, указала Мария Михеева.
Таким образом, anti-suit injunction применен зарубежным судом к лицу, не уполномоченному без учета мнений кредиторов на прекращение процессуальных действий в рамках процедуры банкротства, что, по мнению Марии Михеевой, не отвечает принципу справедливости.
