Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд отменил определение Арбитражного суда Челябинской области и частично удовлетворил жалобу АО «Центр инвестиций» на действия конкурсного управляющего ООО «Вита Мастер» Игоря Ермакова, рассказал ТГ-канал «Убытки АУ». Суд признал незаконными действия управляющего, выразившиеся в неправомерной оплате текущих платежей в пользу ООО «АкваВита» и иных кредиторов на сумму 82,5 млн рублей, а также в нарушении очередности погашения задолженности перед АО «Центр инвестиций» в размере 14,9 млн рублей. С управляющего взысканы убытки в размере 63,8 млн рубля.
Производство по делу о банкротстве ООО «Вита Мастер» было возбуждено в феврале 2016 г. Временным управляющим был утвержден Игорь Ермаков. В октябре 2016 г. должник был признан банкротом, конкурсным управляющим суд также утвердил Игоря Ермакова.
АО «Центр инвестиций» являлось арендодателем по договорам аренды движимого и недвижимого имущества от 1 июля 2012 г., по которым ООО «Вита Мастер» арендовало производственный корпус, оборудование, насосную станцию, котельную и инженерные сети. Требования кредитора по текущим арендным платежам за период с апреля 2016 г. составили 14,9 млн рублей и были учтены в составе четвертой очереди текущих платежей. Реестровые требования АО «Центр инвестиций» в размере 12,4 млн рублей суд включил в третью очередь реестра.
По принятым в 2017 г. решениям собраний кредиторов ООО «Вита Мастер» продолжало хозяйственную деятельность по производству акриловых ванн в период конкурсного производства. Управляющий обосновывал необходимость продолжения деятельности погашением требований работников по зарплате.
В октябре 2017 г. суд удовлетворил заявление управляющего о приоритетном погашении требований по зарплате перед страховыми взносами. Однако апелляционный суд установил, что необходимость продолжения хозяйственной деятельности документально не обоснована, а экономические расчеты возможности проведения расчетов с кредиторами за счет осуществления деятельности не представлены. Согласно отчету КУ, за время процедуры была сформирована текущая задолженность в размере 160,8 млн рублей, что почти в пять раз превышает реестровую задолженность в 32,6 млн рублей.
Апелляционный суд установил существенное нарушение календарной очередности удовлетворения текущих требований четвертой очереди. Из 101,8 млн рублей требований четвертой очереди было погашено 86 млн рублей. При этом требования по эксплуатационным платежам в пользу ООО «АкваВита» и иных неназванных лиц в размере 82,5 млн рублей были погашены на 100%. Требования АО «Центр инвестиций» в размере 16,5 млн рублей были погашены лишь на 750 тыс. рублей, что составляет 4,5% от суммы долга.
Суд указал, что к концу 2016 г. задолженность перед арендодателем составляла уже свыше 6 млн рублей, однако денежные средства перечислялись в основной части иным лицам. Причины, по которым управляющий осуществлял перечисления иным лицам вместо арендодателя с более ранней датой возникновения требований, не раскрыты.
Суд квалифицировал действия КУ как создание модели бизнеса, при которой вся прибыль концентрировалась на ООО «АкваВита» как «центре прибыли», а расходы оставались на должнике как «центре убытков». ООО «АкваВита» выступало не только кредитором по текущим обязательствам, получателем платежей за комплектующие для производства, но и покупателем произведенной ООО «Вита Мастер» (должником) продукции, определяя как закупочные цены, так и цены реализации. При этом КУ не представил расчет себестоимости производимой продукции, обоснование закупа конкретных комплектующих и обоснование установления цены реализации. Апелляционный суд констатировал, что осуществление деятельности велось непрозрачно, а относимость понесенных эксплуатационных расходов к деятельности должника не доказана.
Суд установил признаки аффилированности управляющего с ООО «АкваВита». Игорь Ермаков стал ликвидатором ООО «АкваВита» по записи ЕГРЮЛ от 6 декабря 2019 г., при этом заявление ООО «Вита Мастер» о признании ООО «АкваВита» банкротом поступило в суд 7 ноября 2019 г. Таким образом, полномочия ликвидатора были получены в период после возбуждения дела о банкротстве. Апелляционный суд указал, что КУ не мог не осознавать создание конфликта интересов, нарушив тем самым п. 2 ст. 20.2 Закона о банкротстве, запрещающий утверждение управляющих, являющихся заинтересованными лицами по отношению к кредиторам. Доводы управляющего о специфике ЗАТО и ограниченном круге специалистов суд отклонил.
Суд также отклонил доводы управляющего о «пассивном» поведении кредитора АО «Центр инвестиций». Материалами дела подтверждено, что кредитор письмом от 20 июля 2016 г. в одностороннем порядке отказался от договоров аренды и потребовал возврата имущества. В рамках дела № А76-9173/2017 АО «Центр инвестиций» предъявило иск об обязании освободить арендуемое имущество, который был удовлетворен в августе 2017 г. Возврат имущества был осуществлен лишь в ноябре 2017 г.
Кредитор неоднократно обращался с жалобами на действия управляющего, в том числе с жалобой от 19 марта 2019 г. Апелляционный суд квалифицировал позицию КУ как попытку переложить неблагоприятные последствия своих неразумных и недобросовестных действий на кредитора.
Кроме того, суд проанализировал голосование на собраниях кредиторов по вопросу продолжения хозяйственной деятельности. АО «Центр инвестиций» воздерживалось при голосовании, не обладая решающим числом голосов. Против прекращения деятельности голосовали ООО «АкваВита», Владимир Васенев, ООО «Партнер» — лица, связанные с ООО «АкваВита», которое выкупило права требования к должнику и контролировало процедуру банкротства. На момент собрания 19 января 2017 г. должнику было известно о прекращении договоров аренды, а на момент собрания 30 июня 2017 г. в суде уже рассматривался иск об освобождении арендованного имущества. Без арендованных у АО «Центр инвестиций» помещений и оборудования осуществление производственной деятельности было бы невозможно, однако расходы на аренду не учитывались при распределении выручки.
Первая инстанция отказала в удовлетворении жалобы, посчитав, что отступление от календарной очередности позволило сохранить активы должника, выплачивать зарплату и получать доход от продажи продукции. Апелляционный суд признал эти выводы немотивированными, указав, что суд первой инстанции не установил значимых обстоятельств, не проанализировал доводы кредитора и основал выводы исключительно на позиции ответчика. Общий финансовый результат деятельности является отрицательным: реестровые требования остались непогашенными, текущая задолженность в несколько раз превысила реестровую. Задолженность второй очереди по зарплате и страховым взносам также осталась непогашенной в размере 3,8 млн рублей.
При определении размера убытков апелляционный суд исходил из того, что общий размер реестровой и текущей задолженности составляет 80,1 млн рублей. Из этой суммы были исключены требования ООО «АкваВита» в общем размере 16,2 млн рублей, поскольку данное лицо выступило выгодоприобретателем в схеме и не вправе получать компенсацию за счет взысканных убытков.
В результате размер убытков был определен судом в 63,8 млн рублей. Требование кредитора о взыскании убытков в размере 97,5 млн рублей было удовлетворено частично (в сумме, превышающей общий размер кредиторской задолженности, было отказано).
Почему это важно
Первое впечатление от изученного судебного акта – конкурсный управляющий не смог отбиться или не захотел это делать, отметил Антон Иванов, управляющий партнер Юридической фирмы a3 legal.
Суд апелляционной инстанции, по его словам, подробно проанализировал хозяйственную деятельность должника, все обстоятельства банкротства, исследовал правоотношения сторон, а также судебные акты, которые принимались по разным спорам между должником и кредитором.
Суд отметил, что необходимость продолжения хозяйственной деятельности не была документально обоснована, экономические расчеты невозможности проведения расчетов с кредиторами не представлены – суду оказалось недостаточно только лишь доводов управляющего о благих целях продолжения этой деятельности и отчетов, указал он.
Конечно, все цифры надо было подтверждать документально. Я обратил внимание на вывод суда о том, что платеж за аренду не является эксплуатационным платежом, поскольку договор аренды заключался не для обеспечения сохранности имущества, а для обеспечения технологического процесса. Это важный акцент для управляющих в контексте соблюдения положений ст. 134 Закона о банкротстве. Возможно, это дело станет очередным кейсом о создании в процедуре банкротства «центра прибылей» и «центра убытков». Будем наблюдать за кассацией.
Продолжение хозяйственной деятельности в период конкурсного производства, будучи мерой исключительной, является палкой о двух концах, полагает Анна Белоцерковская, президент Ассоциации профессиональных арбитражных управляющих «ГАРАНТ».
С одной стороны, пояснила она, это может быть во благо, позволяя сохранить рабочие места и подготовить бизнес к дальнейшей, более выгодной, продаже имущества; с другой – арбитражный управляющий взваливает на свои плечи бремя полной ответственности за экономические результаты этой деятельности. И одобрение собранием кредиторов ее продолжения не снимет с него ответственности за итоговые ее показатели, подчеркнула она.
Если арбитражный управляющий не обладает достаточным опытом в бизнес-процессах, не знаком со спецификой деятельности, которую намерен продолжать, и не способен ее всецело контролировать, разумнее будет отказаться от рискованной затеи. Фактические обстоятельства рассматриваемого судебного акта демонстрируют построение бизнес-модели, призванной удовлетворить интересы конечных бенефициаров должника, а не его кредиторов. Схема, при которой денежные средства перетекают на аффилированное лицо, выступающее одновременно и поставщиком сырья, и покупателем готовой продукции, в то время как требования других кредиторов игнорируются, на мой взгляд, предельно прозрачна и очевидна в своей недобросовестности.
При рассмотрении данного обособленного спора суд апелляционной инстанции подошел очень детально к изучению обстоятельств дела в их совокупности и дал всестороннюю оценку деятельности арбитражного управляющего, констатировала Татьяна Сафронова, старший юрист Юридической компании SHAPOVALOVA GROUP.
Удовлетворяя требования независимого кредитора, продолжила она, апелляционный суд опроверг выводы суда первой инстанции, использовавшего более формальный подход при оценке представленных в дело доказательств.
В рассматриваемом судебном акте подчеркивается ключевая роль арбитражного управляющего в деле о банкротстве, обратила внимание Татьяна Сафронова. Именно управляющий, обладая профессиональной подготовкой и опытом работы, способен прогнозировать результаты тех или иных решений и действий, а также сопоставлять их с целями процедуры банкротства.
Постановление, по ее мнению, служит хорошим примером недопустимости перекладывания арбитражным управляющим ответственности за результаты процедуры банкротства на кредиторов. В силу закона, кредиторы вправе осуществлять некий контроль над деятельностью арбитражного управляющего, в том числе, через принятие решений на собраниях кредиторов. Однако данный контроль не является абсолютным, так как отношения арбитражного управляющего и кредиторов не строятся на началах власти и подчинения (например, арбитражный управляющий наделен правом оспаривания решений, принятых собранием кредиторов). Таким образом, ссылка в последующем на принятое собранием кредиторов решение будет несостоятельной, если результат данного решения привел, например, к убыточной деятельности должника, нарушающей права кредиторов, сделала вывод она.
Так, оценивая экономическую целесообразность продолжения должником хозяйственной деятельности, управляющему необходимо произвести соответствующие расчеты. Им должна оцениваться возможность погашения за счет такой деятельности задолженности по заработной плате, иных текущих и реестровых требований кредиторов, а не накопление текущей задолженности, в разы превышающей размер реестровой, уточнила Татьяна Сафронова.
Также суд акцентирует внимание на необходимости ведения управляющим более «прозрачной» деятельности и обеспечении им возможности представить суду документальное подтверждение обоснованности своих управленческих решений. Судом подчеркивается роль арбитражного управляющего в недопустимости ситуации конфликта интересов и, как следствие, ущемления прав одних кредиторов за счет других, отметила она.
Интересным, по ее словам, является вывод апелляционного суда относительно того, что, кроме формального соблюдения очередности, установленной ст. 134 Закона о банкротстве, при погашении текущих требований необходима оценка управляющим значимости для целей процедуры и кредиторов должника самих оснований возникновения текущей задолженности. Например, в данном деле вся деятельность должника осуществлялась на оборудовании и в помещениях, арендуемых у кредитора, требования которого гасились с нарушением календарной очередности.
Подобный подход судов к вопросу ответственности арбитражных управляющих может способствовать снижению процента произвольного погашения текущих требований, например, контролирующих процедуру банкротства кредиторов одной очереди с независимыми кредиторами, в обход календарной очередности. В более широком смысле, рассматриваемым судебным актом подчеркивается недопустимость ущемления управляющим прав независимых кредиторов за счет собственных интересов арбитражного управляющего.
