С 27 мая 2015 г. по 24 февраля 2016 г. ГК «Агентство по страхованию вкладов» (АСВ) выполняло функции временной администрации АО «ВОКБАНК» по утвержденному в 2015 г. Плану участия АСВ в осуществлении мер по предупреждению банкротства АО «ВОКБАНК» с привлечением в качестве инвестора АО «ТРОЙКА-Д-БАНК». В 2019 г. Банк России утвердил новый План участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства АО «ВОКБАНК» в связи с неэффективной работой Банка с проблемной задолженностью и невозможностью достижения результатов, заявленных в плане участия АСВ. На ООО «УК ФКБС» были возложены функции Временной администрации АО «ВОКБАНК» сроком на 6 месяцев с приостановлением полномочий исполнительных органов АО «ВОКБАНК». Позднее АО «ВОКБАНК» было присоединено к ПАО «МИнБанк» (банк «ТРАСТ»). ЦБ в интересах банка «ТРАСТ» обратился в суд с иском к бывшим контролировавшим лицам АО «ВОКБАНК» Вячеславу Гурьянову, Андрею Римскому, Дмитрию Шилину, Жомарту Ертаеву и АО «ТРОЙКА-Д Банк» о солидарном взыскании 1,5 млрд рублей убытков, причиненных их действиями. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, поэтому истцы обратились с кассационными жалобами. Окружной суд счел выводы нижестоящих судов не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (дело № А40-64774/2022).
Фабула
Центральный банк РФ в интересах банка «ТРАСТ» (правопреемника АО «МИнБанк») обратился в суд с иском к Вячеславу Гурьянову, Андрею Римскому, Дмитрию Шилину, Жомарту Ертаеву и АО «ТРОЙКА-Д Банк» о солидарном взыскании 1,5 млрд рублей убытков, причиненных их действиями как контролировавших лиц АО «ВОКБАНК».
Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске. В кассационных жалобах банк «ТРАСТ» и ЦБ указали, что суды неправильно применили нормы права, не исследовали доказательства по делу, не установили все фактические обстоятельства и не дали оценку доводам истцов.
Что решили нижестоящие суды
Суды исходили из того, что оснований для применения специальной нормы абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве о расчете убытков нет, так как действия ответчиков имели место в основном до введения этой нормы в действие, а АО «ВОКБАНК» не было признано банкротом. Суды указали, что иной расчет убытков истцом не представлен.
Наличие предписаний Банка России само по себе не свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий ответчиков, так как предписания носят устранимый характер, они были исполнены и отменены. Суды также не усмотрели доказательств причинения истцу убытков в результате вложения средств Фонда консолидации банковского сектора, отметив, что в 2017–2018 гг. банк получил чистую прибыль.
Суды указали, что участие в органах управления само по себе не означает, что ответчики являлись контролирующими лицами.
Что решил окружной суд
Окружной суд указал, что в данном случае размер убытков должен был быть определен судом исходя из принципов справедливости и соразмерности, а отказ в иске в полном объеме из-за неприменимости нормы о порядке расчета убытков недопустим и нарушает право истца на получение компенсации.
Суды не дали оценку объему и характеру полномочий ответчиков, степени их вовлеченности в принятие управленческих решений, не установлено наличие или отсутствие нарушений законодательства и внутрибанковских правил при одобрении кредитных договоров. Кассация посчитала, что суды фактически не дали оценку расчету истца и не указали мотивы несогласия с таким расчетом, хотя истец представил расчет убытков в размере более 1,7 млрд рублей по сделкам с контрагентами-банкротами, по которым нет перспектив погашения задолженности.
Истцы ссылались на причастность ответчиков Гурьянова и Шилина к выводу денежных средств из АО «ВОКБАНК» посредством невыгодных сделок в интересах акционера АО «ТРОЙКА-Д Банк» Ертаева и связанных с ним заемщиков, однако эти доводы и доказательства не получили оценки судов. Нижестоящие суды уклонились от оценки обстоятельств совершения ответчиками убыточных сделок с учетом нарушений указаний ЦБ и АСВ.
Суды нарушили нормы права при оценке последствий непредставления ответчиком Ертаевым отзыва на иск — бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к ответственности должно было быть возложено на него. Суды не дали оценку доводам истцов и представленным ими доказательствам — предписаниям и письмам ЦБ, Акту проверки, документам по сделкам с АО «ТРОЙКА-Д Банк» и др.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил решение Арбитражного суда города Москвы и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда по делу о взыскании убытков с бывших контролировавших лиц АО «ВОКБАНК», направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
Как правило, в таких категориях дел суды должны детально рассмотреть наличие причинно-следственной связи между действиями КДЛ и возникшими убытками, отметил Дмитрий Якушев, советник, адвокат Адвокатского бюро «Андрей Городисский и Партнеры».
По его словам, необходимо учитывать объективные рыночные факторы и предпринимательский риск, который может наступить даже при разумном поведении КДЛ.
Суды нижестоящих инстанций не дали оценки доказательствам, представленным истцом, включая предписания и письма Банка России, акт проверки и документы по сделкам межбанковского кредита, которые свидетельствовали о недобросовестном поведении руководителей должника. Не были указаны основания для отклонения этих доказательств. Суды не дали оценки и расчету убытков, представленному истцом, не указали мотивы несогласия с ним, сделав безосновательный вывод об отсутствии расчета. При этом недоказанность размера ущерба не освобождает от ответственности, указал он.
Важно отметить, что наличие прибыли у должника также не исключает нанесения ущерба недобросовестными действиями КДЛ, заключил он.
Данное решение отражает в себе уже сложившийся в судебной практике подход, в соответствии с которым общим для всех случаев является необходимость доказывания совокупности условий для привлечения к ответственности: факта убытков, противоправности поведения и причинно-следственной связи между ним.
По мнению Марата Фаттахова, младшего партнера Юридической компании VINDER, по сути, позиция суда округа сводится к двум доводам:
если размер убытков, взыскиваемых с некоторых ответчиков, невозможно определить на основании специальной нормы Закона о банкротстве, то его надо определять в общем порядке;
выводы нижестоящих судов не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе представленным истцом.
С первым доводом, полагает он, можно согласиться. Верховный Суд неоднократно указывал, что ответственность контролирующих лиц является разновидностью деликтной ответственности. Поэтому, если положения п. 5 ст. 189.23 Закона неприменимы, необходимо руководствоваться общими правилами о взыскании убытков. Согласно действующему подходу от истца требуется только с разумной степенью достоверности обосновать размер понесённых убытков, пояснил он.
Относительно второго довода следует сказать, что в тексте постановления суда округа отмечено значительное количество обстоятельств, которые не получили оценки в судебных актах. Поэтому следует полагать, что он поступил обоснованно, посчитав, что судам необходимо более тщательно исследовать обстоятельства дела и дать им надлежащую оценку.
