Арбитражный суд Ульяновской области возбудил дело о банкротстве индивидуального предпринимателя Ольги Яковлевой, ввел процедуру реструктуризации долгов, а затем признал ее банкротом. Финансовый управляющий Полина Семенова оспорила соглашение об отступном от 7 ноября 2022 года, по которому Ольга Яковлева передала ООО «КФХ «Возрождение» две квартиры в Сочи в счет погашения долга ООО «Движение Волга». Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав на трехстороннее урегулирование взаимных обязательств. Апелляционный суд оставил определение без изменения. Финансовый управляющий обжаловала судебные акты в окружной суд, ссылаясь на безвозмездность сделки и причинение вреда кредиторам. Окружной суд отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение. Кассация указала на необходимость установить правовую природу сделок и проверить наличие круговой задолженности (А72-16506/2023).
Фабула
Арбитражный суд Ульяновской области ввел процедуру реструктуризации долгов Ольги Яковлевой, включил требование ПАО «Сбербанк России» на 13,2 млн рублей в реестр и утвердил финансовым управляющим Полину Семенову. Затем суд признал Ольгу Яковлеву банкротом и открыл процедуру реализации имущества.
Финансовый управляющий оспорила соглашение об отступном от 7 ноября 2022 года, заключенное между Ольгой Яковлевой, ООО «Движение Волга» и ООО «КФХ «Возрождение». По условиям соглашения Ольга Яковлева передала ООО «КФХ «Возрождение» две квартиры в Сочи в счет погашения долга ООО «Движение Волга» на 15,5 млн рублей.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления. Апелляционный суд оставил определение без изменения. Финансовый управляющий подала кассационную жалобу.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции отказал финуправляющему в удовлетворении заявления о признании соглашения об отступном недействительным. Суд установил, что Ольга Яковлева, являясь директором ООО «Движение Волга», предложила погасить часть задолженности общества перед ООО «КФХ «Возрождение» путем предоставления отступного.
До совершения сделки Яковлева получила от ООО «Движение Волга» заем на 29,9 млн рублей, за счет которого приобрела семь квартир в Сочи. Суд указал, что передача объектов не была для Ольги Яковлевой безвозмездной, поскольку ее заем перед ООО «Движение Волга» также погашался. Суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки были совершены не в период неплатежеспособности должника.
Апелляционный суд оставил определение суда первой инстанции без изменения, согласившись с его выводами.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Поволжского округа указал, что дело о банкротстве возбудили 11 января 2024 года, а оспариваемые договор и соглашение заключили 7 ноября 2022 года, то есть в пределах трех лет до возбуждения дела. Следовательно, сделки оспариваются применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.
Суды указали на отсутствие неплатежеспособности должника на момент совершения сделок. Однако из отчета финансового управляющего и реестра требований кредиторов следует, что решением Ульяновского районного суда от 8 августа 2023 года с Ольги Яковлевой в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20 июня 2022 года на 4,2 млн рублей. Этот договор заключили до оспариваемого соглашения, а банк является заявителем по делу о банкротстве. Вывод судов об отсутствии обязательств перед другими кредиторами не соответствует материалам дела.
Суды отклонили довод финансового управляющего о безвозмездности сделки, указав на встречные обязательства. Однако суд округа не согласился с этим выводом, поскольку он сделан при неполном исследовании доводов и обстоятельств дела.
Суд округа указал, что в соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается зачетом встречного однородного требования. Участники трехсторонней сделки должны соблюдать требование о наличии круговой задолженности. Обязательным условием трехстороннего зачета является замкнутость круга обязательств участников зачета.
Соглашение об отступном от 7 ноября 2022 года не содержит условий о прекращении обязательств Ольги Яковлевой перед ООО «Движение Волга». Пункт 2.2 соглашения предусматривает прекращение обязательств ООО «Движение Волга» перед ООО «КФХ «Возрождение», но не содержит условий о прекращении обязательств Ольги Яковлевой.
Конкурсный управляющий ООО «Движение Волга» указывала на отсутствие письменных доказательств возврата Ольги Яковлевой займа по договору от 26 апреля 2021 года. В бухгалтерской программе была отражена лишь соответствующая запись. Учитывая взаимозависимость лиц, у конкурсного управляющего имелись разумные сомнения в реальности операции, которые не нашли надлежащей оценки у судов.
Суд округа признал, что доводы управляющего о том, что должник приобрел имущество на 30,6 млн рублей, отчуждил на 49,3 млн рублей по всем сделкам, а заем составил 29,9 млн рублей, заслуживают внимания и оценки. Согласно пункту 19 Обзора судебной практики Верховного суда РФ N 3 (2017), при определении признака причинения вреда от сделки во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений.
Разумность и экономическая обоснованность всех аналогичных сделок, совершенных должником в тот же период, и последствия их совершения для конкурсной массы в совокупности судами не проверялись. Ключевым аспектом спора являлся вопрос о квалификации совокупности оспариваемых сделок.
При рассмотрении спора судам следовало установить, обладают ли оспариваемые сделки и в какой части признаками сделок, совершенных должником, которые могут быть признаны недействительными по правилам главы III.1 закона о банкротстве. Это необходимо для правильного определения сделки, подлежащей оценке на предмет недействительности, и применения последствий ее недействительности.
Итог
Арбитражный суд Поволжского округа отменил определение Арбитражного суда Ульяновской области и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, и направил обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.
Почему это важно
Постановление кассации не создает нового подхода, полагает Давид Кононов, кандидат юридических наук, адвокат, управляющий партнер адвокатского бюро «Мушаилов, Узденский, Рыбаков и партнеры». Оценивать совокупный экономический эффект связанных сделок Верховный суд предлагал еще в пункте 19 Обзора № 3 за 2017 год, напоминает он. Но в этом деле хорошо видно, зачем такой подход вообще нужен. Нижестоящие суды фактически разделили одну экономическую конструкцию на отдельные сделки и для каждой нашли объяснение: имущество передано не безвозмездно, поскольку одновременно погашался долг должника перед аффилированной компанией. Округ предложил собрать эту конструкцию обратно воедино и посмотреть, что произошло с имуществом должника в итоге.
Здесь надо понять логику действий. Управляющий указывал, что при займе около 29,9 млн рублей было приобретено имущество на 30,6 млн рублей, а отчуждено в рамках связанных операций — уже на 49,3 млн рублей. При этом прекращение собственного долга должника перед аффилированной компанией подтверждалось только записью в переданной самим должником базе «1С» при отсутствии первичных документов, а условия об этом непосредственно в соглашении об отступном отсутствовали. Поэтому наличие встречного предоставления по каждой отдельной сделке еще не означает отсутствия вреда кредиторам. Сначала необходимо свести всю цепочку в одну и понять сколько имущества получил должник, сколько выбыло, какие именно его обязательства реально прекратились и на какую сумму.
Причем совокупная оценка должна работать в обе стороны, подчеркивает Давид Кононов. Если должник передал имущество на миллионы рублей и в результате действительно прекратил свои обязательства на сопоставимую сумму, сложность или многосторонность расчетов сама по себе не свидетельствует о причинении вреда. Но если при обязательстве примерно на 30 млн рублей из имущественной массы в результате цепочки операций выбыло почти 50 млн рублей, суд не может ограничиться тем, что по каждой сделке отдельно имелось встречное предоставление.
Отсюда логично и указание кассации обсудить объединение обособленных споров по связанным сделкам. Зачастую экономический результат действий просто невозможно увидеть, пока каждый элемент рассматривается отдельно, поясняет Давид Кононов.
Есть, по его мнению, и еще один важный вопрос, который округ отправил на новое рассмотрение. Какие сделки совершены самим должником, а какие — третьим лицом за его счет. От ответа зависит уже не только оценка вреда, но и то, какие последствия недействительности могут быть применены. Поэтому практическое значение постановления Давид Кононов видит не в появлении нового основания для оспаривания, а в требовании смотреть на результат всей цепочки. Только после такой аналитики можно решать, был ли причинен вред кредиторам, какие сделки причинили и какие последствия недействительности к ним применимы.
Постановление представляет собой содержательный образец оценки внутригрупповых сделок, комментирует Александр Михайлов, партнер юридической компании NERRA. Ключевая ценность в постановлении суда состоит в отказе от автоматического предположения о том, что передача должником имущества в счет долга аффилированного лица само по себе образует встречное предоставление.
Кассация указала: в соглашении было написано, что погашается долг только компании «Движение-Волга»; про долг самого должника там ничего не сказано, значит, встречного предоставления у нее не было. Суды, по сути, додумали за стороны то, чего в договоре не было. Еще одна важная мысль касается зачета: чтобы «взаимные обязательства» действительно закрывали друг друга, круг долгов должен быть замкнутым, то есть каждый участник должен быть кому-то должен (должны существовать встречные однородные обязательства), а здесь кредитор никому ничего не должен был. Отдельно суд справедливо указал, что запись в программе «1С», которую сделала сама аффилированная компания, еще не доказывает, что заем реально возвращен.
Методологически постановление продолжает линию п. 19 Обзора ВС № 3 (2017) о совокупном экономическом эффекте цепочек сделок, требуя оценивать не изолированное звено, а соотношение приобретенного и отчужденного имущества, указывает Александр Михайлов. В рассматриваемом деле такое соотношение давало расхождение, делающее довод о «двойном погашении займа» математически несостоятельным. Вместе с тем постановление не носит окончательный характер, оно лишь справедливо задает стандарт и предмет доказывания для нижестоящих судов при новом рассмотрении, заключает эксперт.
