Конкурсный управляющий ООО «ЕВРО СТРОЙСЕРВИС» Александр Богомолов обратился с иском к страховым компаниям ООО СК «ГЕЛИОС» и ООО СК «АСКОР» о взыскании страховых выплат в связи с непринятием мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Запсибгазпром-Газификация» предыдущим конкурсным управляющим Александром Леоновым. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили иск, признав бездействие Леонова длящимся правонарушением. ООО СК «АСКОР» обжаловало судебные акты в части взыскания с него 2,3 млн рублей страхового возмещения. Кассационный суд отменил решения нижестоящих судов в части требований к ООО СК «АСКОР», указав, что правонарушение Леонова было совершено в момент истечения срока предъявления исполнительного листа к исполнению, до заключения договора страхования с ООО СК «АСКОР» и не носило длящегося характера (дело № А40-41590/2025).
Фабула
Конкурсный управляющий ООО «ЕВРО СТРОЙСЕРВИС» Александр Богомолов обратился с иском к страховым компаниям ООО СК «ГЕЛИОС» и ООО СК «АСКОР» о взыскании страховых выплат 9,6 млн рублей и 2,3 млн рублей соответственно.
Конкурсный управляющий ООО «ЕВРО СТРОЙСЕРВИС» Александр Леонов с 15 июня 2021 г. по 23 мая 2022 г. не принял меры по взысканию дебиторской задолженности ООО «Запсибгазпром-Газификация» в размере 11,9 млн рублей. Ответственность Леонова была застрахована в ООО СК «ГЕЛИОС» с 17 марта 2021 г. по 16 марта 2022 г., а затем в ООО СК «АСКОР» с 17 марта 2022 г. по 16 марта 2023 г.
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили иск, признав бездействие Леонова длящимся правонарушением.
ООО СК «АСКОР» пожаловалось в суд округа, указав, что срок предъявления исполнительного листа истек 2 марта 2022 г. до заключения договора страхования, поэтому основания для взыскания отсутствуют.
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили исковые требования ООО «ЕВРО СТРОЙСЕРВИС» к ООО СК «ГЕЛИОС» и ООО СК «АСКОР». Они исходили из того, что конкурсный управляющий Леонов, зная о наличии дебиторской задолженности ООО «Запсибгазпром-Газификация», не предпринял надлежащих мер по ее взысканию.
Суды указали, что у Леонова имелась возможность своевременно предъявить исполнительный лист к исполнению или ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока.
Нижестоящие инстанции признали бездействие арбитражного управляющего Леонова длящимся правонарушением, окончившимся лишь 23 мая 2022 г. в момент его освобождения от обязанностей конкурсного управляющего ООО «ЕВРО СТРОЙСЕРВИС».
Суды пришли к выводу, что данное правонарушение частично попадает в период страхования ответственности Леонова в ООО СК «АСКОР» с 17 марта 2022 г. по 16 марта 2023 г., поэтому взыскали с данного страховщика 2,3 млн рублей страхового возмещения пропорционально этому периоду.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа отметил, что для выплаты страхового возмещения необходимо установить факт наступления страхового случая и что он имел место в период действия договоров страхования. Страховым случаем является подтвержденное вступившим в силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед лицами, участвующими в деле о банкротстве, в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей.
Неправомерное поведение арбитражного управляющего Леонова, в результате которого наступил страховой случай, состояло в том, что он не принял своевременные меры по установлению дебиторов должника и обращению за выдачей исполнительного листа на принудительное исполнение мирового соглашения с ООО «Запсибгазпром-Газификация». У Леонова было достаточно времени предъявить исполнительный лист к исполнению до 1 марта 2022 г., однако он этого не сделал.
Окружной суд указал, что данное нарушение было совершено Леоновым в конкретную дату — 2 марта 2022 г., когда истек срок предъявления исполнительного листа к исполнению и возможность взыскания задолженности была безвозвратно утрачена. Последующие действия Леонова по обращению за восстановлением пропущенного срока, которые результата не принесли, не могут изменять момент правонарушения и не свидетельствуют о его длящемся характере. Выводы нижестоящих судов о длящемся правонарушении кассация признала ошибочными.
Суд округа подчеркнул, что договор страхования ответственности арбитражного управляющего Леонова с ООО СК «АСКОР» был заключен 11 марта 2022 г. на период с 17 марта 2022 г. по 16 марта 2023 г. Следовательно, нарушение, допущенное Леоновым 2 марта 2022 г., то есть до заключения данного договора страхования, не подпадает под его действие.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижестоящих инстанций в части взыскания с ООО СК «АСКОР» 2,3 млн рублей страхового возмещения, отказав в этой части иска.
Почему это важно
Постановление АС Московского округа сбалансировало интересы участвующих в деле лиц, с более точным учетом действующего правового регулирования, отметил Антон Никулин, адвокат, партнер Юридической компании «Правый берег».
Направляя дело на новое рассмотрение, суд указал, что положения ст. 931 ГК РФ в части условий для выплаты страхового возмещения применимы, если установлен факт наступления страхового случая и что он имел место в период действия договоров страхования гражданской ответственности арбитражного управляющего. Ввиду этого, судам необходимо грамотно подходить к корреляции сроков совершения нарушения и сроков, на период которых были заключены договоры страхования, указал он.
Вместе с тем в силу п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве на арбитражного управляющего возложена самостоятельная обязанность действовать добросовестно и разумно. На основании этой нормы можно судить о критериях неправомерного поведения арбитражного управляющего, в результате которых наступил страховой случай, например, таких как неисполнение им обязанности в течение разумного срока после своего назначения принять меры к установлению дебиторов должника, в том числе, путем проверки информации открытых источников, пояснил он.
При этом безвозвратная утрата возможности взыскания может рассматриваться в качестве обстоятельства, обуславливающего привлечение арбитражного управляющего к ответственности, если это произошло в силу непринятия им надлежащих и исчерпывающих мер по установлению и взысканию дебиторской задолженности.
Необходимо, по его мнению, отметить важное указание суда на то, что неправомерное бездействие управляющего не всегда является длящимся нарушением. К таким исключениям относятся случаи, когда на момент предъявления исполнительного документа истек срок, допускающий совершение этого действия, в том числе, действия по обращению за восстановлением пропущенного срока для предъявления исполнительного листа к исполнению, не принесшие положительного результата, не могут изменять сроки правонарушения и также не свидетельствуют о его длящемся характере.
Решение будет иметь ограниченное влияние на практику, поскольку не содержит каких-либо принципиально новых позиций, но тем не менее вновь обратит внимание управляющих на обязанности отслеживать сроки предъявления исполнительных документов во избежание привлечения к ответственности, несмотря на и так ее огромный объем в рамках процедуры.
В центре правового анализа оказался вопрос о квалификации противоправного бездействия арбитражного управляющего как длящегося правонарушения и о соответствии момента его окончания периоду действия договора страхования, заключенного с ответчиком, отметил Вадим Кохановский, старший юрист Компании «Бизнес-Эксперт».
Суды первой и апелляционной инстанций, продолжил он, исходили из того, что бездействие управляющего, выразившееся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности, носило длящийся характер и было окончено лишь в момент его освобождения от обязанностей 23 мая 2022 г., что позволяло распространить действие договора страхования, заключенного 17 марта 2022 г., на данный страховой случай.
Однако кассационный суд, основываясь на установленных по делу фактических обстоятельствах, пришел к выводу, что конкретное нарушение, повлекшее утрату возможности взыскания задолженности, было совершено 2 марта 2022 г. — в день истечения срока для предъявления исполнительного листа к принудительному исполнению. Данный момент был определен как дата окончания противоправного деяния, а последующие действия управляющего, включая попытку восстановления пропущенного срока, не могли изменить юридическую природу и временные границы правонарушения. Таким образом, суд отклонил тезис о длящемся характере нарушения, поскольку страховой случай, понимаемый как событие, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести выплату, фактически наступил до начала действия договора страхования (17 марта 2022 г.). В связи с этим кассационный суд признал отсутствие правовых оснований для взыскания страхового возмещения с заявителя жалобы, заключил он.
Принципиальное значение, по его словам, в данном постановлении имеет толкование положений Закона о банкротстве и Гражданского кодекса РФ, регулирующих обязательное страхование ответственности арбитражного управляющего. Суд подчеркнул, что для наступления обязанности страховщика произвести выплату необходимо установить не только факт причинения убытков, подтвержденный вступившим в законную силу судебным актом, но и то, что событие, признанное страховым случаем, произошло в период действия договора страхования. Такой подход соответствует принципу временного соответствия страхового покрытия и имеет значение для точного установления момента возникновения убытков в практике страхования профессиональной ответственности, считает он.
Постановление Арбитражного суда Московского округа демонстрирует строгий подход к установлению временных рамок страхового случая и последовательное применение норм о страховании ответственности. Оно способствует формированию единообразной судебной практики по вопросам, связанным с возмещением убытков, причиненных недобросовестными действиями (бездействием) арбитражных управляющих, и подчеркивает необходимость четкого определения момента возникновения обязанности по страховой выплате в контексте обязательного страхования.
По мнению Антона Иванова, управляющего партнера Юридической фирмы a3 legal, данное постановление демонстрирует наличие неопределенности в применении норм о возмещении страховщиком убытков кредиторам или управляющему, если последний сам возместил убытки участникам дела о банкротстве.
Суд правильно указал, что неправомерное бездействие управляющего не всегда является длящимся нарушением. Строго по букве закона, страховщик прав, и суд округа правомерно его поддержал – для выплаты необходимо установление конкретной даты страхового случая, которое не может искусственно растягиваться.
Поэтому выводы суда, по его словам, носят практический характер: в судебном акте о взыскании убытков нужно преюдициально установить дату правонарушения. Это критически важно в ситуации последовательно заключенных полисов страхования у разных страховых компаний, резюмировал он.
