Латвийский банк AS «PNB BANKA» в лице администратора неплатежеспособности Виго Крастиньша оспорил в КС конституционность положений ст. 248.2 АПК РФ об антиисковых запретах. Ранее российский арбитражный суд по заявлению гражданина Г. запретил банку продолжать разбирательство в Рижском городском суде и присудил неустойку на случай неисполнения. Банк добился оставления иска без рассмотрения в латвийском суде, однако российские суды не признали это надлежащим исполнением, указав, что исполнением может быть только отказ от иска, исключающий повторное обращение. КС отказал в принятии жалобы, указав, что ст. 248.2 АПК РФ направлена на защиту прав лиц, подпавших под иностранные ограничительные меры, а доводы банка о возможном взыскании неустойки носят гипотетический характер. КС также отметил, что банк не представил надлежащим образом оформленных доказательств исполнения антиискового запрета (№ 805-О/2026).
Фабула
Конституционный Суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы латвийского банка AS «PNB BANKA» на положения ст. 248.2 АПК РФ, регулирующей антиисковые запреты в спорах с участием лиц, подпавших под иностранные ограничительные меры.
Банк в лице администратора неплатежеспособности Виго Крастиньша оспаривал конституционность ч. 1, п. 3 ч. 2, п. 2 ч. 8 и ч. 10 ст. 248.2 АПК РФ. AS «PNB BANKA» полагал, что эти нормы противоречат ст. 15, 35, 46, 55 и 123 Конституции РФ, поскольку не позволяют учитывать иные способы прекращения судебного разбирательства в иностранном суде, кроме отказа от иска.
Ранее арбитражный суд по заявлению гражданина Г. запретил банку продолжать судебное разбирательство в Рижском городском суде Латвии по требованию к Г. и взыскал с банка в пользу Г. денежную сумму (неустойку) на случай неисполнения этого определения. После вступления определения в силу банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании определения исполненным и прекращении взыскания по исполнительному листу.
В обоснование банк представил определение латвийского суда, которым было удовлетворено его ходатайство об оставлении искового заявления к Г. без рассмотрения. Однако арбитражный суд отказал в удовлетворении заявления, указав, что оставление иска без рассмотрения является ненадлежащим способом исполнения антиискового запрета. Надлежащим способом может являться только отказ от исковых требований, поскольку оставление без рассмотрения по общему правилу сохраняет за истцом право на повторное обращение в суд с тем же требованием к тому же ответчику. Арбитражный суд округа, судья и заместитель председателя ВС согласились с таким подходом.
Арбитражный суд также признал представленное банком определение латвийского суда недопустимым доказательством, поскольку оно не отвечало императивным требованиям ст. 75 и 255 АПК РФ к оформлению и легализации документов иностранного происхождения. Суды отметили, что банк не представил доказательств обращения к судебному приставу-исполнителю с заявлением о прекращении исполнительного производства.
Что решил Конституционный Суд
КС указал, что введение в АПК РФ институтов исключительной компетенции (ст. 248.1) и антиисковых запретов (ст. 248.2) направлено на обеспечение дополнительных возможностей защиты прав лиц, в отношении которых за рубежом действуют меры ограничительного характера. Эти меры препятствуют полноценному участию таких лиц в судопроизводстве и третейском разбирательстве с применением всего комплекса процессуальных прав.
КС подчеркнул, что ст. 248.2 АПК РФ призвана компенсировать нарушения принципов равенства и равноправия сторон в отношении лиц, попавших под иностранные ограничения. Суд сослался на свои определения от октября 2025 г. № 2615-О и от декабря 2025 г. № 3328-О, в которых ранее давал аналогичную оценку.
КС отметил, что представленные материалы не содержат сведений о фактическом осуществлении исполнительных действий по взысканию с банка неустойки. Возможность такого взыскания поставлена в зависимость от действий самого банка, а именно от повторного обращения в суд с требованиями к Г. после оставления искового заявления без рассмотрения.
КС пришел к выводу, что оспариваемые положения ст. 248.2 АПК РФ не регулируют вопросы прекращения исполнительного производства и не нарушают конституционных прав банка в конкретном деле. Доводы жалобы о возможном взыскании неустойки КС расценил как носящие гипотетический и абстрактный характер.
Итог
Конституционный Суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы латвийского банка AS «PNB BANKA». Жалоба признана не отвечающей требованиям допустимости.
Почему это важно
Заявление иностранного банка в данном случае было мотивировано невозможностью надлежащего исполнения определения о запрете продолжать разбирательство в иностранном суде, отметил Михаил Ковалев, ведущий эксперт Юридической компании «Центр по работе с проблемными активами».
Иностранным судом удовлетворено ходатайство банка об оставлении иска без рассмотрения, в связи с чем определение арбитражного суда банк полагал исполненным, а исполнительное производство по взысканию неустойки – подлежащим прекращению, продолжил он.
Конституционный Суд, по его словам, в очередной раз указал, что сам по себе запрет на проведение разбирательства в иностранном суде предназначен компенсировать возможные нарушения принципов равенства и равноправия сторон для лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера.
Также в определении указано, что банк не представил к своему заявлению о признании исполненным определения надлежащим образом легализованных документов, не обращался к судебному приставу с заявлением о прекращении исполнительного производства. Нарушенными банк полагает свои права в той части, в которой они не позволяют ему прекратить действие антиискового запрета и исполнительное производство по взысканию неустойки при условии, что производство по делу в иностранном суде прекращено по ходатайству банка, констатировал Михаил Ковалев.
Конституционный Суд по существу уклонился от исследования значимого вопроса о том, в какой момент иностранное лицо считается исполнившим антиисковый запрет, если он содержит указание на конкретное разбирательство. Фактически такой подход признает верной занятую арбитражными судами позицию, что единственным способом исполнения запрета может быть только отказ банка от исковых требований, но не оставление требования без рассмотрения. Такая позиция, в свою очередь, может повлечь затруднения в прекращении взыскания неустойки, даже если производство в иностранном суде уже не ведется.
